Цзо Шиюнь вовсе не спешила отвечать на слова Тан Мин. Она с улыбкой перехватила Тан Мин за запястье, приложив чуть больше усилий, чтобы та не смогла вырвать то, что было у нее в руках, а затем вплотную, вместе с рукой и всем телом, затолкала Тан Мин в одну из кабинок туалета.
В тесной кабинке Тан Мин на мгновение растерялась.
Она толком не понимала, отчего именно паникует, но перед Цзо Шиюнь, которая была ниже ее на полголовы, она почему-то испытывала сильнейшее напряжение.
— Ты... что ты задумала?! — нахмурившись, спросила Тан Мин.
Цзо Шиюнь с улыбкой покачала головой.
Шаг за шагом она медленно прижала Тан Мин к стене. Тан Мин пятилась назад до тех пор, пока Цзо Шиюнь не преградила ей путь правой рукой, опершись о стену рядом с ее головой, лишив девушку всякой возможности к отступлению.
Цзо Шиюнь заметила панику, которую Тан Мин изо всех сил старалась скрыть в глубине глаз, и медленно подалась вперед.
Прижавшись всем телом к Тан Мин, она легонько ткнула пальцем левой руки в обнаженный пупок Тан Мин и, пока та, сопротивляясь, собиралась поднять руку, чтобы ее оттолкнуть, тихонько произнесла два слова:
— Убрать свидетеля.
— Докладываю!
Тан Мин опоздала. И это в первый же день нового учебного полугодия во втором классе старшей школы.
Дверь в класс открыл сидевший у самого прохода одноклассник. Во взгляде парня читалось нечто вроде: «Ну ты и даешь».
Тан Мин смущенно закусила губу, вслед за одноклассником вошла в класс, послушно закрыла за собой дверь и встала у порога, покорно ожидая немедленного внушения от классного руководителя.
— Ступай на свое место, — учительница Цай не стала зверствовать. Бросив на нее мимолетный взгляд, она продолжила заниматься своими делами.
В день сбора учащихся нужно было сдать летние домашние задания, навести порядок и получить учебники на новый семестр. Дел предстояло немало, и у учительницы совершенно не было времени устраивать Тан Мин показательную выволочку прямо сейчас.
Тан Мин, разумеется, прекрасно понимала, что это лишь затишье перед бурей. Послушно вернувшись на свое место, она вела себя тише воды ниже травы, чего нельзя было сказать о соседе по парте — тот сидел, приподняв брови, и с улыбкой делал ей какие-то знаки.
Тан Мин брезгливо зыркнула на него и предпочла больше не реагировать.
Учительница Цай быстро распределила обязанности: девочки убирают класс, мальчики наводят порядок на прилегающей территории снаружи, а заодно идут в учебную часть за книгами.
Как только все уже собирались встать и приняться за дело, учительница Цай снова окликнула Тан Мин:
— Тан Мин, зайди ко мне в кабинет!
— А? — Тан Мин на мгновение замерла. Видя, что учительница Цай направляется к задней двери, ей оставалось лишь смиренно подняться на ноги и последовать за ней.
Цзо Шиюнь сидела на первом ряду. Обернувшись, она проводила взглядом Тан Мин, которая шла следом за учительницей Цай через заднюю дверь кабинета, и уголки ее губ изогнулись так, будто она задумала нечто приятное.
Она поднялась и тоже направилась в кабинет учительницы Цай.
У Цзо Шиюнь не было никаких срочных дел, но для старосты класса было привычным делом то и дело забегать в учительскую, к тому же сегодня первый день учебы, так что выглядело всё вполне естественно.
Шла она медленно. К тому моменту, когда Цзо Шиюнь добралась до двери кабинета, оттуда уже доносился голос учительницы Цай, отчитывавшей Тан Мин.
— Опоздать в самый первый день! Совсем учиться не хочешь?
Голос учительницы Цай не казался разозленным, но в нем сквозила такая едкая издевка, что от одного ее тона всё внутри сжималось. Впрочем, Тан Мин не могла ничего возразить — ей оставалось лишь покорно опустить голову и делать вид, что она занимается самоанализом, ожидая, пока раздражительная классная руководительница выпустит пар.
Цзо Шиюнь заглянула в дверь, всем своим видом изображая нерешительность — мол, она колеблется, стоит ли входить и мешать.
Тан Мин стояла спиной к выходу и понятия не имела, что за ней кто-то наблюдает, а вот учительница Цай заметила Цзо Шиюнь и прервала нотацию.
— Цзо Шиюнь, что случилось? — обратилась она к робко мявшейся у дверей ученице.
Цзо Шиюнь прижимала к груди тетрадь с самым невинным видом, а заложенная между страниц ручка торчала обложкой наружу. Выражение извинения на ее лице словно говорило о том, что она сожалеет о вторжении в воспитательный процесс.
— Вы же сами велели мне забрать расписание уроков и план рассадки... — подойдя к письменному столу, послушно и мягко ответила Цзо Шиюнь.
Тан Мин скосила глаза на Цзо Шиюнь. Где теперь была та самая демоница, которая вчера в туалете бара прижимала ее к стене со словами про убрать свидетеля? Перед ними стояла самая настоящая послушная маленькая принцесса, сошедшая со страниц сказочного замка, до боли жалостливая и милая.
Притворяется!
Как же искусно она притворяется!
В голове Тан Мин тут же мелькнули эти слова. В конце концов, притворяться пай-девочкой куда проще, чем изображать расфуфыренную шлюшку, которая в паре тряпок на теле шатается по барам!
Но суметь притворяться так, как Цзо Шиюнь — это не просто высочайший уровень мастерства, тут, пожалуй, еще и раздвоение личности примешивается.
Иначе как ей удается так безупречно всё скрывать?
Пока Тан Мин мысленно перекраивала и дополняла сложившийся у нее образ Цзо Шиюнь, учительница Цай уже вручила той расписание уроков и план рассадки, а на ее лице не осталось и следа той строгости, с которой она только что отчитывала Тан Мин.
— Тогда я пойду в класс наводить порядок, учительница. Когда дотру доску объявлений, сразу же вывешу всё это, — уходя, Цзо Шиюнь по-прежнему излучала мягкость и обаяние.
— Да, иди, — ласково отозвалась учительница Цай. К таким послушным и прилежным ученикам учителя никогда не испытывали недостатка в симпатии.
— Цзо Шиюнь, скажи ребятам, которые будут мыть окна, чтобы были осторожнее, — окликнула ее учительница Цай в самый момент, когда та уже собиралась покинуть кабинет.
— Хорошо, — Цзо Шиюнь остановилась, кивнула в ответ, а затем на секунду перевела взгляд на Тан Мин.
Тан Мин тоже смотрела на нее. Ей было жутко любопытно: как сама Цзо Шиюнь относится к этому своему спектаклю пай-девочки?
Во всяком случае, самой Тан Мин от этого делалось слегка тошно...
— Тан Мин! Посмотри на Цзо Шиюнь и посмотри на себя! — стоило Цзо Шиюнь уйти, как учительница Цай снова принялась пилить Тан Мин. — Я уж не прошу тебя быть такой же, но хоть в чем-то научись у нее прилежности!
Тан Мин не смела произнести ни слова, мысленно лишь возражая: да эта твоя Цзо Шиюнь по барам шастает!
— Насчет твоего сегодняшнего проступка я позже поговорю с твоим отцом. Он что, опять всё лето за тобой не следил? — спросила учительница Цай.
— Угу, — Тан Мин скривила губы и послушно кивнула, уткнувшись взглядом в пол.
http://bllate.org/book/34560/4262694
Готово:
