И Сюаньчжи и Чжун Чжонин остались ждать на пустой площадке за пределами Могилы Мечей.
Перед тем как троица вошла внутрь, И Сюаньчжи всё же напутствовал их:
— У мечей есть душа. Когда будете вытягивать клинок, просто доверьтесь велению своего сердца.
Проводив их, И Сюаньчжи заметно разволновался. Он принят расхаживать туда-сюда, но, обернувшись, увидел, что Чжун Чжонин уже сидит неподалеку, углубившись в чтение книги.
Он бросил беглый взгляд: это был древний трактат о лекарственных травах.
Опасаясь, что его хождение из стороны в сторону помешает младшему соученику, И Сюаньчжи опустился на землю и погрузился в медитацию.
*
Давно не бывавший в Могиле Мечей, Чу И оглядывался по сторонам, и в душе его невольно проснулась ностальгия.
Могила Мечей была огромна, и поговаривали, что чем глубже заходишь, тем более одухотворенными становятся клинки.
Чжун Ляньцин намеренно держался на шаг позади остальных, однако в его спокойном взоре то и дело проскальзывала тревога.
С того момента, как в этой жизни он вновь встретил Чу И, тот вел себя совершенно обычно, словно полностью забыл о том, что произошло в прошлой жизни после того, как его сущность полудемона была раскрыта.
Чжун Ляньцин не знал: потерял ли Чу И память, застряв в том моменте, когда его только привели во Дворец Демонов, или же запретная техника, с помощью которой его воскресили, вернула именно эту версию Чу И.
Но какой бы ни была причина, Чу И не должен был вести себя так безмятежно. Чжун Ляньцин знал, как сильно изгнание из секты ударило по нему. Чем спокойнее держался Чу И, тем сильнее становилось его беспокойство.
Чжун Ляньцин остановился и, слегка улыбнувшись, окликнул товарища:
— Ты не собираешься выбирать меч?
Перехватив взгляд Чу И, он перевел его на стоящий неподалеку клинок — сплошь черный, но не способный скрыть свой холодный блеск.
Чу И тоже посмотрел на этот меч, и уголки его губ приподнялись, вот только в глазах не было ни тени веселья:
— Я еще не нашел подходящий.
Они оба прекрасно понимали, о чем речь. Этот меч был личным оружием Чу И в прошлой жизни. У него было громкое и внушающее трепет имя — Пин Сифан.
Чу И смотрел на клинок, и в ушах его, казалось, вновь зазвучали собственные слова, сказанные в порыве юношеского безрассудства.
Он обещал, что с этим мечом в руке обойдет весь мир, защищая его от бед и оберегая покой простых людей.
Тогда, вытягивая Пин Сифан, Чу И, чьи персиковые глаза, казалось бы, созданы для пылких чувств, не выказал ни капли нежности. Он говорил с предельной серьезностью, но в то же время с мальчишеской улыбкой, обращаясь к стоявшему рядом:
— Этот меч создан для меня. Се Юобай, разве не так?
А что было потом? Что тогда ответил Се Юобай?
Чу И опустил взгляд, размышляя, и наконец вспомнил.
Се Юобай стоял, лениво опершись на что-то, смерил Пин Сифан оценивающим взглядом и бросил:
— Не думаю, что этот меч достоин тебя.
А потом он отчитал Се Юобая за эти слова.
Как же давно это было.
Чу И усмехнулся.
Теперь он считал, что это Пин Сифан была обделена, оказавшись в его руках. Се Юобай ошибся: это он был недостоин этого меча.
— Не совершай того, о чем будешь жалеть, — в глазах Чжун Ляньцина по-прежнему теплилась мягкая улыбка.
Чу И опустил голову, глядя на носки своих сапог, и, пнув камешек, промолчал.
— Мне нравится этот меч!
Внезапный выкрик Сан Хуая нарушил напряженную атмосферу, и оба обернулись.
Меч, на который положил глаз Сан Хуай, ничем не отличался от того, что был у него в прошлой жизни: рукоять ярко-желтого, ослепительного цвета приковывала к себе взгляд.
Стоило ему потянуться и вытянуть клинок, как мелькнули черные нити — Энергия ци демонов.
— Осторожно! — Чу И, крайне чувствительный к Энергии ци демонов, резко вскрикнул, сузив зрачки.
Услышав предостережение, Сан Хуай заметил несущиеся прямо на него сгустки тьмы и, ловко перекатившись, увернулся.
Вслед за этим из ниоткуда хлынули бесчисленные потоки Энергии ци демонов.
Уклонившись, Сан Хуай немедленно выхватил свой меч и помрачнел.
— Что происходит?
Чу И ответил спокойным голосом:
— Скорее всего, это то, что оставили после себя Демоны.
Троица пришла в движение, нанося удары мечами.
К счастью, каждый сгусток Энергии ци демонов рассеивался после прямого попадания. Но их было так много, что им с трудом удавалось сохранять строй.
Вскоре воздействие Энергии ци демонов на сознание стало ощутимым.
Чжун Ляньцин и Сан Хуай начали двигаться медленнее, а в голове у них словно взрывались снаряды — боль была невыносимой.
Чжун Ляньцин с силой тряхнул головой, прикусив губу до крови, чтобы сохранить рассудок. Сан Хуай, благодаря поддержке своего духовного меча, с трудом продолжал сражаться.
Чу И, сам не зная почему, был невосприимчив к этому влиянию. Он предположил, что дело в его крови.
Казалось, эта Энергия ци демонов питала к нему особую слабость, изо всех сил пытаясь проникнуть в его тело.
На его текущем уровне Стадии Закладки Основания сражаться было крайне тяжело. Его взгляд холодел с каждой секундой, и вдруг, заметив, как поток Энергии ци демонов готов вонзиться в Сан Хуая, он метнул свой меч.
Вспышка света — и сквозь тьму пронзил клинок, после чего зловещая черная аура развеялась.
Сан Хуай заметил это, но у него не было сил даже поблагодарить друга — он лишь стиснул зубы, стараясь не стать обузой.
Чу И, используя свою ловкость, уворачивался от хаотичных потоков тьмы и подобрал меч.
— Старший соученик… придет… чтобы спасти нас… правда? — с трудом выдавил Сан Хуай.
Голова готова была лопнуть, руки, сжимавшие рукоять меча до побелевших костяшек, мелко дрожали.
Чу И крепче перехватил меч, его взгляд стал суровым, и он в унисон с Чжун Ляньцином произнес:
— Нет.
Чжун Чжонин не позволит старшему соученику войти внутрь.
*
Снаружи Могилы Мечей.
И Сюаньчжи открыл глаза, нахмурившись:
— Почему они так долго не выходят? Не случилось ли чего?
С этими словами он поднялся.
— С ними всё будет хорошо, — Чжун Чжонин закрыл книгу, его голос звучал холодно и отстраненно. — Вероятно, выбор меча занял больше времени. Старший соученик, вы же знаете, они трое не успокоятся, пока не найдут лучшие, наиболее подходящие им клинки.
И Сюаньчжи, будучи старшим, все же вел иной образ жизни и, считая, что понимает их троих хуже, чем Чжун Чжонин, в нерешительности произнес:
— Правда? Но если что-то всё же пошло не так?
Он всё больше тревожился и добавил:
— Пожалуй, я всё же войду и проверю.
Сделав шаг, он уже собрался двинуться вперед.
Чжун Чжонин схватил его за одежду, и, похоже, от волнения у него вновь обострилась болезнь — он зашелся в приступе тяжелого кашля.
http://bllate.org/book/34452/4248273
Готово:
