Люди любят играть в игру подними котика. Люди тянутся за длинной веревочкой Сяо Бая и поднимают его так высоко-высоко. Сяо Баю это не нравится, Сяо Баю нечем дышать, но людям нравится, и Сяо Бай готов подыгрывать людям.
Ещё люди любят учить Сяо Бая плавать, но люди всегда прижимают Сяо Баю голову и не дают Сяо Баю плыть.
Сяо Бай напился столько воды, уже совсем наелся…
Чи Чу всё понял: человек, о котором говорил Сяо Бай, был каким-то мучителем кошек.
Какое там поднятие котиков, какое плавание — всё это сводится к одному слову.
Удушье.
Сяо Бай играл с человеком! Человек выбросил Сяо Бая из высотного дома! Сяо Бай бродяжничал целый день, пока Хуэйхуэй не подобрал меня и не сказал, что придёт другой котик и спасёт меня.
Это ведь ты, Эньми!
Сяо Баю так плохо, в горле першит…
Внезапно в стеклянной комнате Сяо Бай ссутулил шею и забился в непрерывных судорогах, из пасти хлынули комья рвоты, и без того худой живот мгновенно опал. Наполненное жизнью котенок вмиг превратился в умирающего, рухнул на пол и никак не мог подняться.
Он упрямо скреб лапками по полу.
В ушах Чи Чу звенело, в голове была абсолютная пустота. Двигаясь на инстинктах, он зигзагами выбежал наружу, нашёл неподалёку дежурного медработника и, вцепившись зубами в штанину, тревожно затянул: «У-у-у!»
Скорей идите, спасите Сяо Бая!
Наверное, тревога Чи Чу была слишком явной, и медработник пошёл за котиком к Сяо Баю. Увидев, в каком тот состоянии, он торопливо отпер стеклянную комнату и унёс Сяо Бая.
Шэнь Цин, только что куда-то уходивший, теперь вернулся. Чи Чу, словно увидев единственный знакомый и надежный источник тепла, на ватных лапах медленно поплелся к нему и прижался к руке Шэнь Цина.
А затем очутился в его объятиях.
Чуть позже Шэнь Цин забрал его домой.
Глава 8. Купание
По сравнению с больницей, пропахшей медицинским спиртом, в доме Шэнь Цина витал приятный аромат кошачьего корма. Казалось, будто крошечный кошачий корм отрастил маленькие крылышки и манит прямо у кончика носа, без устали нашептывая: «Скорее съешь меня, скорее съешь меня».
Великий лакомка Чи Чу и впрямь поддался на соблазн. Открыв глаза, он действительно увидел зависшую в воздухе гранулу корма, которая покачивалась из стороны в сторону, словно манговое пирожное.
Правда, этот корм держал в руке Шэнь Цин, а вовсе не крылатый малыш.
Чи Мяо вовсе не жадная кошечка! Если можно, то манговое пирожное и ароматный кошачий корм — всё заверните с собой!
Голова еще не до конца проснулась, но жадный нос уже инстинктивно потянулся на запах. Однако пирожное оказалось на редкость вредным: стоило только приблизиться, как оно тут же тихонько отступало назад. Чи Чу продвинулся довольно далеко, но вкусняшку так и не заполучил, а угодив в продавленное место на диване, потерял равновесие и уткнулся носом прямо в колено Шэнь Цина.
Бедро ощущалось как мятная подушка, и Чи Мяо снова захотелось спать. Его голова шаг за шагом скользнула в опасную зону.
Глупый котенок всё еще пребывал в растерянности, пока не почувствовал, как бедро под ним слегка сместилось в сторону. Тогда он яростно взмахнул лапой и отвесил Шэнь Цину одновременно легкий и увесистый шлепок в качестве мести за недавние дразнилки.
На ткани отпечатался след кошачьей лапки — вот вам и доказательство обиды котика!
Однако этот удар вовсе не заставил Шэнь Цина раскаяться. Напротив, он с победоносным и игнорирующим заговорщическим выражением в глазах уставился на котенка, который был едва ли вдвое длиннее его бедра, и снова поднес корм к самому кончику указательного пальца, протягивая его малышу.
Думаешь добиться прощения всего одной гранулой корма? Хм, этот котёнок не из тех, кого так легко ублажить!
Чи Чу горделиво отвернулся, исподлобья бросая вороватые взгляды на Шэнь Цина круглыми глазами. Он пытался изобразить смертельную обиду, но этот предательский хвост никак не слушался и всё норовил хлестнуть Шэнь Цина.
Мой хвост должен подчиняться моим приказам, как он смеет предавать меня!
Чи Чу с досадой прижал непослушный хвост лапой, бросил косой взгляд на источающий аромат корм, и его животик тут же жалобно заурчал.
Он-то человек, но кошачий корм перед носом пах просто невероятно.
Шэнь Цин положил руку на непослушный живот котенка, легко помял его и качнул палец, подвигая корм ближе.
Этот безупречный смертельный комбо-прием окончательно поймал Чи Мяо на крючок.
В тот самый миг, когда палец приподнялся, котенок мягким язычком, усыпанным крошечными шипиками, сгреб корм, а затем, словно стесняясь, отвернулся и захрустел спиной к Шэнь Цину.
Шэнь Цин уставился на собственный палец, словно сожалея о только что исчезнувшем теплом прикосновении.
Чи Чу объелся донельзя, и его хвост снова зажил своей жизнью, раскачиваясь из стороны в сторону, как вдруг кот замер, словно у него пропал интернет, и настороженно огляделся по сторонам.
Котенок медленно выпрямился, сев столбиком. Неведомая сила потянула Шэнь Цина за палец — ему вдруг ужасно захотелось ткнуть котенка в пушистую макушку, оставив на шерстке крошечную ямочку.
Едва эта мысль мелькнула в голове, как рука сама собой потянулась вперед, будто привязанная тем самым изогнутым хвостом.
Палец скользнул по торчащим волоскам. Чи Чу, который мысленно вел обратный отсчет, тут же торжествующе навострил уши, резко повернулся и изо всех сил вцепился зубами в палец Шэнь Цина. Он принялся покусывать мягкую подушечку человеческого пальца своими острыми зубками, злобно оскрибя зубы и свирепо таращась на Шэнь Цина.
Но в этом взгляде не было ни капли угрозы — скорее он напоминал мелкого пугающего бесёнка, чье выражение лица можно было назвать разве что умилительным.
Заметив, как упрямится котенок, Шэнь Цин чуть глубже подал палец вперед. Маленькие кошачьи зубки вынужденно защелкали, и спустя мгновение кот сердито разжал пасти.
Глядя на оставленный им едва заметный след, Чи Чу удовлетворенно прищурился, с независимым видом повернулся и зашагал кошачьей походкой прочь, навстречу своей законной миске с кормом.
Однако он не успел сделать и полушага, как чья-то рука ухватила его за ошейник и грубо дернула назад. Не успел Чи Чу опомниться, как его нос уткнулся в резко приблизившееся лицо Шэнь Цина.
Его зрачки резко расширились, а дыхание на секунду замерло.
Настолько близко, что Чи Чу отчетливо видел каждую ресничку Далиши, а еще заметил, что глаза мужчины действительно черны, как тушь, и разглядеть зрачки без пристального вглядывания было просто невозможно.
То ли из-за этой черноты, то ли по иной причине, но даже когда Шэнь Цин только что развлекался, дразня котенка, рябь в его глазах оставалась едва заметной.
А если смотреть издалека, так вообще никаких нюансов не заметишь.
Чуть ниже он обратил внимание на крошечный шрам у внешнего угла правого глаза Шэнь Цина. Он располагался аккурат косой черточкой рядом с родинкой, напоминая пролетевшую мимо луны падающую звезду.
Эта падающая звезда оставила след на ночном небе, глубоко врезавшись в память тому, кому посчастливилось её заметить, и забыть такое было уже невозможно.
За окном шелестели ветви и листья. Чи Чу долго смотрел на падающую звезду, пока его в чувство не привел горячий воздух от дыхания, коснувшийся лица. Он перевел взгляд и уставился прямо в глаза Далиши.
Слишком, слишком близко.
Далиши нарушает правила!
Сохранять невозмутимость, когда на тебя так внезапно нападают с таким лицом, было крайне тяжело.
Будь он сейчас человеком, лицо Чи Чу наверняка уже залилось бы краской. Он бы отчаянно смущался, не зная, куда деть глаза, и так бы паниковал, пока весь не раскалился докрасна, а кончики пальцев не закололо бы от румянца.
В конце концов, в обычное время такая внешность Далиши с легкостью привлекала его внимание, заставляя завороженно пялиться снова и снова, пока в один прекрасный момент он не терял бдительность и не врезался лбом в столб, а потом, растирая шишку, с удивлением обнаруживал, что всё еще жив.
Ведь он и правда занимался подобными глупостями.
Но к счастью, в глазах окружающих он сейчас — всего лишь ничего не смыслящий котенок, создание, которое, с точки зрения людей, понятия не имеет о личных границах, а значит, может бессовестно пользоваться Далиши!
Впрочем, этот ошейник…
Чи Чу изо всех сил попытался вырваться из взгляда Шэнь Цина, опустил глаза и уставился на пальцы мужчины, намертво вцепившиеся в его украшение. Тот хоть и ослабил хватку, но отпускать и не думал.
Причем убирать руку Шэнь Цин явно не собирался.
Чего это он… Будучи котиком, он прекрасно понимал, что у Шэнь Цина нет никаких дурных мыслей — возможно, тот просто хотел потискать милого котенка. Но поскольку в душе он оставался человеком, не забивать себе голову всякими глупостями было просто невозможно.
Иными словами, Далиши заигрывал с каким-то восемнадцатилетним парнем, у которого никогда не было отношений, беспрестанно соблазняя его своим взглядом и даже не подозревая об этом, причем расстояние сократилось настолько, что они вот-вот могли поцеловаться.
Чи Чу обожал не только красивые лица, но и красивые руки.
Особенно эти жилистые, отчетливо прорисованные пальцы, так соблазнительно цепляющиеся за серебряный ошейник.
Стоило ему представить это в человеческом обличье, как дыхание Чи Чу тут же перехватило, и ему безумно захотелось немедленно сбежать из этой накалившейся с одной стороны атмосферы.
Он облизал губы, заскрёб голову и принялся изо всех сил отталкивать руку, которая соблазняла кота сильнее любого пирожного. На беду, лапки оказались слишком короткими, и он лишь попусту загребал воздух, занимаясь мартышкиным трудом.
Разозлившись на противного Далиши, Чи Чу дернулся назад, но разве мог котенок тягаться с человеческой силой? В итоге он безнадежно проиграл борьбу и послушно растекся лужицей прямо на ладони Шэнь Цина.
Эх… котик устал.
Пушистая кошачья мамочка ластилась и терлась о ладонь, а кончик носа то и дело скользил по коже.
[Уже два дня не мылся! Сейчас этот котик сделает вид, что случайно прыгнул в таз с водой, а на самом деле пригрозит Далиши, чтобы тот меня искупал!]
[Хм-хм, Далиши ни за что не бросит мокрого котенка в беде, до чего же я всё-таки умный!]
Чи Чу вдруг засомневался: [И почему Далиши совсем не любопытно, с чего бы это я вдруг объявился в ветклинике?]
Пока он продолжал тереться, рука на его голове вдруг исчезла, оставив бедного кота лежать на диване в полном одиночестве.
Ладно, пойду спать прямо здесь, Далиши всё равно меня не искупает.
Едва эта мысль промелькнула в голове, как удалившийся Далиши внезапно вернулся и под пристальным взглядом Чи Чу подхватил котенка под животик, решительно направляясь в ванную.
Лапки Чи Чу коснулись раковины, а на мордочке всё еще застыло ошеломленное выражение, но вскоре он заметил работающий кондиционер и уже набирающийся водой таз.
Он послушно шагнул в воду, и в тот самый миг, когда лапки коснулись прохлады, почему-то вспомнил о Сяо Бае.
Интересно, как там Сяо Бай?
В этот момент Шэнь Цин вошел в ванную с банными принадлежностями и замер перед тазом.
Чи Чу склонил голову набок, издав из глубины горла вопросительный кошачий звук, и забавно зашлепал лапкой по воде.
Человек и кот так и замерли под журчание воды, глядя друг на друга.
Чи Чу обоснованно подозревал, что Далиши вообще понятия не имеет, как мыть котов. И его подозрения не заставили себя ждать: неловкие руки Далиши принялись то тут, то там намыливать его шерстку. Чи Чу покачивался в такт этим движениям, рассеянно уставившись на перстень, который Шэнь Цин снял перед началом.
Кстати, интересно, а Далиши слышит мои мысли?
Чи Чу перевел взгляд на Шэнь Цина и, заметив, как мужчина с совершенно невозмутимым лицом старательно и сосредоточенно намыливает котенка, невольно хихикнул про себя.
На середине смешка он вдруг осекся и принялся исподлобья изучать выражение лица Шэнь Цина.
http://bllate.org/book/34488/4253967
Готово:
