Кхм...
Сяо Хэн отбросил захлебнувшегося «убийцу» на берег, опершись обеими руками о землю по обе стороны от его плеч, и тяжело задыхался. Из-за долгого кислородного голодания перед глазами у него всё заплыло чернотой.
Он с трудом моргнул, но лицо человека под ним расплывалось всё сильнее. Наконец, эти тени и вовсе начали кружиться перед глазами. Он почувствовал, как на него вновь накатывает неконтролируемое головокружение, а рана на лбу снова пронзительно заныла.
То ли этот тупой правитель в своем нынешнем теле слишком сильно размахнулся и ударился о колонну, а потом еще и барахтался в воде, испытав шок, то ли дело было в чем-то другом...
У Сяо Хэна кружилась голова, в глазах рябило, а в ушах зазвенело.
Его последний взгляд запечатлел изумленное выражение на лице «убийцы».
Почему именно сейчас, черт побери...
С этими мыслями Сяо Хэн потерял сознание.
……
— Кхе! Кхе!
Дуань Юньфэн лежал навзничь на песчаной земле, выплевывая воду, его грудная клетка тяжело вздымалась.
Он смущенно подумал: кто же вытащил его на берег?
В памяти мелькнул тот алый силуэт под водой — настолько прекрасный, что казалось, будто он не от мира сего.
Словно небожитель с Девяти Небес случайно заблудился в пыльном мире, или же морской дух-сирена из старинных преданий, способный очаровать любого.
Дуань Юньфэн приподнял тяжелые веки, и в тот же миг ослепительный солнечный свет хлынул с небес, заставляя алые одежды переливаться подобно сну или иллюзии, поражая своей ослепительной красотой. Туманный образ из воспоминаний постепенно сливался с тем, что он видел перед собой...
Он резко уперся руками в песчаную почву и приподнялся. Сидящий перед ним человек отвернулся, распущенные длинные волосы скрывали большую часть лица. Пропитанная водой одежда прилипла к плечам, кожа казалась нефритом, от всего его облика веяло холодом. Крупные капли воды медленно скатывались по его черным, как тушь, ресницам и падали на тыльную сторону ладони Дуань Юньфэна.
Дуань Юньфэн почувствовал, как кожа на руке обожгло теплом. Он невольно покраснел и, словно от удара током, отвел блуждающий взгляд.
— Ты... ты в порядке?
В следующую секунду он почувствовал тяжесть на плече.
Человек с бледным лицом потерял сознание.
Ощущая сквозь пропитанную влагой ткань теплое давление, исходившее от груди незнакомца, Дуань Юньфэн всем телом оцепенел и машинально широко раскрыл глаза.
Он слегка опустил взгляд, невольно переведя его ниже: черты зажмуренных бровей и глаз, высокая переносица, словно вырезанная из нефрита, и тонкие губы, которые продолжали вздрагивать от кашля. Только тогда он пришел в себя, будто пробудившись ото сна.
Дуань Юньфэн шарил рукой по берегу, пока наконец не нащупал сброшенный плащ. Он кое-как накинул его на человека, укутав с головы до ног.
— Генерал. — К нему приблизился командир отряда личной охраны с серебряными копьями, конвоировавший евнуха. — Этот человек был обнаружен только что у Пруда Девяти Изгибов. Мы уже допросили его: прыгнул в реку именно его господин.
Старый евнух с покрасневшими глазами, завидев Дуань Юньфэна, дрожа опустился на колени. Он утирал слезы рукавом и долго тряс губами, так и не сумев вымолвить ни слова.
Дуань Юньфэн слегка нахмурил брови и спросил:
— О чем ты плачешь?
Говоря это, он подхватил потерявшего сознание человека на руки и только теперь понял, что тот оказался куда тяжелее, чем он предполагал, да и ростом выдался на удивление высоким.
Дуань Юньфэн бросил взгляд на человека у себя на руках, затем перевел его на Ли Цзиньси и невольно спросил:
— Из-за вашей принцессы?
— А? — Ли Цзиньси вытер слёзы, думая про себя: какая еще принцесса, Вашего Величества повсюду ищут мятежники, они же наверняка схватят и убьют его, ууу! И ему самому тоже не выжить, уууууу...
Погодите-ка...
Принцесса.
Принцесса...
Принцесса!!!
Ли Цзиньси ошеломленно вытаращил глаза. Он медленно приподнял веки, и его голос, казалось, исходил откуда-то извне, по капле выдавливаясь из горла:
— Да...
Неужели они приняли Ваше Величество за принцессу?
— Да... да-да-да! — Оправившись от ужаса перед лицом смерти, он грохнулся на колени перед Дуань Юньфэном и принялся бить поклоны, едва сдерживая рыдания. — Этот старый раб с детства прислуживал во дворце принцессе, принцесса... принцесса она...
Видя, как искренне тот убивается, Дуань Юньфэн решил, что угадал если не всё, то почти всё.
— Должно быть, принцесса просто сдуру решила наложить на себя руки, — произнес он.
Ли Цзиньси утер слёзы:
— Спасибо Вашей милости за спасение!
Про себя он мысленно твердил: «Амитабха, Ваше Величество, только не гневайтесь на раба! Иного выхода не было, ради спасения жизни придется вам пока побыть принцессой, ничто не сравнится со спасением собственной шкуры!»
Стоило Дуань Юньфэну услышать слова благодарности за спасение, как в памяти тут же всплыло неловкое воспоминание о том, как он сам едва не захлебнулся. Он молча пропустил это мимо ушей.
Ли Цзиньси ждал-ждал ответа, а когда поднял голову, то обнаружил, что собеседник уже широким шагом удаляется.
Ли Цзиньси замер, а затем бросился вдогонку:
— Куда это господин генерал намерен везти пр... принцессу?
— В мой шатер.
Сделав пару шагов, Дуань Юньфэн внезапно кое о чем вспомнил, повернулся и спросил своего заместителя:
— А где то тело в драконьей халате?
Увидев, что тот молчит, Дуань Юньфэн нахмурился:
— Неужели оно до сих пор плавает в пруду?
— Должно быть, да...
— Чего стоишь? Живо выловить!
— Есть!
……
Дуань Юньфэн принес человека в свой армейский лагерь, разместил в пустом шатре, велел позвать походного лекаря и нескольких служанок. Он собирался войти вместе с ними, чтобы приглядеть за больным, но его остановил Ли Цзиньси.
Ли Цзиньси заявил, что с детства прислуживал во дворце принцессе, так что лучше ему самому завести людей внутрь и позаботиться о ней, а как только принцесса придет в себя, он сразу же пошлет кого-нибудь доложить Дуань Юньфэну.
Поразмыслив, Дуань Юньфэн счел это разумным. В конце концов, он мужчина, а у Пруда Девяти Изгибов он бросился на помощь лишь потому, что увидел попытку самоубийства, движимый порывом. Хотя в конце концов, из-за своего неумения плавать, кажется, это принцесса вытащила его на берег, но сейчас это неважно — в любом случае ему не пристало без нужды шастать по женским покоям.
Дуань Юньфэн согласился с просьбой Ли Цзиньси, велев тому немедленно сообщить ему, как только появятся новости, и вернулся в собственный шатер заниматься военными делами.
Ли Цзиньси наконец с облегчением выдохнул. Он отослал служанок кипятить воду и искать чистую одежду, а сам вместе с лекарем шагнул под полог шатра.
— Генерал, это письмо от князя из Тайюаня.
Едва Дуань Юньфэн вернулся в шатер, как стоявший на страже солдат протянул ему срочное послание.
— Он наверняка пришел расспросить, как там дела у императора... — Дуань Юньфэн с головной болью положил письмо на стол, подошел к ширме и скинул мокрые вещи.
Он пару раз провел полотенцем по волосам, набросил легкую нижнюю сорочку и вышел. Распечатав послание от отца, Дуань Юньфэна, он убедился в правоте своих догадок: в самом начале отец интересовался, в безопасности ли государь.
Далее Дуань Юй поручил ему два главных дела:
Первое — казнить узурпировавшего власть евнуха Ань Юуляна и навести порядок при дворе.
Второе — обеспечить безопасность императора и не проявлять неуважения к Сыну Неба. Стоит лишь имперскому двору отдать приказ о полной зачистке клики евнухов и отмене преступных указов, как все гарнизоны Хэдуна вновь будут готовы подчиняться приказам.
Но выполнить оба эти пункта сейчас не представлялось возможным...
Дуань Юньфэн нахмурился.
Он обыскал всю Столицу, но следов Ань Юуляна не нашел. По слухам, тот вместе с частью сановников бежал под покровом ночи в Фэнсян. Местонахождение же императора по-прежнему оставалось неизвестным, а личность разбухшего трупа, выловленного из Пруда Девяти Изгибов, еще только предстояло установить.
Перевернув лист бумаги на другую сторону, Дуань Юньфэн обнаружил, что у Дуань Юя оставались еще слова.
Юньфэн, мы с твоей матерью считаем, что тебе пора задуматься о собственном семейном счастье. Если бы не война, этот вопрос давно был бы решен!
Еще несколько дней назад Князь Чу заводил со мной об этом разговор. Его старшая дочь как раз твоего возраста, Князь Чу не против выдать ее за тебя. Мы с твоей матерью обсудили это и сочли, что девица нравом хороша, партия достойная. Давай так всё и решим, твоя мать завтра же пошлет сваху сверить ваши восьмиграммы...
Дочитав до этого места, Дуань Юньфэн почувствовал, как в его груди зазвенели тревожные звоночки.
Ни в коем случае, нет, нет, нет, нет, нет!
У него и дочери Ли Цзичана судьбы абсолютно несовместимы!
Тут же схватив кисть, Дуань Юньфэн сначала хладнокровно описал отцу текущую обстановку в Столице, а затем размашистым, летящим почерком вывел:
«Никакой свадьбы быть не может!»
Пока он писал, в его воображении вновь возникал образ принцессы у Пруда Девяти Изгибов — прекрасной, словно сошедший с небес небожитель. Он чувствовал, что его сердце уже полностью уведено этой загадочной особой...
Поэтому он с изрядной долей вымысла приплел встречу с Гао Чэном:
«Сегодня во дворце я встретил старого небожителя, и он гадал мне на суженую...»
И в конце подвел итог:
«В этой жизни женюсь только на принцессе».
Глава 3
Только Дуань Юньфэн закончил ответное письмо и собрался накинуть верхнюю одежду, как снаружи раздались громкие голоса:
— Кто ты такой?
— Я — чиновник императорского двора, которого генерал только что спас у Пруда Девяти Изгибов. У меня есть важное дело к генералу, умоляю вас, будьте милосердны, позвольте мне увидеться с ним...
— Жди здесь.
— Генерал, снаружи посетитель, просит аудиенции.
Услышав шорох откидываемого полога, Дуань Юньфэн торопливо завязал тесемки одежды, развернулся и решительным шагом вышел наружу.
Дуань Юньфэн нахмурился:
— Кто?
Кому не терпелось вломиться к нему именно в тот момент, когда он переодевался?
— Ваш покорный слуга, Ван Мучуань, приветствует генерала.
Гость откинул полы одежды и опустился на колени перед Дуань Юньфэном, выпрямив спину.
Но Дуань Юньфэн подхватил его под локти, не давая совершить поклон, и произнес с мрачным выражением лица:
— Ван-сян, я всего лишь грубый вояка, и принимать от вас столь высокий поклон мне не по чину.
Будучи таким же чиновником императорского двора, стоявший перед ним человек разительно отличался от таких подхалимов и лизоблюдов, как Гао Чэн. Предки Ван Мучуаня поколениями были известны как честные и неподкупные литераторы. Его пращур Ван Боянь некогда выступал в поход на Севере вместе с императором Тайцзуном, после чего был возведен в сангми, министры и дослужился до должности учителя наследника престола. Род Ванов заслуженно считался одним из знатнейших в Поднебесной.
Голова Ван Мучуаня уже была подернута сединой, и сейчас его обуяла глубокая скорбь:
— Генерал, вы ввергаете старого слугу в грех. Я давно уже лишен поста канцлера, какой же я теперь «Ван-сян»?
— Что заставило господина Вана прийти ко мне? — Дуань Юньфэн не любил литературные выкрутасы. Если с каким-нибудь Гао Чэном он мог обойтись просто, велев его арестовать, то к Ван Мучуаню он всё же питал некоторое уважение.
http://bllate.org/book/34563/4263366
Готово:
