Цао Шуай тоже смотрел на него. В тёмном салоне поезда его угольно-чёрные глаза казались полными недосказанности, в них таилось множество глубоких и сложных эмоций.
Но до самого конца Цао Шуай так ничего и не произнёс вслух.
Перед зданием вокзала он крепко обнял Цэнь Каннина.
— Ниннин, до встречи.
— До встречи, третий брат... Ой, нет, погоди, не нужно нагонять такую тоску. Надеюсь, мы увидимся уже через полтора месяца.
Цао Шуай улыбнулся, его лицо выглядело совершенно расслабленным:
— Ладно, решено, увидимся через полтора месяца. Если к тому времени ты действительно ещё не найдёшь работу, я просто заберу тебя с собой.
— Ха-ха.
Цэнь Каннин тоже усмехнулся и помахал Цао Шуаю рукой:
— Ладно, третий брат, давай отправляйся, а то опоздаешь на поезд.
— Ещё полно времени, — ответил Цао Шуай, но, заметив слегка хрупкую фигуру Цэнь Каннина на пронизывающем зимнем ветu, всё же с чемоданом в руках неохотно пошёл прочь.
***
Проводив Цао Шуая, Цэнь Каннин повернул обратно и спустился в метро.
Хотя перед уходом Цао Шуай перевел Цэнь Каннину красный конверт, велев добираться домой на такси, Цэнь Каннин подумал, что поездка обойдётся больше чем в пятьдесят юаней.
Финансовое положение Цао Шуая в действительности было не таким уж блестящим: хотя он с большим трудом устроился в крупную компанию и впереди его ждало светлое денежное будущее, стоило учитывать, что он всё ещё находился на испытательном сроке, к тому же только что выпустился из университета, и деньги были нужны буквально на каждом шагу. Поэтому Цэнь Каннин брать деньги не стал.
Он решил, что доехать на метро — тоже неплохой вариант.
Безопасно и никаких пробок.
Хотя от ближайшей к университету Ц станции метро до ворот кампуса было целых пять километров, для Цэнь Каннина преодолеть такое расстояние не составляло труда: он мог просто разблокировать первый попавшийся городской велосипед и доехать на нём.
К тому же Цэнь Каннин хотел почитать по дороге договор, а такси, в котором его всегда немного укачивало, явно не подходило для этой цели.
Вот только Цэнь Каннин никак не ожидал, что, сев на самый последний поезд метро и кое-как докрутив педали до университета против ледяного ветра, он окажется перед запертыми воротами.
Стоило ему добраться до общежития, как путь преградил огромный амбарный замок.
Вместе с Цэнь Каннином у закрытых дверей застряло ещё несколько парней, и на лицах каждого читалось глубокое возмущение.
— Что это тут творится? Комендант не открывает? — с удивлением спросил Цэнь Каннин.
Один из парней выругался:
— Не открывает! Новый комендант вечерами любит вставлять наушники и слушать веб-романы, как ни кричи — ноль внимания, чёрт побери!
Цэнь Каннин нахмурился и решительно вытащил телефон:
— Пойду свяжусь с охраной.
— Забудь, я только что звонил, и угадай, что они ответили? Заявили, что в одиннадцать вечера двери положено запирать!
— ...
Цэнь Каннин потерял дар речи:
— То есть сегодня ночью нас просто оставят ночевать на улице?
— Выходит, что так, — подтвердил другой парень.
Чёрт!
Цэнь Каннин тоже не удержался от ругательства.
Дело было даже не в том, что ему жалко денег на платное жилье, просто сегодня перед выходом он наотрез забыл взять удостоверение личности.
Даже если бы у него водились средства на гостиницу, отель всё равно отказал бы в заселении.
Куда же тогда податься на ночь глядя?
Туда, где не требуют паспорт.
Пока Цэнь Каннин лихорадочно размышлял над этим вопросом, товарищи по несчастью уже начали потихоньку расходиться. Озаенный внезапной догадкой, Цэнь Каннин окликнул их:
— Эй, парни, вы уходите?
— Ага, всё равно не попасть внутрь, чего тут торчать.
Цэнь Каннин похлопал ресницами и поинтересовался:
— Послушайте, могу я спросить, куда вы направляетесь на ночь? Я вот без паспорта, а мне нужно узнать, где можно переночевать без документов.
Цэнь Каннин считал свой вопрос вполне нормальным.
Да и тон он выбрал достаточно вежливый.
Однако парень, к которому он обратился с расспросами, посмотрел на него странным взглядом:
— Ты что, не местный?
— Местный.
— Ну так тем более, вали прямо домой, неужели твои предки захлопнут перед тобой дверь?
— ...
Автор пишет:
Ниннин: Угадайте что? А у меня нет ни мамы, ни папы.
Глава 11
Ци Чжао получил от кандидата на роль партнера по браку сообщение в WeChat о согласии на сотрудничество ровно в половине пятого утра следующего дня.
Хотя увидел уведомление он лишь в пять часов утра.
Ци Чжао всё равно намеренно тянул до шести ноль одной, прежде чем ответить потенциальному жениху.
Вдобавок он снова отправил ему свое расписание рабочего времени.
Хотя он уже пересылал его во время их первой беседы, собеседник, очевидно, пропустил это мимо ушей.
Впрочем, Ци Чжао совсем не обременительно было отправить его во второй раз.
В конце концов, качеством своего сна он не страдал, а перед отходом ко сну отключал все средства связи. Даже если бы собеседник проигнорировал его график, на продолжительность и режим сна Ци Чжао это никак бы не повлияло.
Однако, по мнению Ци Чжао, если оба настроены на заключение союза, взаимное уважение имеет первостепенное значение.
Поэтому он напечатал:
— В комментарии на пятой странице в пятой строке допущена опечатка.
Ответа не последовало.
Возможно, собеседник полночи читал договор и теперь спал мёртвым сном.
А может, просто рассвирепел, когда ему указали на ошибку.
Результаты психологических исследований показывают, что примерно семьдесят процентов людей терпеть не могут, когда им указывают на орфографические ошибки, причём добрая треть из этих семидесяти процентов впадает в ярость и затаивает обиду на того, кто посмел заметить оплошность.
Судя по всему, кандидат в мужья относился к числу этих семидесяти процентов.
К слову, сам Ци Чжао принадлежал к тому самому одному проценту:
Лишь один процент людей тщательно перепроверяет текст после набора, сводя вероятность появления опечаток практически к нулю.
Неважно.
Пусть между ними и лежала такая пропасть.
Но Ци Чжао всё равно предпочёл бы выбрать Цэнь Каннина среди прочих вариантов, страдающих нарциссическим расстройством личности, пограничным расстройством личности или истероидным расстройством личности.
Причина была до банальности проста: Ци Чжао больше не мог выносить поведение своей матери, госпожи Лю Хайли, которая целый месяц караулила его у входа в лабораторию с пакетами пуриновых соединений наперевес.
И это несмотря на то, что при самом первом её появлении он чётко предупредил охрану ни в коем случае не пускать её внутрь. Но стражи порядка, очевидно, спасовали перед их кровными узами и пропустили мимо ушей слова Ци Чжао.
Не имея другого выхода, Ци Чжао был вынужден согласиться на настойчивые предложения госпожи Лю Хайли наконец-то жениться.
***
Цэнь Каннин провёл тяжелейшую ночку в круглосуточном ресторане Макдоналдс.
Лечь было негде, оставалось лишь согнуть спину над столиком, поэтому он не сомкнул глаз до самого утра и, коротая время за чтением научной литературы, провалился в тяжелый сон лишь около пяти часов.
Когда он проснулся, уже рассвело.
Яркий свет резал глаза до острой боли.
Сначала Цэнь Каннин кое-как приоткрыл веки, но тут же поспешно зажмурился обратно, дав глазам привыкнуть, и лишь спустя долгое время снова осмелился поднять взгляд.
К этому часу Макдоналдс уже был битком набит людьми.
В воздухе витали аппетитные ароматы горячего соевого молока и маффинов с яйцом, создавая резкий контраст с пустынным и мрачным залом посреди прошлой ночи.
Впрочем, в душе Цэнь Каннин испытывал искреннюю благодарность: если бы не эта круглосуточная забегаловка, он понятия не имеет, куда подался бы посреди ночи без документов в кармане.
При этой мыśli на его лице невольно появилась горькая усмешка.
Однако эта унылая гримаса продержалась на осунувшемся лице совсем недолго: стоило Цэнь Каннину взять пауэрбанк, включить телефон и бегло проверить экран, как его горькая усмешка мгновенно сменилась совершенно другим выражением.
— ?
Сообщение отозвано — это ещё что значит?
Цэнь Каннин задумчиво уставился на присланную Ци Чжао весточку.
С первой-то всё понятно, тут и думать нечего.
Короткое и грубое «1» — знак того, что получено.
Что же до второй… Хотя это и стало неожиданностью, но при ближайшем рассмотрении выглядело вполне логично.
В конце концов, вчера вечером Цэнь Каннин действительно нарушил установленные Ци Чжао временные рамки, отправив сообщение аж в половине пятого утра.
Хотя в тот момент телефон самого Цэнь Каннина уже умирал и готов был отключиться.
Но прояви он чуть больше сообразительности, то наверняка сообразил бы, что ему вовсе необязательно выдавать свои замечания по договору глубокой ночью.
Цэнь Каннин честно признавал: тут он был неправ.
Неужели последнее отозванное сообщение содержало строгое предупреждение на этот счёт?
Цэнь Каннин глянул на треснувший экран телефона, легко закусил губу и, не раздумывая ни секунды, принялся печатать:
— Простите, в следующий раз такого не повторится. Надеюсь, вчерашнее моё сообщение вас не потревожило.
Вероятно, из-за того, что сейчас шло рабочее время.
Собеседник ответил мгновенно.
— Нет, — написал Ци Чжао.
— Не переживайте, на самом деле меня это не так уж сильно задело, — добавил он чуть позже.
Цэнь Каннин улыбнулся, подумав, что этот легендарный светило науки вовсе не так холоден, как ему казалось, и порой с ним вполне легко и приятно общаться.
Он отправил картинку-смайлик — из той же серии с розовыми поросятами, что и предыдущее «Получено».
Розовый поросёнок выуживал из жёлтой корзинки сердечко.
Лови сердечко (он решил, что на этом инцидент исчерпан).
И, не дожидаясь ответа от Ци Чжао, Цэнь Каннин сам перевёл тему:
— Что думает профессор Ци насчёт моих замечаний?
Ци Чжао помолчал пару минут и прислал файл в формате PDF под названием «Соглашение о браке. Версия 2.0. Исправленная».
Открыв документ, Цэнь Каннин обнаружил, что большинство его вчерашних правок, выделенных красным шрифтом, были учтены и добавлены в новый вариант договора.
За исключением одного пункта.
— Профессор Ци, пятая страница, пятая строка: насколько я помню, в моих предложениях значилось — один раз в неделю.
Ци Чжао, должно быть, оговорился или перепутал, исправив этот пункт на «один раз в день».
Цэнь Каннин тут же поспешил вежливо и искренне возразить:
— Мне не требуется пользоваться этим так часто. Достаточно и одного раза в неделю, чтобы я мог запустить стиральную машину и повесить белье на балконе. Я буду просто собирать грязные вещи и стирать их все разом.
Об этом пункте Цэнь Каннин знал не понаслышке.
До поступления в университет, когда он жил в семье Хуан, из-за большого количества жильцов одной стиральной машины и единственной сушилки катастрофически на всех не хватало.
Вопросы о том, кому и когда стирать или сушить одежду, неизменно становились причиной бесконечных скандалов.
Цэнь Каннин быстро научился стирать свои вещи вручную.
А еще — отжав белье в центрифуге, аккуратно развешивать его на перекладине у изголовья кровати, дожидаясь, пока оно высохнет в комнате.
Так что возможность урвать хотя бы один день в неделю для стирки в совместном быту с Ци Чжао казалась Цэнью Каннину превосходным результатом.
http://bllate.org/book/34578/4265830
Готово:
