Едва они сошли со сцены, как тут же подбежал возбужденный Старый Гао. Сверкающим взглядом старого прожженного матерщинника он принялся по очереди всех крепко обнимать. Когда же он дошел до Е Сянчжоу, то испугался его убийственного взгляда и отступил, слегка придя в себя. Для вида он лишь хлопнул Е Сянчжоу по плечу.
— Все сегодня просто отлично сражались! Это наша третья победа подряд на групповом этапе. Так держать, так держать, плей-офф уже близко!
— Далеко еще, — бесцеремонно бросил Лао Гуй. — Это же матчи всего лишь первых трех недель, впереди еще больше десятка. — Едва договорив, Лао Гуй тут же состроил просительную физиономию: — Ну как? Хорошо я сегодня выступил? Может, переговоришь с менеджером, чтобы мне премию выписали?
Старый Гао:
— Это лишь матчи первых трех недель, впереди еще больше десятка туров группового этапа. Какая тебе премия, катись отсюда.
Лао Гуй:
— ...
Все разошлись собирать шлемы и прочее оборудование. Старый Гао поинтересовался:
— Думайте, что будем есть вечером. Сегодня как следует оторвем-ся за ужином.
— Хот-пот! Хот-пот! Хот-пот! — вскинув руки, закричал Цзинь Бао. — Мне с бульоном на красном масле! И поострее!
— Хватит тебе, о других подумай, — возразил Лао Гуй. — Сянчжоу у нас модель, неужели ты заставишь его питаться этой гадостью с зашкаливающим количеством жира?
— Ты меня недооцениваешь или переоцениваешь хот-пот на красном масле? — Е Сянчжоу отмахнулся от них спиной и с презрением бросил: — Сычуаньцы ничего не боятся.
Ресторанчик с хот-потом находился совсем недалеко от клуба. Они попросили водителя микроавтобуса высадить их на перекрестке и дальше пошли пешком.
Хозяин был с ними прекрасно знаком и, получив звонок от Старого Гао заблаговременно, придержал отдельную комнату. Он с воодушевлением проводил их внутрь.
Цзинь Бао еще не успел толком усесться, как уже принялся орать:
— Красавица сестричка, сперва нам всем по миске биньфени, а мне в порцию добавь побольше сладкого!
— Будет сделано. — Цзинь Бао обладал сладким языком и миловидной внешностью, просто гроза зрелых женщин.
Стоило им войти, как парни принялись наперебой выхватывать друг у друга меню и делать заказ. Биньфень принесли первыми: покрытое слоем черного сиропа и украшенное двумя листочками мяты полупрозрачное желе выглядело точь-в-точь как желе, но таяло во рту гораздо нежнее.
Цзинь Бао сделал глоток, и его лицо мгновенно приняло такой вид, будто он уже познал высшее блаженство и был готов вознестись на небеса.
— Посмотри на свою рожу! — усмехнулся Сань Цзинь, и все дружно рассмеялись.
Хозяйка отдельно вынесла Хэ Вэньлэ маленькую тарелочку со сладким пирогом и с улыбкой произнесла:
— Лэ Лэ, кушай побольше, ты слишком худой.
— Спасибо, Тетушка Сюй. — Хэ Вэньлэ мягко улыбнулся. Увидев это, Цзинь Бао жалобным, почти детским голоском протянул:
— Красавица сестричка, почему ты вечно балуешь Лэ Лэ?
— С чего бы это? У тебя же целая миска биньфени, а ты говоришь, что я кого-то выделяю? — Тетушка Сюй сияла от улыбки. Ей нравились и Цзинь Бао, и Хэ Вэньлэ. На Цзинь Бао она смотрела как на собственного сына, а на Хэ Вэньлэ — как на желанного зятя. Будь у нее дома дочь, она непременно выдала бы ее замуж за такого парня, как Хэ Вэньлэ.
— А я? А как же я? — поддакнул Лао Гуй.
Сань Цзинь брезгливо бросил:
— Совесть-то имей, на себя в зеркало давно смотрел?
Лао Гуй:
— ...Черт!
Пока они шумели, подоспел и сам котел. Бульон на красном масле выглядел исключительно аппетитно: плававший в толстом слое яркого масла густой заслон из крупных кусков перца чили и зеленого лука.
Вслед за этим к столу начали подносить заказанные сырые продукты: из мясного выбрали говяжьи требуха, нежные книжки требухи, гусиные кишки, утиные горловые трубки, тончайше нарезанную говядину, рыбу-лягушку, пряное жареное мясо, утиную кровь, а впридачу набрали всякой зелени — соевую кожицу, прессованный тофу, крахмальную лапшу, соевые ростки, хризантемовую зелень, пекинскую капусту. В итоге стол оказался заставлен едой вплоть доверху.
Когда бульон закипел, поднимая клубы горячего пара, парни еще даже не притронулись к еде, а носы у всех уже покрылись испариной.
Забросив мясо и овощи вариться, они открыли по бутылке пива и разговорились. Постепенно беседа оживилась, и все стеснение испарилось.
Бай Юй между делом чокнулся с сидевшим рядом Старым Гао:
— Здорово, что в последние пару лет новички в клубе спокойно едят острое. Это отлично. Лэ Лэ на вид такой мягкий человек, а к острому относится без малейших сомнений, Сянчжоу тоже не боится перца. В одном клубе самое главное — чтобы вкусовые привычки совпадали. Завтра же пойду скажу кухарке, чтобы вернулись к прежнему меню.
Хэ Вэньлэ с абсолютно невозмутимым лицом уплетал окрашенную в ярко-красный цвет свиную брюшину и с улыбкой кивнул.
Собравшись вместе, они болтали о самых разных вещах. Сань Цзинь с Цзинь Бао обсуждали мобильную игру, в которую оба недавно начали играть, да так увлеклись, что в конце концов достали телефоны и уткнулись в экраны. Лао Гуй одновременно болтал со всеми и тыкал в смартфон, просматривая послематчевые комментарии. Прекрасно зная, что его никто не слушает, он все равно с безумно наглым видом продолжал бормотать себе под нос. Остальные воспринимали его слова лишь как фоновый шум, и редкие слоги, залетая в чье-то ухо, тут же отскакивали обратно.
Прислушавшись к разговорам, Бай Юй внезапно спросил:
— В следующем матче мы играем с Династия Умиротворения Мира?
— Ага, — кивнул Старый Гао. — Династия Умиротворения Мира за последние два сезона сдала позиции. Золотой период, когда там играл Вэй Цивэй, восстановить за короткое время не удастся.
— Вэй Цивэй? — Е Сянчжоу показалось это имя знакомым, и он переспросил: — Это кто?
— Главная опора Династия Умиротворения Мира в прошлом, он три сезона удерживал команду на высоте. Вообще-то этот человек довольно жалок, — стоило зайти на территорию сплетен, как Лао Гуй тут же воспрял духом и добровольно взвалил на себя роль комментатора. — На владельца Династия Умиротворения Мира Хэ Фэна тебе нужно обратить особое внимание. Он деляга от мозга до костей, прожженный торгаш. Когда Вэй Цивэй был на пике формы, он и не думал беречь игрока или пытаться продлить его звездный час, вместо этого заваливая кучей коммерческих мероприятий. В итоге у Вэй Цивэя не хватило дыхания на дистанции, и он ушел на пенсию гораздо раньше времени. И ладно бы только это: завершив карьеру на пике, Хэ Фэн хотя бы сохранил его коммерческую ценность, чтобы выжимать слезу ностальгии у фанатов. Но поскольку результаты Династия Умиротворения Мира катились по наклонной и в позапрошлом сезоне они даже не пробились в плей-офф, в прошлом сезоне Хэ Фэн снова вытащил Вэй Цивэя наружу. А результаты... сам понимаешь: год просидел на пенсии без нормальных тренировок, и тут его вдруг снова заталкивают на поле боя. В сердцах фанатов от Вэй Цивэя осталось лишь горькое разочарование.
Кое-что из этого Е Сянчжоу уже слышал раньше от Чи Жуя, когда они вместе играли в видеоигры. Вэй Цивэй был Вэнь Хуайсином предыдущей версии, и та эпоха, когда он блистал, действительно была невероятно яркой: он в одиночку вытащил Династия Умиротворения Мира на самые верха. Без всякого преувеличения можно сказать, что по меньшей мере треть нынешних фанатов Династия Умиротворения Мира остались преданны клубу только из-за Вэй Цивэя.
Е Сянчжоу поинтересовался:
— А в нынешнем составе Династия Умиротворения Мира есть еще кто-то, заслуживающий внимания?
Поскольку добиться матча-реванша с Династия Умиротворения Мира им тогда не удалось, Е Сянчжоу просмотрел несколько записей старых игр этой команды и не заметил там никаких грозных персонажей.
Старый Гао призадумался и ответил:
— В этом сезоне кадровых перетрясок у Династия Умиротворения Мира кот наплакал. Самое крупное изменение — они выкупили у Чжаньшэнь Цяо Лэя, которого вечно задвигал в тень Вэнь Хуайсин. Этот самый Цяо Лэй... — Старый Гао бросил косой взгляд на притихшего Хэ Вэньлэ и перевел стрелки, басовито произнося: — Кхм, Бай Юй с ним знаком лучше, пусть он тебе и расскажет.
Бай Юй: «???» Он тоже посмотрел на Хэ Вэньлэ.
Хэ Вэньлэ мягко улыбнулся:
— Ничего страшного, брат Бай Юй, рассказывай.
Е Сянчжоу перевел взгляд с Хэ Вэньлэ на замявшегося Бай Юя, и его брови слегка сошлись на переносице.
Бай Юй подбирал слова, прочистил горло и начал:
— Мы с Цяо Лэем начинали в Линьдун. Линьдун — небольшая команда, которая вечно барахталась в зоне вылета. Мы пробыли там чуть больше года, потом оба хорошо отыграли сезон и сменили клубы: Цяо Лэй ушел в Чжаньшэнь, а я пришел в Чанъюнь. Цяо Лэй — ассасин, его называют лучшим ассасином китайского сервера. Даже на мировой арене он держится в первых рядах. Возможно, из-за специфики класса Цяо Лэй слишком глубоко вжился в роль... Человек он, как бы это сказать, несколько мрачноватый.
Пока Бай Юй представлял Цяо Лэя, Е Сянчжоу параллельно отыскал его в интернете. Поисковая выдача пестрила нарезками эффектных убийств Цяо Лэя, в девяти заголовках из десяти фигурировало прозвище Смертоносный Вестник.
Хотя Цяо Лэй гремел не так громко, как Вэй Цивэй или Вэнь Хуайсин, на сегодняшний день он оставался киберспортсменом с наибольшим числом фрагов во всей профессиональной лиге Герои Фантомного Мира.
— Мрачный я имею в виду не только в игре, в реальной жизни он такой же... — рассказывая, Бай Юй то и дело украдкой поглядывал на лицо Хэ Вэньлэ.
Хэ Вэньлэ поджал губы, и улыбка на его лице постепенно угасла.
Бай Юй молча вздохнул и заключил:
— Ладно, об этом хватит, к матчам оно особого отношения не имеет. Ассасин из него и вправду отменный, так что для Цзинь Бао это станет серьезнейшим испытанием. Цзинь Бао, в следующей игре вся надежда на тебя.
— Только не это! — тут же жалобно заныл Цзинь Бао. — У него до того жуткий стиль устранения, от одного воспоминания мороз по коже. Вы должны меня защитить, а? Может, в командном бою выпустим Эр Я?
Эр Я было прозвищем Цянь Ина. Его персонаж специализировался на защите и носил класс паладин. Из-за своего игрового ID Искупление Эр Я его все звали просто Эр Я. Он вечно сидел в запасе, фигура незначительная.
Пока они говорили, Е Сянчжоу уже успел запустить несколько классических видеозаписей с участием Цяо Лэя.
Удар в горло со спины.
Вырывание сердца.
Смертельные тиски.
Почти все зрелищные моменты строились на том, что Цяо Лэй неслышно подбирался с тыла и наносил удар.
Взгляд Цяо Лэя леденял кровь — словно хищник, бесшумно приближающийся из темноты, он разил острейшим клинком точно в самые уязвимые точки.
Если вычленить эти эпизоды и рассматривать исключительно с игровой точки зрения, это действительно были потрясающие, достойные изучения приемы, каждое движение в которых отличалось изяществом произведения искусства. Но если поместить их в реальные условия того матча...
В голове Е Сянчжоу отчетливо запечатлелись лишь глаза Цяо Лэя.
Ледяные, решительные, безжалостные, змеиные.
Каково это — оказаться у него на мушке?
Напоминавленные и наевшиеся, все разошлись по домам, и в клуб они вернулись уже около полуночи.
Понимая, какая тяжелая задача ему предстоит, Цзинь Бао ужасно нервничал и уговорил Хэ Вэньлэ составить ему компанию на тренировке. Старый Гао, услышав об этом, лично отрядил на поле боя Лао Гуя. Тот упирался, но в итоге сторговался на три ночных перекуса — сделка была заключена, и Хэ Вэньлэ наконец отпустили отдохнуть.
В спарринге один на один против Лао Гуя Цзинь Бао выступал слабо, испытывая сильнейшее психологическое давление. В разгар тренировки в тренировочный зал зашел еще один игрок, и Цзинь Бао, едва завидев знакомого персонажа Хэ Вэньлэ, тотчас просиял:
— Лэ Лэ!
http://bllate.org/book/34557/4262200
Готово:
