Глава 10
Он подписал фото: «Нечаянно уснул, стол такой твёрдый».
Отправив пост, он помахал телефоном перед Чжоу Ланем: «Помощник Чжоу, хочешь поспорим? В течение получаса Гу Ханьшэн обязательно мне напишет».
«На что спорим?»
«На чашку кофе».
«Идёт».
Когда Чжао Юй вышел из душа, на столе уже стояла чашка кофе.
«Помощник Чжоу, ты сдался, не начав сражение», — Чжао Юй налил молоко в кофе и добавил полпакетика сахара.
Чжоу Лань сказал: «Ты всю ночь не спал, вот тебе моё утешение».
«Компания компенсирует?»
«Всего лишь чашка кофе, считай, что я угощаю».
Чжао Юй улыбнулся и, попивая кофе, взял телефон — и действительно получил сообщение от Гу Ханьшэна.
Гу Ханьшэн: До скольких ты не спал?
Чжао Юй: Я не собирался не спать, просто незаметно уснул.
Гу Ханьшэн: Что изучаешь?
Наконец-то он спросил о главном! Чжао Юй глубоко вздохнул, внушая себе, что нельзя торопиться — спешка уже однажды подвела его. На ошибках учатся.
Он не стал говорить прямо, лишь ответил: Просто кое-что, что мне интересно.
Гу Ханьшэн: Неудобно мне говорить?
Чжао Юй: Пока секрет, я хочу сначала сам приложить усилия, сделать что-то полезное, а потом уже рассказать тебе.
Через несколько минут Гу Ханьшэн ответил: Хорошо. Больше не сиди ночами, спать на столе вредно для шеи.
Чжао Юй: У меня шея ужасно болит.
Вскоре зазвонил телефон. Чжао Юй не ожидал, что он позвонит, на миг растерялся, но, собравшись с духом, взял трубку.
Голос Гу Ханьшэна донёсся из динамика, будто тот шептал Чжао Юю прямо на ухо: «Сильно болит? Шея ещё двигается?»
Низкий, магнетический голос мужчины защекотал Чжао Юю ухо, он невольно отодвинул телефон подальше и, неловко массируя шейные позвонки, ответил: «Нормально, не сильно болит, просто затекла, пока спал».
«Я позже свожу тебя к врачу традиционной медицины».
«Не надо, брат, я сам разомнусь. К тому же мне скоро нужно к маме, у меня там кое-какие дела».
«Точно всё в порядке?»
«Точно».
«Тогда ладно. Сегодня ночью не сиди допоздна, ложись в кровать».
«Хорошо».
Когда он повесил трубку, Чжоу Лань спросил: «Почему ты сказал, что едешь к госпоже Чэнь? Я не помню, чтобы у нас был такой пункт в расписании».
«Конечно, я его обманул». Чжао Юй указал на компьютер с презентацией: «Пока я не закончу эту штуку, не хочу с ним лишний раз встречаться. Если у Чэнь Ли в ближайшее время будут деловые мероприятия, я бы хотел там засветиться. Не пойми неправильно — я не собираюсь бороться с Чэнь Ситуном за наследство, просто хочу показать лицо и укрепить образ».
«Тогда я сообщу госпоже Чэнь».
Чжоу Лань позвонил Чэнь Ли и, вернувшись, сказал: «Госпожа Чэнь сказала, что ты можешь прийти завтра в её компанию. Как раз будут несколько важных видеоконференций, в которых примут участие руководители компаний-партнёров».
«Хорошо». Чжао Юй полистал свои записи на столе: «Помощник Чжоу, у меня очень много всего, чего я не понимаю. Будь добр, объясни мне».
Чжоу Лань улыбнулся: «Без проблем. Спрашивай, что хочешь, — расскажу всё, что знаю».
Чжао Юй погрузился в учёбу на всё утро, а к полудню наконец сморился и проспал до половины седьмого вечера. Чжоу Лань не решился его будить, тихонько прикрыл дверь и ушёл.
На следующее утро Чжао Юй вовремя прибыл в компанию Чэнь Ли. Глядя на высотное здание, он в очередной раз возненавидел развитие городской инфраструктуры. К счастью, компания Чэнь Ли находилась всего на восьмом этаже.
Чэнь Ли арендовала весь восьмой этаж. Компания у неё была небольшая — в лучшие времена около сотни сотрудников, но потом из-за финансовых проблем пришлось сокращать штат, и в офисе пустовало много столов.
Сотрудники, которые бездельничали, с любопытством разглядывали Чжао Юя — Чэнь Ситун почти не появлялся в компании, и большинство людей не знали этого лица в лицо.
В переговорной собрались ключевые сотрудники компании. Атмосфера была тихой и давящей.
«Ситун, иди сюда, садись». Чэнь Ли поманила его рукой, голос её был очень мягким.
Когда Чжао Юй подходил к ней, он услышал, как кто-то тихо говорит: «Это самый любимый сын госпожи Чэнь».
«Неудивительно. Я и не знал, что у госпожи Чэнь есть такая нежная сторона».
Чжао Юй почувствовал лишь иронию. Что касается актёрского мастерства — мать и сын пошли друг в друга, а может, она даже превзошла его. Такая холодная физиономия наедине — и такая глубокая привязанность на людях.
Едва он сел, как телефон вдруг пискнул.
«Поставь телефон на беззвучный», — напомнила Чэнь Ли.
«Угу». Чжао Юй перевёл телефон в беззвучный режим и увидел только что пришедшее сообщение от Гу Ханьшэна — тот приглашал его вечером на частную вечеринку.
Чжао Юй положил телефон экраном вниз на стол и на мгновение задумался.
Он считал Чэнь Ли лицемерной, но разве сам он не такой же? Изначально он относился к Гу Ханьшэну как к банкомату, а теперь вдруг почувствовал укол вины. Он начал немного заботиться о чувствах Гу Ханьшэна — совсем чуть-чуть, но это чувство давило на сердце и с каждой встречей, каждым поцелуем, каждой заботой и каждым пожеланием спокойной ночи становилось всё тяжелее.
Он всё яснее осознавал, что использует чувства этого мужчины, можно сказать, топчет их. И в душе начала расползаться другая, более глубокая тревога.
Совещание шло очень тяжело. Чэнь Ли без конца рассказывала о планах проекта, но реакция собеседников была вялой.
Благодаря урокам Чжоу Ланя Чжао Юй кое-что понимал. Он записывал содержание встречи на бумаге, и незаметно прошло четыре часа.
Только во время короткого обеденного перерыва Чжао Юй смог ответить Гу Ханьшэну.
Чжао Юй: Брат, я сегодня на совещании у мамы, вечером, наверное, не будет времени.
Гу Ханьшэн посмотрел на строку на экране, пальцы его недовольно постучали по столу. Он вышел из кабинета и сказал секретарю: «Меня не будет в компании после обеда. Оповести все отделы: у кого есть документы на подпись, пусть подходят в течение часа».
«Господин Гу, но после обеда ещё несколько руководителей должны прийти с отчётами…»
«Разве?»
«Вы на прошлой неделе сказали, чтобы они пришли сегодня в два часа дня с отчётами».
«Перенесите на завтра».
«Хорошо».
Секретарь смотрел ему вслед и, рассылая уведомления, немало удивлялся. Выслушивание отчётов, конечно, не самое важное дело, но Гу Ханьшэн редко ломал свой рабочий график. В последнее время он часто вёл себя необычно — даже забывал о том, что говорил, иногда был рассеян, и никто не знал, о чём он думает.
# Глава 11. Предложение на десять миллионов
Совещание у Чэнь Ли тянулось бесконечно. Чжао Юй, борясь со сном, продержался два часа после обеда и, воспользовавшись перерывом, вышел в туалет.
Зевая, он вышел из переговорной и заметил, что в рабочей зоне какая-то странная атмосфера — все с любопытством заглядывали в сторону приёмной.
«Эй, это правда Гу Ханьшэн?»
«Точно он. Парень Ань Ци, я видела его фото в интернете».
«Он пришёл к госпоже Чэнь? Почему не попросили кого-нибудь зайти и позвать её?»
Чжао Юй посмотрел в сторону приёмной и сквозь стеклянную дверь увидел мужчину, сидящего на диване с телефоном — расслабленный, будто у себя в кабинете. Заметив Чжао Юя, он коротко договорил и повесил трубку.
Чжао Юй толкнул дверь: «Брат, ты как здесь?»
«Раз ты не хочешь меня видеть, мне пришлось прийти к тебе самому». Гу Ханьшэн подошёл к нему, скользнул взглядом по подглядывающим сотрудникам снаружи и вдруг втянул Чжао Юя в комнату, закрыл дверь и опустил жалюзи. «Что у тебя сегодня вечером? Чэнь Ли снова тащит тебя на свои пьянки?»
Мужчина стоял у двери, излучая едва уловимую давящую ауру. Чжао Юй чувствовал, что тот недоволен, и уже собирался объясниться, как услышал: «Она опять заставляет тебя кого-то обхаживать?»
Чжао Юй опешил, а потом понял: тот неправильно его понял, решив, что Чэнь Ли снова хочет использовать сына, чтобы выменять чужие инвестиции.
«Брат, даже если бы она так просила, я бы не стал этого делать». Чжао Юй сказал: «Я пришёл на совещание, чтобы побыть с мамой. У компании проблемы, я не могу вечно стоять в стороне. И разве я не говорил, что ты мне нравишься? Ты мне до сих пор не веришь?»
Услышав его объяснение, лицо Гу Ханьшэна прояснилось, опасное давление вмиг рассеялось.
«Я неправильно понял. Моя вина». Гу Ханьшэн взял его лицо в ладони, вглядываясь в усталость под глазами: «Каждую ночь не спишь? Я же просил ложиться раньше — почему не слушаешься?»
«У меня такой ужасный вид?» Чжао Юй машинально потянулся к лицу, но наткнулся на его руку и, поколебавшись мгновение, убрал свою: «Вообще-то я не так уж и не спал. Просто в тот день незаметно уснул, лёжа на столе».
«Шея ещё болит?» Рука Гу Ханьшэна скользнула от его подбородка к затылку и слегка помяла.
Затылок вместе с позвоночником непроизвольно дёрнулся. Чжао Юй уже давно не чувствовал боли, но сейчас от его прикосновения шея стала чувствительной и залилась краской.
«Не болит». Чжао Юй почти прильнул к нему.
«Сегодня вечером правда нет времени?»
«На этой неделе у меня довольно важное дело. Брат, у тебя есть время в пятницу? Мне нужно всего три часа».
«В пятницу после обеда свободен. Что ты хочешь делать?»
«Я готовлю одно предложение. Надеюсь, ты дашь мне шанс изложить его тебе».
Гу Ханьшэн приподнял бровь: «Предложение о чём?»
Чжао Юй сказал: «Я ещё продумываю содержание, но обязательно постараюсь сделать всё как можно лучше. Брат, ты ведь выслушаешь?»
Он с надеждой смотрел на Гу Ханьшэна, в глазах его читалось неподдельное волнение — само очарование, доведённое до предела. Гу Ханьшэн, разумеется, не мог отказать.
«В пятницу в два часа дня, на втором этаже Башни Тотуо. Я буду ждать тебя». Взгляд Гу Ханьшэна потемнел, и он добавил: «Ты можешь сосредоточиться на своих интересах и мечтах. У бизнеса свои правила игры, это не то же самое, что играть на пианино. Я повторю свои слова: что бы ни делала Чэнь Ли, я подстрахую твою жизнь».
«Спасибо, брат, но я всё же хочу попробовать».
Видя его упорство, Гу Ханьшэн больше не стал отговаривать. Он уже догадался, какое предложение тот собирается делать. Это было непростое дело, и он уже обдумывал возможность выкупа компании Чэнь Ли.
Шанс, который он дал Чжао Юю, можно сказать, был миражом — дилетант не мог создать ничего, что тронуло бы такого дельца, как Гу Ханьшэн. Дать ему возможность — просто чтобы приободрить. Гу Ханьшэн считал, что тот просто хочет попробовать жизнь на вкус, и был не прочь поиграть.
Вечером была вечеринка в честь дня рождения друга. Гу Ханьшэн пришёл с двумя подарками и с порога сорвал шквал улюлюканья.
«Старина Гу, ты чего? Один ты припёр два подарка — решил нас всех подставить?» Сун Вэньхао хлопнул его по плечу.
«Не лезь не в своё дело». Гу Ханьшэн оттолкнул его локтем.
Семья Сун и семья Гу были дружны не одно поколение. Сун Вэньхао вырос в тепличных условиях, в семейный бизнес не лез, дни напролёт беззаботно развлекался. Он часто вытворял всякие глупости, но из всех друзей только у него с Гу Ханьшэном не было ни малейших денежных интересов, поэтому они были очень близки.
Гу Ханьшэн вручил подарки, обменялся парой дежурных фраз и уселся на диван во дворе. Второй подарок был приготовлен для «Чэнь Ситуна», но привести его с собой не получилось.
Сун Вэньхао протянул ему сигарету, но тот отмахнулся: «Бросил».
«Всё странное — к чему-то ведёт. Старина Гу, ты случаем не влюбился?»
— Сун Вэньхао с ухмылкой уселся на подлокотник дивана.
«Вместо того чтобы сплетничать обо мне, лучше подумай, как разберёшься со своими двумя девушками».
http://bllate.org/book/34410/4265167
Готово:
