Семья Душа из Кэдадуна
Государство Кэдадун существовало уже несколько десятков миллионов лет, а его столица, город Сяло, была поистине роскошным мегаполисом.
Здесь концентрировалось огромное количество богачей и представителей знатных древних родов. Все эти семьи являлись потомками тех, кто внес огромный вклад в основание государства Кэдадун.
Во время грандиозной междоусобной войны, разразившейся между различными племенами планеты Ао миллионы лет назад, их предки ценой собственной жизни и мудрости защитили свои дома. Благодаря своей доблести и воинскому искусству они не только отбросили врагов, но и единым махом захватили другие племена.
По окончании войны они поглотили прочие мелкие племена и основали нынешний Кэдадун, а заодно создали еще шесть государств: Могос, Цзябина, Лиэто, Татасибэй, Бэйжун Куйка и Хуе!
Чтобы подобное впредь не повторилось, эти семь стран перед каменной статуей Божественного Зверя (Божественный Зверь — легендарный святой дух, чей истинный облик никому не ведом; известно лишь, что миллиарды лет назад планета Ао была лишь бесплодной пустыней, лишенной любой жизни, и именно его появление подарило планете жизнь, заставило расти деревья и появилось животным, Божественный Зверь позволил животным эволюционировать, наделил их разумом и долголетием, а также научил этих зверолюдей давать потомство, после чего исчез, оставив после себя лишь каменное изваяние, чья божественная сила, впрочем, никуда не исчезла: если зверолюди нарушали клятву, Божественный Зверь карал их) совместно установили «Закон», которому обязаны были подчиняться все государства; нарушителей же Божественный Зверь лишит всего, что даровал. Никто не смел нарушить клятву, данную Божественному Зверю, и все страны, строго соблюдая «Закон», по сей день жили в мире и согласии.
В самом процветающем районе города Сяло располагался огромный старинный замок, где жила семья Душа.
Фамилия Душа была почитаемой в Кэдадуне, ведь их предки сыграли колоссальную роль в основании государства.
Поэтому на заре создания страны им выделили огромный участок земли под родовое гнездо и пообещали, что сколько бы времени ни прошло, эта земля навечно останется за родом Душа.
Нынешним главой семьи Душа являлся Хуаси Доша, занимавший пост министра иностранных дел Кэдадуна. В молодости он совершил множество выдающихся подвигов на военной службе.
Обладая огромной силой, он занимал влиятельнейшее положение в политических кругах. В свои четыреста восемьдесят лет этот зверолюд давно перешагнул установленный для их расы трехсотлетний предел жизни.
В роскошном и тихом зале никто не смел вымолвить ни слова — день Праздника Цзяси не вызывал ни малейших радостных чувств.
Раздался оглушительный грохот: великолепный стол из красного дерева в мгновение ока раскололся надвое. Это был уже четвертый стол, который Хуаси разнес в щепки за текущий месяц.
— Неужели никто так и не смог с ним связаться?
Зычный голос принадлежал патриарху семьи Душа — Хуаси Доша. Несмотря на белоснежные волосы, он выглядел на редкость крепким и здоровым.
В свои четыреста восемьдесят лет он вовсе не казался стариком, а сила, с которой он разнес в щепки стол, была такова, что ее с трудом выдержал бы любой крепкий зверолюд. На его суровом, испещренном морщинами лице все еще угадывались черты некогда крайне привлекательного зверолюда.
В зале царило гробовое молчание. Любимый внук старика пропал без вести, и даже со всеми ресурсами и влиянием семьи Душа связаться с ним до сих пор не удавалось.
В этот момент любой неосторожный звук наверняка повторил бы судьбу валявшегося на полу стола.
— Дедушка, есть новости, есть новости! — с криком вбежал в замок старший внук Хуаси, Мэнпо.
— Неподалеку от Леса Кукс кто-то видел Лейделе, говорят, он летел в сторону города Сяло, только... — Мэнпо бросил испуганный взгляд на деда.
— Люди видели, как он одолел с десяток монстров цату, но получил тяжелейшие ранения.
— Ах... — по залу пронесся испуганный вздох.
С восьми лет, когда он впервые отправился с дедужкой в лес на охоту, Лейделе никогда не получал серьезных ранений. Тридцать семь лет — для него это был возраст совершеннолетия, наступивший уже давным-давно.
Каждый год во время отпуска Лейделе отправлялся помогать в военный лагерь. К тридцати семи годам он уже накопил множество боевых заслуг. Будь то отражение атак мутировавших диких зверей на город или демонстрация превосходящего боевого мастерства среди сверстников — он во всем был гордостью и новой звездой клана Душа.
Сколько омег выстраивалось в очереди в надежде выйти за него замуж!
Крепкое тело Хуаси качнулось, и в зале снова воцарилась мертвая тишина. Отец Лейделе, Хэ Фэй, услышав слова старшего сына, лишился последних сил и рухнул на пол.
— Отец... — Мэнпо бросился поддерживать Хэ Фэя, и в зале мгновенно воцарился хаос.
— Отец, сейчас нужно... — Старший сын Хуаси, Кэи, держался гораздо спокойнее своего супруга Хэ Фэя, однако его вечно прямая спина едва заметно дрожала.
— Кэи, оставайся следить за домом, я лично поведу людей. Ни один член семьи Душа не умирает вот так, — бросил Хуаси, резко развернулся и вышел за ворота, где уже давно ожидал отряд тяжелой стражи.
— Смотрите, господин Лейделе вернулся! — только они собрались выступать, как раздался чей-то восторженный возглас.
В небе виднелся огромный черный волк с крыльями, стремительно летевший в их сторону.
— Быстро расступитесь! — в отличие от взволнованной стражи, Хуаси сохранял холодный рассудок. Увидев огромный звериный облик внука, он тут же велел всем отойти, чтобы освободить ему достаточно места для приземления.
Приземлившись, Лейделе мгновенно принял человеческий облик, прижимая к груди какой-то крошечный сверток. Его огромное звериное штормовое покрывало скрывало то, в чем с трудом угадывались очертания человека.
— Ке Го, быстро позовите Ке Го! — едва коснувшись земли, он бросился вперед, даже не попытавшись заговорить с дедом, крича на бегу. На его вечно ледяном лице читалась предельная тревога.
Все вокруг замерли, растерянно глядя на внезапно объявившегося молодого господина, который так долго числился пропавшим без вести.
— Живо позовите доктора Ке Го! Лейделе, отнеси человека в комнату, — отдав четкие, не терпящие возражений распоряжения слугам, Хуаси последовал по пятам за внуком.
Мэнпо и остальные ошеломленно смотрели на внезапно вернувшегося Лейделе. Тот же, не обращая внимания на окружающих, с ношей в руках промчался сквозь толпу прямо к себе в спальню.
Только теперь люди пришли в себя и, сообразив, что на руках у Лейделе кто-то есть, сгораемое от любопытства бросились следом.
Раз уж Лейделе вернулся живым и невредимым, все остальное отходило на второй план. Куда больше их интересовало, кого именно он прижимает к груди.
Лейделе предельно бережно опустил ношу на кровать и откинул звериную шкуру.
— Ох! — в отличие от недавней радости при виде внезапно вернувшегося домой Лейделе, вид омеги на кровати вызвал у всех еще больший шок.
Перед ними лежал прекрасный несовершеннолетний омега хрупкого телосложения. Невиданная доселе белизна кожи, копна невероятно мягких на вид черных волос и утонченные донельзя черты лица вызывали сильнейшее умиление.
Вот только этот прелестный птенчик был смертельно бледлен, с него непрерывным потоком катился холодный пот, а одежда давно промокла насквозь.
— Всем мужчинам-зверолюдям выйти вон! Ему нужно сменить одежду, — тут же распорядился донельзя заботливый Хэ Фэй.
Присутствующие тут же опомнились и поспешно покинули комнату. Внутри остался лишь Лейделе.
— Лейделе, ты тоже выходи. Раз здесь я, неужели ты мне не доверяешь? — произнес Хэ Фэй, глядя на встревоженного сына. Бросив глубокий взгляд на Гу Юя, он сам вышел из комнаты.
Дверь закрылась. В комнате остались лишь Хэ Фэй и его старшая невестка Хун Та. Они тут же принялись переодевать Гу Юя.
— П... папа! — только сменив одежду, Хун Та оцепенело взяла руку Гу Юя и посмотрела на Хэ Фэя. Выражение ее лица было настолько озадаченным, что даже Хэ Фэй потерял привычное самообладание.
— Кэи! Кэи! — громкий окрик привлек внимание стоявших снаружи людей. Решив, что стряслось что-то ужасное, они ворвались внутрь.
Они увидели лишь то, как Хун Та сжимает руку потерявшего сознание маленького омеги. Все перевели взгляд туда — и на этот раз оцепенели поголовно. На нежной белой коже рук не было ни единого шрама, они были безупречны.
http://bllate.org/book/34515/4257136
Готово:
