Директор Янь! Снова виделись, а вы всё такой же бодрый! — раздался с недалёкого расстояния восхищенный женский голос. Брови Чэн И едва заметно качнулись, но в тот же миг, стоило ей поднять голову, на лице вновь засияла сладкая улыбка.
Да это же наша обладательница премии за лучшую женскую роль, Чжоу Синь! И всё такая же красавица! — Янь Синхун встретился взглядом с подошедшей женщиной.
Кроваво-красная помада, едва приподнятые изящные стрелки на глазах, черное вечернее платье с открытыми плечами и высоким разрезом, обнажающим длинные ноги, безупречно белая и тонкая спина — вся она была невероятно хороша собой. Взгляд, которым одарил ее Янь Синхун, был слегка неприятным, однако улыбка женщины не изменилась ни на йоту.
Они обменялись дежурными объятиями, причем Янь Синхун позволил себе двусмысленно погладить ее изящную талию, и только после этого они вновь завели светскую беседу.
Чэн И, у которой никак не получалось вклиниться в разговор, неловко замерла с бокалом вина в руке. Дождавшись, когда те наконец умолкнут, она осторожно поприветствовала их:
— Здравствуйте, сестра Синь! Я Чэн И.
Чжоу Синь, казалось, только сейчас заметила ее присутствие. Кивнув девушке, она перевела взгляд на беседовавшего с ней мужчину и ничего не ответила.
Янь Синхун, слегка польщенный, приобнял свою нынешнюю фаворитку и произнес:
— Это Ии. В будущем нам предстоят совместные съемки, так что ты уж позаботьтесь о ней хорошенько.
— Само собой. Раз она человек директора Янь, то в будущем непременно станет суперзвездой.
Бросив пару дежурных комплиментов, Чжоу Синь все оставшееся время демонстративно игнорировала стоявшую рядом Чэн И.
Настроение у Чэн И испортилось. Ей казалось, что эта старшая коллега испытывает к ней какую-то враждебность. Всё-таки сказывалась молодость: выражение лица девушки тут же стало зажатым.
После ухода Чжоу Синь Чэн И вновь взяла себя в руки и в сопровождении своего покровителя познакомилась со многими людьми. Одни подходили первыми, подобострастно льстя мужчине, под руку которого она бралась, и глядя на нее заискивающе; другие открыто флиртовали прямо при ней, готовые чуть ли не сами упасть к нему в объятия.
Но большинство все же не принимало ее всерьез. Получив от ворот поворот, растерянная Чэн И погрузилась в задумчивость: судя по всему, этот директор Янь не был так уж всемогущ, как она себе воображала.
Однако кое-кто ее все же удивил — обладатель титула лучшего актера Гу Чансэнь. Он оказался единственным, кто отнесся к ней с искренним теплом — настолько мягким, что у нее зародилась толика несбыточных фантазий.
Вбежав в индустрию десять лет назад, он уже успел завоевать две престижные актерские награды и не испытывал недостатка в популярности. За его спиной стояла одна из ведущих компаний шоу-бизнеса, а выдающиеся навыки общения позволяли ему блистать в любой толпе. В отличие от других звезд первой величины, он не держал дистанцию и вел себя с утонченной опытностью прирожденного дельца.
Чэн И не удержалась и расспросила:
— Директор Янь, вы, кажется, знакомы с лучшим актером Гу? Что он за человек?
Янь Синхун вспомнил красивого мужчину, который только что так умело и приятно польстил ему, и слегка пренебрежительно отозвался:
— Да так, младший из семьи Гу... — внебрачный сын Гу Гошэна, но поскольку его собственное происхождение тоже было не совсем безупречным, вторую половину фразы он озвучивать не стал.
Время приближалось к началу, и организаторы стали выставлять лоты на выставочной платформе.
Чэн И заметила, что Янь Синхун то и дело бросает взгляды на места для почетных гостей в первом ряду, забыв о шутках с ней, и выглядел при этом недовольным.
Мужчина, к которому было приковано пристальное внимание Янь Синхуна, одновременно привлекал жадные взгляды множества людей, однако из-за ходивших в окололитературных кругах слухов о его крутом нраве никто так и не осмеливался подойти и побеспокоить его.
— Не по душе? Как-никак, это крупнейший аукцион города Г., должны же мы проявить к организаторам хоть какое-то уважение? — Ван Кэ наклонился к самому уху мужчины и насмешливо поддразнил его.
Генеральный директор Корпорации Янь Янь Цзиньяо источал ауту неприступности. Когда тот приблизился, он тут же отодвинулся на два сантиметра и легким движением смахнул с лацкана несуществующую пылинку.
И бесстрастно бросил в ответ:
— Твой дед справляет юбилей, а ты собрался дарить ему изумрудные украшения?
Ван Кэ бросил взгляд на только что выставленный на сцену лот и неловко прокашлялся.
Сидевший с другой стороны от него племянник Янь Цзиньяо, Янь Синьин, с ехидной улыбкой подлил масла в огонь:
— Дядя Кэ, неужто ты сам хотел купить, да денег не хватило? Смотри, ради дружбы с моим младшим дядей я могу одолжить тебе без процентов! Только вот я немного соскучился по стряпне сестры Цинцин, так что просто пригласи меня к себе на обед, и ладно.
Услышав это, Ван Кэ скривился и сквозь зубы процедил:
— Янь Цзиньяо, угомони ты своего племянника! Он уроки вообще доделал? Зачем притащил его сюда, дома не кормишь, что ли? И вообще, у меня полно денег!
Стоило зайти об этом речь, как его тут же накрыла волна раздражения: стоило этому пареньку заглянуть к ним домой, как его благоверная Лю Цинцин расплывалась в умилении и в упор переставала замечать мужа. На беду, парень вырос красивым, язык у него был подвешен отлично, а поскольку все они видели, как он рос, то и баловали его поневоле.
— Раз уж пришел, неужто не собираешься подарить сестричке Цин подарки? Скоро ведь День святого Валентина, неужто надумал отделаться каким-нибудь захудалым букетиком?
Презрительный взгляд Янь Синьи даже не пытался скрываться: сестра Цин всегда относилась к нему прекрасно — мало того что красавица, так еще и готовила великолепно.
— И это мне говорит старшеклассник? Сам-то хоть раз в жизни влюблялся, День святого Валентина у него на уме! — Ему преподносили всё так, будто он был последним скрягой, хотя он и сам являлся чистокровным богатым наследником второго поколения, пусть сейчас и работал на своего друга детства.
Вообще-то Ван Кэ с малых лет рос вместе с Янь Цзиньяо. В школьные годы учился он ни шатко ни валко, а заветной мечтой его было превратиться в беззаботного тюленя, который плывет по течению. После окончания учебы он наотрез отказывался принимать отцовскую компанию.
Однако ради того, чтобы завоевать Лю Цинцин, он упрямо устроился работать заместителем генерального директора в подчинение к Янь Цзиньяо, чуть до смерти не разозлив отца и не лишившись всякой финансовой поддержки. Ради того, чтобы оказаться ближе к цели, Ван Кэ в корне пересмотрел свои ленивые взгляды на жизнь.
Они продолжали пикироваться, даже не заметив, что внимание Янь Цзиньяо было приковано совсем к другому.
На подиуме красовался крупный куст ярко-красного коралла. Обладая безупречным качеством, он вольготно демонстрировал свою красоту, изгибаясь подобно таинственной морской сирене. Его густые ветви переплетались в идеальном порядке, а цвет главного ствола сиял ярче драгоценнейших камней этого мира. Отраженный свет струился, напоминая бегущие облака, сквозь дымку которых, казалось, переливалось что-то неуловимое и особенное.
...Кораллы — единственные в мире живые сокровища со сроком жизни в тысячелетия... Испокон веков они почитались как символ богатства и благополучия.
Ведущий нарочито проникновенным голосом расписывал редкость этого коралла. В лучах софитов тот проникал в самую душу зрителей: ослепительный, величественный, ослепительно яркий и в то же время манящий, заставляющий каждого невольно желать подойти ближе, чтобы насладиться его красотой.
http://bllate.org/book/34542/4260318
Готово:
