Куриная грудка в масле скатывается в красивый золотисто-коричневый цвет, заливается говяжьим бульоном и мадерой, чтобы соус уварился до сиропной густоты, после чего добавляются сливки, и соус снова доводится на сильном огне до загустения и пузырей, а перед выключением плиты его посыпают мелко нарезанной петрушкой.
Эрих нарезал лук-порей и картофель, и, не имея других дел, уселся на стоявший рядом стул, наблюдая, как Перси готовит куриную грудку, и попутно бросая незначительные фразы.
Перси не оставлял слова Эриха без внимания — он отвечал ему короткими фразами, хотя большую часть времени молча черпал соус ложкой и снова поливал им куриную грудку.
Перси находил этот ужин превосходным: куриная грудка получилась мягкой и нежной, соус — шелковистым, а сливочный вкус искусно переплелся с остротой перца. Впрочем, больше всего ему понравился суп из лука-порея и картофеля, в приготовлении которого Эрих сыграл ключевую роль.
Он попытался сбивчиво похвалить кулинарные способности Эриха, чем вызвал у того громкий смех.
В отличие от слепого восхищения Перси, оценка Эриха была более объективной.
Он впервые лично участвовал в готовке: переборщил с солью, приправляя картофельный суп с луком-пореем, лук разварился, а картофель вышел недостаточно нежным на ощупь, так что вкус получился самым заурядным.
Но, несмотря на это, ужином остались довольны все, и даже Уилл получил свою миску разваренного в пюре картофеля с мясным фаршем.
Перси отвел Эриху ту комнату, в которой сам спал в детстве. С балкона этой комнаты можно было дотянуться рукой до ветвей и бутонов роз — если, конечно, Эрих пробудет здесь до майского цветения.
Когда-то Эрих был солнцем, высоко висевшим в небе — ослепительным и недосягаемым.
Теперь же расстояние между ними наконец сократилось. Эрих больше не был кем-то, кого окружает толпа, чье имя печатают в газетах или о ком доходят слухи с чужих слов — он по-настоящему, осязаемо спал в соседней комнате.
Перси испытывал невиданное прежде удовлетворение.
Прежде чем погрузиться в сон, он старательно припомнил каждую встречу с Эрихом, начиная с юношеских лет: улыбчивый, мягкий, невозмутимый, сдержанный — от подростка до молодого мужчины. В самом конце образ застыл на произнесенном перед закрытой дверью пожелании спокойной ночи.
Если это был сон, он был готов не просыпаться никогда.
Госпожа Ханс каждое утро приходила на Ферму Пекино для утренней уборки. Ее работа была проста: достаточно было смахнуть пыль и выстирать белье, чтобы заработать дневную плату.
Господин Шефилд жил один, и на всю работу на Ферме Пекино уходило всего одно утро, так что для служанки это была поистине редкая и желанная работа.
Прибыв сегодня утром на Ферму Пекино, госпожа Ханс обнаружила здесь гостя — красивого молодого джентльмена.
За все три месяца работы на Ферме Пекино она еще ни разу не видела здесь никого, кроме господина Шефилда. Слава богам, наконец-то его кто-то навестил из родных или знакомых.
Раньше она неизменно думала, что у господина Шефилда нет ни близких, ни друзей, а столь замечательному господину не следовало жить в одиночестве в этом большом и пустом доме.
Эрих сидел за обеденным столом и читал газету; поскольку выписывали всего один экземпляр, он зачитывал Перси те места, которые казались ему интересными.
Перси сидел рядом и маленькими глотками потягивал горячее молоко. Из чистого эгоизма он даже не подумал подсказать Эриху, что можно разделить стопку газет надвое, и уж тем более не собирался выписывать вторую.
В Эрихе таилось какое-то уникальное очарование: стоило ему захотеть, как он с легкостью находил подход к абсолютно любому человеку. Еще вчера они с Перси были самыми обычными сокурсниками, а теперь их вполне можно было назвать друзьями.
Из чистого любопытства Эрих гадал про себя, какова же была истинная причина, побудившая Перси пригласить его на отдых на Ферму Пекино, но, к его удивлению, у Перси не обнаружилось никаких особых желаний — от него исходило лишь некое равнодушие и полное отсутствие чрезмерного энтузиазма к чему бы то ни было.
Развлечений в сельской местности было не так уж много. Сезон охоты еще не начался, так что делать оставалось разве что играть в теннис, устраивать пикники, кататься на лодках да удить рыбу у речки; конные бега и гребные регаты проводились в городке, а деревенские балы устраивались безо всякого расписания.
Перси еще не решил, чем занять Эриха сегодня, однако пейзажи на Равнине Сомерслай стояли великолепные, и в ясный день прогулка по сельским тропинкам была отличным выбором.
Он очень дорожил временем, проведенным с Эрихом наедине, а потому ничуть не спешил составлять расписание на день. Однако эту тишину вскоре нарушили — кто-то позвонил в дверь.
Перси отправился открывать, а Уилл семенил следом, перебирая короткими лапками, и прибежал за ним прямо к дверям.
За порогом стоял крупный седобородый старик; сняв с головы шляпу и прижав ее к груди, он с улыбкой поприветствовал Перси:
— Доброе утро, господин Шефилд. Я привез заказанные вами вчера у Эндрю саженцы.
Перси чуть было не выпустил это дело из головы и слегка отступил в сторону:
— Доброе утро. Снесите их все на задний двор, я попрошу друга помочь. Я сначала схожу в дом за кошельком.
— Без проблем, — старик опустил взгляд на крутившегося у порога Уилла, присел на корточки и помахал ему рукой: — Эй, привет тебе, малыш, не хочешь пойти со мной потаскать цветы?
Уилл звонко тявкнул пару раз, после чего стремглав бросился обратно в дом, оставив старику лишь свой забавно покачивающийся толстый зад.
Эрих вышел из столовой как раз в тот момент, когда к нему подошел Перси:
— Эрих, заказанные мной вчера саженцы прибыли, не мог бы ты помочь мне свериться с накладной? Я поднимусь наверх за кошельком.
Эрих ответил:
— Конечно.
Саженцы доставили на повозке, и когда Перси рассчитался по счетам, седобородый старик погоняя лошадь скрылся в тени аллеи.
Перси посмотрел на саженцы на земле, перевел взгляд на стоявшего рядом Эриха и, немного поколебавшись, заговорил:
— Не хочешь помочь мне посадить эти цветы?
Эрих, склонив голову, изучал саженцы, пытаясь определить, к какому именно сорту они принадлежат, и ответил Перси:
— С удовольствием. Нам понадобится мотыга, чтобы взрыхлить землю. Где здесь инструменталка?
— Тебе следовало бы сначала снять верхнюю одежду, — Перси указал на аккуратный костюм Эриха. — Ты испачкаешь вещи.
— Что ж, Перси, сходи за инструментами, а потом дожидайся меня. Всю работу по рыхлению земли оставь мне — думаю, мое крепкое здоровье вполне позволит справиться с этой задачей. — Эрих улыбнулся и подмигнул Перси.
http://bllate.org/book/34538/4259791
Готово:
