Стена спальни обрушилась больше чем наполовину, и жить в этой комнате, разумеется, было уже нельзя.
Если бы стена рухнула из-за обычного брака при строительстве или стихийного бедствия, разобраться с этим оказалось бы куда проще. Юй Няньбин потребовалось бы лишь перенести свои личные вещи из спальни в соседнюю гостевую комнату, а затем попросить тетю Ван найти кого-нибудь для ремонта.
Вся проблема заключалась в том, что рухнула не просто какая-то заурядная стена…
К несчастью, случившееся здесь было донельзя неловким, и когда Сун Шиюэ только пришла в себя, они с Юй Няньбин не стали вдаваться в подробности насчет дальнейшей судьбы стены. Позже пришел агент Сун Шиюэ, насильно всучил целый мешок подарков, и в поднявшейся суматохе Юй Няньбин просто позабыла об этом деле.
Используя свет, пробивавшийся с ее стороны, Юй Няньбин смогла разглядеть соседнюю спальню, где уже рассеялся дым, и те несколько огромных жаровен… Как бы то ни было, сначала нужно было хоть немного привести все в порядок и скрыть следы произошедшего, прежде чем звать людей ремонтировать стену.
Юй Няньбин вздохнула, закатила рукава и попыталась задвинуть обратно к Сун Шиюэ ту половину длинного стола, что торчала в ее спальне. Однако, вложив все силы и протолкав его добрых полтора сантиметра, она уперлась ножками стола в обломки кирпичной кладки и оштукатуренных стен. Юй Няньбин попробовала приподнять стол, но тяжеленная металлическая мебель поддавалась, если ее толкать, но сдвинуть ее вверх было абсолютно невозможно. И как её сюда так занесло?.. Юй Няньбин с досадой разжала руки и открыла интерфейс Звездной Сети.
Когда Ван Маньцан получил сообщение от Юй Няньбин в Звездной Сети, он как раз оформлял Сун Шиюэ выписку из больницы.
Если быть точным, он сам собирался открыть Звездную Сеть и отправить Юй Няньбин сообщение.
Занимаясь оформлением выписки, Ван Маньцан узнал, что расходы на пребывание Сун Шиюэ в Цымине Юй Няньбин записала на свой счет. Связаться с Юй Няньбин сейчас он хотел по двум причинам: во-первых, чтобы перевести ей деньги, а во-вторых, потому что они собирались вернуться и заняться той самой спальней. Судя по словам Сун Шиюэ, стена обрушилась как раз вовремя и спасла ей жизнь, так что насчет восстановления стены Ван Маньцан тоже хотел узнать, нет ли у Юй Няньбин каких-либо особых требований.
Их намерения совпали точь-в-точь с сообщением, отправленным Юй Няньбин.
— Сначала мы заедем к тебе, приведем в порядок спальню, а потом позовем кого-нибудь починить стену. Как закончим, расторгнем договор с арендодателем. Скажи на милость, о чем ты вообще думала? Я только уехал в командировку, а ты тут же сняла квартиру по соседству с Юй Няньбин! Снова кто-то в компании науськивал тебя хайповать за ее счет? Да и неужели эта квартира в Синьчжуюань настолько плоха? Если бы не то обстоятельство, что рухнувшая стена спасла тебе жизнь, я бы непременно пошел жаловаться на них… — ворча себе под нос, Ван Маньцан, едва успев закончить оформление выписки, поторапливал Сун Шиюэ, усаживая ее в машину.
И правда, прежнюю хозяйку тела ведь и впрямь подзуживали, да только хайпануть разок ей показалось мало — захотелось еще раз. Только вот соседка почему-то все не возвращалась… Прежде чем Сун Шиюэ успела провернуть это во второй раз, ее прижали к ногтю неподъемные долги, и она сдалась от безысходности.
К счастью, соседка неожиданно вернулась. Иначе Сун Шиюэ даже боялась представить: попав наконец в этот нормальный мир и даже не успев попробовать мяса, она задохнулась бы и сыграла в ящик — сколь же горьким было бы такое разочарование!
На ворчание Ван Маньцана Сун Шиюэ лишь неловко улыбалась, не смея ничего ответить.
Просто… если память ей не изменяла, в тот момент, когда она в полубессознательном состоянии разнесла стену столом, этот самый стол, кажется, занесло как раз к соседям…
Обрушение стены еще можно было списать на плохое качество постройки, но вот стол… никак не заявишь же, будто у него выросли ноги.
Впрочем, уговоры Ван Маньцана позволить ей выписаться уже выжали из Сун Шиюэ все те калории от съеденной каши и крошечных паровых булочек, и она была абсолютно не в силах сопротивляться его упорному желанию поехать с ней, чтобы помочь навести порядок и починить стену.
Ладно, была не была — придется разбираться с проблемами по мере их поступления.
Всю дорогу ехавшая пассажиром Сун Шиюэ выглядела недовольной, но и везший ее Ван Маньцан не сказать чтобы сильно радовался.
По мнению Ван Маньцана, дела делились на срочные и не столь важные. Проблема с выплатой долгов уже сдвинулась с мертвой точки, но сейчас главнее всего были физическое и душевное здоровье Сун Шиюэ.
Раз уж она попала в Цымин, стоило спокойно пролежать там пару дней, пройти обследование и получить консультацию психолога. Хотя услуги Цымина стоили недешево, учитывая, сколько им все равно предстояло выплатить по долгам, эта больничная капля в море уже ничего не решала.
Однако Сун Шиюэ проявила упрямство, а Ван Маньцан все-таки был ее агентом, а не заботливым папашей, так что ему оставалось лишь пытаться уговаривать.
Правда, Ван Маньцан никак не ожидал, что Сун Шиюэ вздумает использовать принесенную им охапку сухих веток и травы в качестве растопки, чтобы с помощью добывания огня трением доказать, что она здорова душой и телом и полностью готова к выписке и возвращению в общество.
Ван Маньцан притащил целый мешок сучьев и листьев с той целью, чтобы Сун Шиюэ как следует прочувствовала все тяготы добывания огня трением, осознала, как нелегко было выживать их далеким предкам, и научилась ценить жизнь, заодно потренировавшись перед съемками в реалити-шоу. Видя, с каким энтузиазмом Сун Шиюэ взялась за дело, он пообещал, что если она разожжет огонь за полчаса, то он отпустит ее домой. Вообще-то, судя по скудным познаниям Ван Маньцана о выживании в Диких Землях, пытаться добыть огонь трением голыми руками и не увидеть ни единой искры даже спустя два-три часа — это в порядке вещей…
Но… в жизни всегда случаются исключения.
Меньше всего Ван Маньцан ожидал, что всего через несколько минут они спровоцируют пожарную сигнализацию в палате… и их окатит водой из спринклеров, превратив в двух мокрых куриц…
Ох, и как он только мог позабыть, что в больницах установлена противопожарная сигнализация?
Видимо, работая с тупицей-артисткой, он и сам начал тупеть.
К счастью, Цымин полностью оправдывал свое название как профессиональное и элитное заведение — чистую смену одежды доставили оперативно.
После всей этой кутерьмы Ван Маньцан все же оформил Сун Шиюэ выписку.
Хотя та охапка хвороста промокла насквозь под струями воды из разбрызгивателей, незадолго до этого Сун Шиюэ успела выдуть крошечный язычок пламени из небольшой горстки сухой травы. В этом пари маленькая мисс одержала победу с невероятной легкостью.
Вспомнив, как в палате Сун Шиюэ бережно держала в ладонях крошечный огонек, сияя от счастья, Ван Маньцан невольно бросил взгляд на пассажирское сиденье.
Девочка целиком прижалась лицом к оконному стеклу, так что в поле зрения попадал только ее затылок.
Ван Маньцан испуганно вздрогнул, резко крутанул руль и, сильно затормозив, припарковал машину у обочины.
— Ты что творишь! — в голосе Ван Маньцана смешались три доли гнева и семь долей суеверного ужаса. Он схватил Сун Шиюэ, которая прилипла к двери так, будто собиралась на ходу выпрыгивать наружу, и силой усадил ее обратно на сиденье, придерживая за плечи.
— Послушай… — Сун Шиюэ не обратила внимания на грубость Ван Маньцана. Она подняла руку и указала на магазины за окном, которые они уже успели проехать: — Мы можем купить что-нибудь поесть?
Ван Маньцан проследил за ее пальцем: на улице, мимо которой они только что проехали, располагалось немало заведений с едой.
— Так ты все это время пялилась на эти лавки? — Ван Маньцан просто не верил своим глазам, осознавая, насколько его собственные бурные фантазии разошлись с реальностью, отстав от нее на световые годы.
— Ладно, я знаю, что за мной числится огромный долг… но… можно купить хотя бы капельку? — заметив помрачневшее лицо Ван Маньцана, но вспомнив то, что она только что увидела — жареных уток, висевших на железных крюках, пирожные за прозрачными витринами и свиное вяленое мясо, которое жарили прямо на улице на решетках, — Сун Шиюэ не удержалась и, сложив большой и указательный пальцы на манер крошечного зазора, умоляюще заглянула ему в глаза.
Ей-богу, небеса были ей свидетельницы: она не видела столь нормальных улиц уже целых семь лет.
Даже в крупнейших базах эпохи конца света, где порядок худо-бедно поддерживался и улицы старались содержать в чистоте, люди все равно не умели выставлять еду напоказ так открыто и щедро…
Не говоря уже о том, что подобная привычная еда давно исчезла с лица земли вместе с наступлением апокалипсиса.
Одно лишь созерцание всего этого заставляло Сун Шиюэ представлять, насколько невероятно вкусным все это должно быть.
Утопающая в жире жареная утка, чистейшее нежное и сладкое пирожное, а главное — чистокровная свинина без малейшего намека на неприятный запах, а не суррогат из какого-нибудь странного мутировавшего борова…
От одних только мыслей об этом хотелось заплакать, серьезно.
Ван Маньцан на мгновение остолбенел, даже толком не успев позлиться на свою чересчур разыгравшуюся фантазию, как вдруг заметил, что у сидевшей рядом девчонки покраснели глаза, а в ярких зрачках заблестела влага.
Она что, расплакалась из-за желания поесть? И куда только делись те горы еды из подносов в Цымине, которые она умяла?
Ван Маньцан всегда хорошо относился к подопечным парнишкам и девчонкам, и хотя формально он числился их агентом, большую часть времени невольно брал на себя роль старшего родственника, присматривающего за молодняком. Из них всех Сун Шиюэ, вечно хрупкая и неженка, неизменно получала чуть больше заботы. Еще недавно Ван Маньцан мысленно восхищался тем, как сильно девушка, балансировавшая на краю пропасти, после пережитого потрясения стала собраннее и деловитее. И вот стоило отъехать всего на пару улиц, как она вновь превратилась в прежнюю капризнулю. Вернее сказать, ее способность разреветься по щелчку пальцев, кажется, развилась даже сильнее, чем раньше.
Видя, до чего жалко выглядела Сун Шиюэ, готовая расплакаться из-за пары кусочков еды, Ван Маньцан поневоле снова вспомнил про гору ее долгов. По правде говоря, с тех пор как объявился отец Сун Шиюэ и принялся направо и налево вымогать деньги, Ван Маньцан пытался вразумить девушку, но, видя, что та обычно лишь отделывается поверхностными кивками, он тоже остыл и уже изрядно долго не лез в дела их семьи. Кто бы мог подумать… стоило оставить ее без присмотра хоть на немного, как едва не стряслась беда.
Оставалось лишь гадать, сколько времени эта бедная девочка голодала и не спала из-за долгов…
— Ешь, ешь, чего твоей душе угодно? Я пойду куплю, — у Ван Маньцана защемило сердце. Он ловко расстегнул ремень безопасности и уже собирался выскочить из машины.
Сегодня и так выпало слишком много потрясений, так что пара лишних порций еды ничего не изменит.
В конце концов, перед началом съемок он сможет просто проконтролировать ее рацион.
— Вяленое свиное мясо! Жареная утка! Три вида жареного мяса по-кантонски! Шоколадный торт, клубничный торт, чизкейк, маршмеллоу! Шарики с осьминогом, молочный чай, каштаны, жареная холодная лапша… Ой-ой-ой, боже мой, а это что, шашлычки из баранины?.. Разве это не шашлычки из баранины… У входа лепешки нан, а внутри случайно не продают большое блюдо с курицей?.. И вон то… — прищурившись, Сун Шиюэ попыталась рассмотреть, чем торгуют в лавке, которая уже осталась позади.
— Подожди-ка, — Ван Маньцан убрал руку с ручки двери и снова посмотрел на прильнувшую к стеклу Сун Шиюэ. — Тебе всё это нужно? Ты что, сможешь столько съесть?
Ой… точно…
Теперь-то она — нормальный человек…
Сун Шиюэ мысленно прикинула свой аппетит до апокалипсиса, а затем снова глянула на улицу деликатесов, все еще не в силах оторвать взгляд.
— Скоро время ужина, выбери что-нибудь поесть на вечер. Остальное купим в другой раз. Не переживай, после съемок шоу «Путешествие в дикую природу» у тебя наверняка прибавится предложений, да и доходы будут совсем другими, так что расплата с долгами — это лишь вопрос времени. Чуть позже я оформлю поручительство через Звездную Сеть и разблокирую тебе небольшой лимит. Каким бы он ни был, на еду и питье точно хватит. В следующий раз рассказывай мне обо всем заранее, по крайней мере, голодать тебе больше не придется, — Ван Маньцан сначала опешил от размаха, с которым Сун Шиюэ перечисляла заведения подряд по всей улице, но от этого ему стало еще грустнее.
Случившееся с Сун Шиюэ он успел прояснить еще в больнице.
Сбережения на нуле, лимит персонального кредита в Звездной Сети исчерпан и срок подошел к концу, а один из двух частных ростовщических займов нужно было вернуть еще десять дней назад. Сун Шиюэ сегодня жгла уголь в комнате главным образом потому, что ее прижали к стенке угрозами по этому просроченному долгу.
В кармане ни гроша… и неизвестно, сколько времени она проголодала…
— Ладно, я пойду куплю то, что ты назвала. Если проголодаешься вечером, заказать еду через Звездную Сеть не составит труда, — вздохнув и покачав головой, Ван Маньцан вышел из машины за покупками.
Тем временем в Синьчжуюане, получив ответ от Ван Маньцана, Юй Няньбин отбросила мысль звать тетю Ван.
Проведя полгода на съемочной площадке «Восхождения бессмертных», тетя Ван отработала там весь этот срок, и теперь, когда работы наконец завершились и ее отпустили домой к семье, Юй Няньбин вовсе не улыбалось дергать человека обратно.
К счастью, агент Сун Шиюэ согласился сам разобраться с ремонтом стены, избавив Юй Няньбин от лишних хлопот. В ожидании возвращения соседей она между делом перетащила свои личные вещи из пострадавшей спальни в гостевую комнату. Дверь спальни потом можно было просто запереть на замок, предоставив соседям самим разбираться с ремонтом.
Путь от Цымина до Синьчжуюаня был неблизким. Рассчитав время, Юй Няньбин с привычной ловкостью навела порядок в спальне, но из соседней квартиры по-прежнему не доносилось ни звука.
Обед прошел мимо, а поскольку приближался ужин, пара утренних паровых булочек в желудке Юй Няньбин давно перестала приносить хоть какую-то пользу. Открыв холодильник и взглянув на замаринованные тетей Ван накануне мясо и овощи, Юй Няньбин в конце концов не удержалась.
Когда Ван Маньцан, нагруженный пакетами, вернулся вместе с Сун Шиюэ, которая успела умять половину купленного прямо в машине, мясо на гриле у Юй Няньбин как раз дошло до готовности.
И пусть в автомобиле уже были уничтожены жареная утка, два куска торта, пачка вяленого мяса и допита чашка молочного чая, аппетитный аромат свежеприготовленного мяса все равно мгновенно пленил душу Сун Шиюэ.
Вот досада, это же мясо у соседей…
Ван Маньцан набрал только то, что удобно носить с собой, поэтому шашлычки из той лавки он покупать не стал… Однако, вспомнив через какие лишения пришлось пройти Сун Шиюэ за последнее время, он насобирал всякой всячины в ассортименте: этого с лихвой хватило бы не то что на двоих — даже на компанию из шести человек.
Конечно, стоило ему на секунду отвлечься, как к моменту выхода из машины еды осталось ровно на двоих.
— Это что еще за фокусы с дверью? — зайдя в квартиру, Ван Маньцан направился в спальню, где, по словам соседки, рухнула стена. Он повернул ручку, толкнул изо всех сил, но дверь не поддавалась.
— Э-э… кажется, внутри что-то завалилось, — Сун Шиюэ протянула руку, но тут же опомнилась, отдернула ее и, повернувшись к нему, произнесла: — Я зайду через соседнюю квартиру и разберу завал, дядя Ван, подожди меня здесь.
Не дожидаясь ответа Ван Маньцана, Сун Шиюэ стремительно выбежала из комнаты.
Ван Маньцан опешил, а затем уловил доносившийся из запертой комнаты слабый запах мяса и не удержался — крикнул ей вслед:
— Эй, ты иди разгребай завалы, но чужое мясо не вздумай есть!
Юй Няньбин, открывшая дверь на шум, оказалась нос к носу с обоими гостями и, разумеется, расслышала слова Ван Маньцана от начала до конца.
— Что не так с моим мясом? — холодно и отстраненно придерживая дверь рукой, Юй Няньбин сохраняла невозмутимый вид, но смотрела на Ван Маньцана весьма пристально.
— … — Ван Маньцан стоял на пороге и поспешно пустился в объяснения: — Она сегодня и так слишком много съела, я боюсь, что если она опять полезет пробовать чужое мясо, то у нее начнется несварение, а потом снова придется худеть, разве это полезно?
Юй Няньбин перевела взгляд на стоявшую перед ней Сун Шиюэ. Та смущенно опустила голову.
Вспомнив, как позже она сама проявила инициативу и заказала для Сун Шиюэ дополнительную порцию паровых булочек, Юй Няньбин понимала: если прибавить к ним ту недоеденную ею самой порцию, Сун Шиюэ за один присест и впрямь навернула немало. Но неизвестно почему, глядя на то, как смущенно тушуется девчонка, Юй Няньбин не удержалась и произнесла:
— Она не выглядит толстой. В Цымине еда в основном легкоусвояемая. Пара мисок каши с гарниром да две порции десерта — это не так уж много…
Закончив говорить, Юй Няньбин снова посмотрела на девушку.
Кто бы мог подумать: стоило ей заступиться за гостью, как та опустила голову еще ниже.
Ван Маньцан на секунду растерялся, прежде чем до него дошло, что Юй Няньбин защищает Сун Шиюэ.
Куда же подевались ее знаменитая холодность, надменность и неприступность?
Пусть Ван Маньцан никогда не пересекался с Юй Няньбин по работе, ему доводилось слышать немало сплетен об этой кинозвезде, завоевавшей две премии «Золотая планета» в столь юном возрасте.
Но судя по сегодняшнему дню, она не только отзывчива, но еще и не против повозиться с чужими домашними делами.
Неужели ее безупречный образ вот-вот рухнет?
— Хочешь поесть? — Юй Няньбин уловила чей-то жадный взгляд, то и дело украдкой шаривший по комнате.
— Погодите-ка… — уловив в словах Юй Няньбин приглашение, Ван Маньцан сделал пару быстрых шагов и схватил за руку Сун Шиюэ, которая уже собиралась кивнуть.
— Только когда у человека есть аппетит, у него появляется страсть к жизни, — Юй Няньбин слегка пожалела о том, что только что произнесла приглашение. Ей ведь определенно не следовало лезть не в свое дело… но, глядя на столь явную попытку Ван Маньцана остановить девушку, она почему-то не удержалась и добавила еще пару слов.
Во всем виноват тот случайный взгляд в проломе стены… чем дальше, тем больше чужих забот взваливаешь на себя…
Ван Маньцан, конечно, не догадывался о тех внутренних терзаниях, что обуревали сейчас Юй Няньбин. Он был признателен за ее добрые намерения, но его самого пробирал легкий нервный смех.
Эта сердобольная барышня, пожалуй, просто не представляет: если измерять страсть Сун Шиюэ к жизни ее потребностью в еде, то от этого пыла эта многоэтажка может взлететь на воздух в ту же секунду.
Друг мой, вы понятия не имеете об аппетите этой маленькой обжоры.
Примечания автора:
Ван Маньцан: Друг мой, у вас отважное сердце.
Юй Няньбин: ?
Ван Маньцан: (открывает дверь и выпускает Сун Шиюэ на свободу).
Звездная Сеть: [Уважаемая госпожа Юй, баланс на вашем счете в Звездной Сети исчерпан.]
http://bllate.org/book/34428/4244542
Готово:
