— ……М-м.
Му Чэн начал протирать влажной салфеткой лицо, шею и руки Лянь Юньчжи, а затем, очистив его раненое голеностопье, нанес заживляющую мазь против яда. Эта мазь отличалась от той, что Му Чэн ранее наносил себе на лицо: она не только нейтрализовала остаточный яд демонического зверя, но и стягивала края ран, не оставляя шрамов. Единственным минутом было медленное действие, поэтому, закончив с обработкой, Му Чэн аккуратно перебинтовал ногу Лянь Юньчжи.
Однако, когда Му Чэн, удерживая его ногу, принялся снова надевать на него обувь и носки, он вдруг почувствовал что-то неладное.
Кожа Лянь Юньчжи казалась... слишком горячей.
Му Чэн поднял голову и увидел, что Лянь Юньчжи вернулся в то состояние, в котором был, когда его нашли: щеки горели румянцем, губы приоткрылись, а дыхание стало прерывистым и тяжелым.
Му Чэн приложил ладонь к его лбу — тот был раскаленным.
Лянь Юньчжи не в силах сдержаться запрокинул голову, словно пытаясь прижаться лбом к руке Му Чэна еще сильнее. Но спустя мгновение он обрел ясность, снова оттолкнул его руку и хрипло произнес:
— Ничего... когда у меня только начались проблемы с дыханием, я тоже думал, что умираю, но потом отпускало.
...Правда, эти приступы возвращались снова и снова.
Му Чэн помрачнел:
— Почему так происходит?
Яд туманного демонического зверя не вызывал подобных эффектов, как и остатки токсина в его ноге.
— Я случайно проглотил одну духовную траву, — Лянь Юньчжи закрыл глаза, перевел дыхание и описал форму растения. — Знаешь, что это за трава?
Му Чэн покачал головой.
Лянь Юньчжи, снова с трудом вдохнув, выругался:
— ...Бесполезный.
Му Чэн, вновь смочив салфетку, положил её на лоб Лянь Юньчжи и посмотрел на черный, уходящий ввысь свод пещеры, прикидывая шансы взобраться туда с Лянь Юньчжи на спине.
Лянь Юньчжи сорвал салфетку, прижал к щеке и, не открывая глаз, пробормотал:
— Оставь это... я не хочу снова падать. Иди вперед.
— Что там, впереди? — спросил Му Чэн.
— Та самая пилюля Бессмертных... я нашел её где-то там.
Му Чэн больше не задавал вопросов, подставил спину, подхватил Лянь Юньчжи и двинулся вперед.
Горячая щека Лянь Юньчжи терлась о шею Му Чэна:
— Дай мне еще одну Пилюлю Восполнения Духовной Энергии.
Это была та самая пилюля, которую Му Чэн скормил ему сразу после встречи — более совершенный вариант обычной пилюли, для создания каждой из которых требовались сотни стеблей Травы, Улавливающей Духи. Лянь Юньчжи решил, что ему стало лучше именно благодаря ей, поэтому хотел еще.
Но Му Чэн отказал:
— Одной достаточно. Лекарство еще действует, духовная энергия восстановится постепенно. Если примешь больше, можешь повредить меридианы.
Лянь Юньчжи, недовольный тем, что им пытаются командовать, потребовал:
— Дай!
Му Чэн остался непреклонен.
Лянь Юньчжи в ярости воскликнул:
— Кем ты себя возомнил? Я хочу её сейчас!
Му Чэн промолчал и лишь продолжал уверенно шагать вперед.
В гневе Лянь Юньчжи впился зубами в шею Му Чэна, и во рту у него разлился сладковато-кровавый вкус. Му Чэн поморщился, перетерпел боль и сказал:
— Давай чуть позже, ладно? Слишком маленький промежуток времени.
Однако ответа не последовало. Му Чэн повернул голову и увидел, что Лянь Юньчжи уснул на его плече. Его щеки все еще горели, но жар заметно спал, и общее состояние, казалось, улучшилось. Му Чэн поудобнее перехватил его и двинулся дальше.
***
Му Чэн шел по этому узкому проходу целых три дня. Всё это время Лянь Юньчжи большую часть времени находился в беспамятстве и лишь изредка приходил в себя, но с каждым разом лихорадка становилась сильнее. Его кожа становилась обжигающей, дыхание — тяжелым, а сознание — затуманенным. К счастью, после того как он кусал Му Чэна, он всякий раз проваливался в сон, заставляя того задуматься: не обладает ли его кровь каким-то успокаивающим свойством?
Наконец, когда Лянь Юньчжи в седьмой раз погрузился в сон, Му Чэн увидел в конце тоннеля пещеру.
При виде её он с облегчением выдохнул, и тут же в голове помутилось, а ноги предательски подогнулись — он едва не выронил Лянь Юньчжи на землю! Удержав его, Му Чэн почувствовал, как мир вокруг расплывается, а в висках запульсировала боль. Он достиг своего предела.
За эти три дня он не отдыхал ни минуты: не ел, не останавливался, не спал. Его поддерживали лишь пилюля для воздержания от пищи и несколько бодрящих таблеток. Даже так, сейчас он был истощен до предела — в конце концов, он был всего лишь смертным.
Убедившись, что в пещере безопасно, Му Чэн, пошатываясь, дошел до каменной кровати в углу. Проведя рукой по камню, он ощутил слабые потоки духовной энергии, подпитывающей тело — это место было целительным для людей. Сразу расслабившись, он, обнимая Лянь Юньчжи, провалился в глубокий сон.
Он был слишком измотан.
***
Му Чэна разбудили движения в его объятиях. Открыв глаза, он понял, что у Лянь Юньчжи снова начался приступ, причем на этот раз гораздо более яростный, чем прежде.
Лянь Юньчжи поднял голову. Его губы были испачканы алой кровью с шеи Му Чэна, но теперь он не затих, а стал еще более беспокойным и горячим. Его глаза увлажнились, из горла вырывались невнятные стоны, а пылающая щека прижималась к Му Чэну.
Му Чэн зажмурился. В горле пересохло, а сердце забилось с бешеной скоростью. Он слабо придерживал Лянь Юньчжи, чувствуя, как тот прижался лицом к его лицу, а телом — ко всему его телу.
— М-м...
Из горла Лянь Юньчжи вырвался странный стон, и Му Чэн наконец осознал, в чем дело.
Его глаза резко расширились.
Это...
Му Чэн с силой оттолкнул Лянь Юньчжи и спрыгнул с кровати. Тот издал недовольный звук, но не обратил на Му Чэна внимания и, даже не открывая глаз, потянулся рукой к своим одеждам...
— Нет!
Му Чэн бросился к нему и, покрываясь испариной, с силой перехватил его руки. Склонившись над ним, он прошептал:
— Не делай этого, Лянь Юньчжи, ты пожалеешь! До формирования Золотого Ядра лучше сохранять чистоту, разве ты не хочешь достичь стадии Золотого Ядра?
На самом деле он немного преувеличил, но потеря мужской энергии действительно вредила культиваторам на пути к Золотому Ядру, а он знал, как сильно Лянь Юньчжи жаждет Вознесения.
Действительно, движения Лянь Юньчжи замерли.
Му Чэн выдохнул с облегчением и добавил:
— Слушайся, просто перетерпи, я сейчас принесу тебе пилюлю Очищения Сердца...
Он не успел договорить — в следующее мгновение Лянь Юньчжи отшвырнул его прочь.
— Пошел вон!
Му Чэн со всего маху ударился головой о камень и мгновенно потерял сознание.
***
Он не знал, сколько пробыл без памяти, но когда очнулся, всё было кончено.
В воздухе витал густой аромат. Лянь Юньчжи, в растрепанных одеждах, полулежал на каменной кровати. Он слегка запрокинул голову, на его шее, белой, как нефрит, поблескивали капли пота, а пальцы безвольно свисали с края кровати.
Он выглядел одновременно удовлетворенным и жаждущим.
Заметив движение, Лянь Юньчжи лениво повернул голову и посмотрел на него.
Му Чэн никогда раньше не видел такого Лянь Юньчжи. Его взгляд был затуманен, словно от опьянения, губы ярко алели, а голос, прозвучавший, когда он заговорил, был низким, хриплым и невероятно ленивым.
[Иди сюда.]
Его голос прозвучал одновременно в ушах и в сознании Му Чэна. В этот раз он применил принудительный приказ Контракта приручения зверей.
***
Лишь проглотив то, что было во рту, Му Чэн по-настоящему осознал, что произошло.
Он молча поднялся с пола. Поднял голову. Лянь Юньчжи уже снова лежал, повернувшись на бок, и, выглядя утомленным и довольным, засыпал.
***
В голове у Му Чэна была пустота. С безжизненным выражением лица он подошел к своей сумке, подобрал флягу и сделал глоток воды. Он хотел прополоскать рот, но почему-то проглотил её.
Му Чэн: «.»
Поставив флягу, он с невозмутимым видом начал перебирать вещи в сумке, ища мазь, чтобы обработать многочисленные раны на своем теле — мази осталось мало, он хотел оставить её для Лянь Юньчжи, но тот уже восстановил духовную энергию и мог открыть свое пространство, так что больше в ней не нуждался.
Его раны заживали быстро, спасибо Лянь Юньчжи, который дважды наложил заклинание очищения, прежде чем коснуться его. Видимо, то, что он использовал его руки и рот, не мешало ему брезговать пылью в волосах Му Чэна. Он даже находил шрамы на его лице уродливыми и всё это время не позволял ему поднять голову.
...
Закончив с очевидными ранами, Му Чэн бесстрастно достал другую мазь и расточительно нанес её на покрасневшие колени от долгого стояния на них и на шею с плечами, которые сильно пострадали от пинков за «неумелое обслуживание» — хотя он старался изо всех сил, ведь опыта в подобных вещах у него не было вовсе.
Завершив всё, Му Чэн привычно проглотил пилюлю Очищения Сердца, прислонился к стене и закрыл глаза, размышляя, как встретить гнев Лянь Юньчжи.
***
Проснувшись, Лянь Юньчжи ощутил абсурдность ситуации. Как он мог увидеть такой сон? Он — культиватор, всегда живший в воздержании, и даже случайно увидев картинки из руководства по брачной жизни своего сородича, он не мог опуститься до такого развратного сна.
Впрочем, хорошо, что это был лишь сон. Если культиватор теряет первичную энергию, его прогресс замедляется, а ему ведь еще нужно достичь стадии Золотого Ядра, затем стадии Зарождающейся Души, совершить Вознесение... это было совершенно недопустимо.
Лянь Юньчжи замер. Он внезапно почувствовал неладное в своем теле: кожа была липкой, поясница — слабой, а ци почек, казалось, была истощена.
Его первичная энергия была утрачена.
Туманные воспоминания сна вмиг обрели четкость, словно их нарисовали заново.
Он вспомнил всё.
http://bllate.org/book/34470/4251414
Готово:
