Будучи человеком бывалым, Бай Ши прекрасно понимала это чувство.
Расставаться не хотелось, а быть вместе — сущий кошмар и мучение. Уж лучше разрубить гордиев узел одним махом и покончить со всем раз и навсегда.
Сюй Чжэнь не стала возражать, она и сама думала о том же.
С затаенной надеждой она думала, что, возможно, после развода ее положение улучшится. Злонамеренная травля со стороны Син Янь и эти нелепые притеснения ради того, чтобы угодить людям из Семьи Син, — стоить ей расстаться с Цзян Жуань, как она, пожалуй, сможет родиться заново.
Бай Ши чувствовала себя неважно, и Сюй Чжэнь, поухаживав за ней во время еды, поднялась и ушла.
Когда она ушла, Бай Ши скосила глаза на ее удаляющуюся спину, и все слова в конце концов слились лишь в один долгий вздох.
Старый Ли уже привел рабочих и установил скульптуру. Сюй Сусу неотступно следовала за ними, а когда всё было закончено, то угостила рабочих сигаретами и водой, заслужив целую россыпь благодарностей.
— Чжэнь Чжэнь, я попросила их поставить вещи сюда, — обернулась Сюй Сусу. — Упаковку мы не трогали, оставили, чтобы ты сама распаковала.
Сюй Чжэнь кивнула:
— Спасибо.
— К чему такие церемонии? — Сюй Сусу тепло улыбнулась, но тут же на ее лице промелькнуло беспокойство. — Чжэнь Чжэнь, я хотела бы попросить тебя об одном одолжении.
Она заговорила с опаской:
— Тин Юань в последнее время влюбилась... Я не против ранних отношений.
Сюй Сусу пояснила:
— Просто тот парень, которого она нашла, на самом деле... — женщина глубоко вздохнула и закрыла глаза, словно больше не в силах терпеть: — Просто ужасен.
Образование девять классов, уже бросила учебу, постоянной работы нет, целыми днями бьет баклуши, к тому же имеет судимость за кражу, освободился совсем недавно.
Сюй Сусу говорила так, что у нее едва не случался сердечный приступ.
— Я не понимаю, как она могла заристься на такого паренька! Этот ее ухажер явно не стоит и единого волоска на твоей голове!
Бюй Чжэнь нахмурилась:
— Где она?
— Дома. — Сюй Сусу указала на комнату Сюй Тинъюань по соседству. — Сейчас разговаривает с этим пареньком по видеосвязи.
Сюй Чжэнь поняла ее:
— Я пойду к ней.
— Прости за беспокойство. — Сюй Сусу с благодарностью проводила Сюй Чжэнь из комнаты, после чего благоразумно осталась на месте и не стала следовать за ней. Ей довелось видеть, как Сюй Чжэнь в детстве учила людей уму-разуму, поэтому в такие моменты она ни за что не стала бы навлекать на себя неприятности.
Сюй Чжэнь хотела было постучать, но, услышав доносившийся изнутри сладкий голосок, тут же передумала и, дернув за ручку, ввалилась в комнату.
— Я же говорила тебе не мешать мне! — решив, что пришла Сюй Сусу, Сюй Тинъюань в ярости обернулась, собираясь разразиться бранью. Но не успела она и глазом моргнуть, как, застыв словно гусь, которому свернули шею, уставилась на Сюй Чжэнь: — Сестра? Почему это ты?
Секунд с десяток пробыв в оцепенении, Сюй Тинъюань внезапно опомнилась и, словно воровка, судорожно затыкала пальцем по экрану телефона, пытаясь сбросить видеовызов.
— А ты думала, кто? — Сюй Чжэнь скрестила руки на груди и прислонилась плечом к косяку, с деланной улыбкой переспросив.
— Ни, никого.
Сюй Тинъюань едва не высекала искры из экрана, но, как назло, в такую неловкую минуту ее непослушные пальцы никак не хотели работать. Тут же из динамика донесся голос:
— Малыш, кто это пришел?
— Ее голос такой знакомый, я точно где-то его слышал?
Сюй Тинъюань запаниковала еще сильнее:
— Нет, пока!
Сюй Тинъюань никогда не кичилась за пределами дома своим статусом младшей сестры Сюй Чжэнь. Более того, она тщательно скрывала эту информацию.
Она прекрасно понимала, что является лишь плодом измены отцовского отца, незаконнорожденной дочерью, которой не место в высшем свете, к тому же не отличающейся красотой и умом сводной сестры.
Вдобавок к этому сказывались годы наставлений Сюй Сусу: Сюй Тинъюань испытывала к старшей сестре Сюй Чжэнь смесь уважения, благоговейного страха и комплекса неполноценности.
Сюй Чжэнь была словно сверкающий бриллиант на витрине торгового центра, а она — всего лишь завалявшийся у дороги серый камешек, не стоящий даже ломаного гроша.
— Сестра, разве у тебя сегодня не рабочий день? Чего это ты вдруг вздумала без предупреждения заявиться домой? — Сюй Тинъюань неестественно поднялась на ноги и воровато спрятала телефон за спину.
Но Сюй Чжэнь не собиралась ее отпускать:
— Кто это был сейчас?
— Один друг.
— Друг среди бела дня зовет тебя малышом?
Сюй Тинъюань бесстыдно отмахнулась:
— Ага. — Она принялась лихорадочно соображать, какое бы оправдание придумать: — Просто дурачимся, ничего особенного. Разве я в детстве тоже не звала тебя так постоянно?
— Выходит, ты с малолетства питала ко мне нездоровые чувства? — Сюй Чжэнь изогнула бровь. — Увлекаешься инцестом?
Сюй Тинъюань:
— ...
Она едва не сорвалась:
— Конечно нет!
— С чего бы мне испытывать романтические чувства к собственной родной сестре? — Сюй Тинъюань капитулировала. — Сестра, пощади меня, если мама услышит, она же меня убьет!
Сюй Чжэнь улыбнулась:
— Чистосердечное признание облегчает наказание, упорствование ведет к суровому. Даю тебе последний шанс: кто этот человек на самом деле?
— Д, это мой парень, — скрепя сердце призналась Сюй Тинъюань.
— Никуда не годится, меняй другого, — тут же произнесла Сюй Чжэнь. — Разве тебе не будет стыдно привести его знакомиться с семьей? Если потом нарожаешь от него таких же уродливых, бедных и никчемных детей, твоя жизнь будет предрешена еще до того, как начнется.
Сюй Тинъюань пустилась в защиту своей любви:
— Он совсем другой! Он человек на редкость хороший, страстный, смелый, верный...
— Но нищий.
Сюй Тинъюань подавилась словами:
— Это лишь временно! Он говорил, что пойдет искать работу, просто эти мелкие начальнички слепы на глаза и не умеют ценить...
— А еще он высокомерный и язык подвешен.
— Сестра, он правда хороший альфа, поверь мне, — взмолилась Сюй Тинъюань.
Сюй Чжэнь кивнула:
— Верю.
Сюй Тинъюань с облегчением выдохнула, но воздух не успел выйти из ее легких до конца, как она увидела, как Сюй Чжэнь неторопливо распускает ремень на талии и озаряется сияющей улыбкой:
— Верю, что ты соскучилась по порке.
Сюй Тинъюань:
— !
Лицо ее исказилось от ужаса, и она бросилась наутек. Сюй Чжэнь пустилась в погоню, и стук двух пар тапочек гулко зазвучал по полу:
— Сестра, давай поговорим, не надо распускать руки!
— Послушай-ка, как ты будешь изворачиваться дальше!
Сюй Тинъюань неслась на всех парах, но Сюй Чжэнь не уступала ей ни в чем. Они пронеслись из комнаты по коридору, из коридора вниз в гостиную и выскочили в сад.
Сюй Чжэнь, которая круглый год занималась фитнесом, вовсе не устала, а вот Сюй Тинъюань тяжело и прерывисто дышала.
Ей казалось, что легкие сейчас разорвутся, поэтому, добежав до припаркованного автомобиля, она, не разбирая дороги, бросилась к нему за помощью:
— Бьют ребенка! Зов... Сноха?!
— Сноха? — усмехнулась Сюй Чжэнь. — Твоя сноха за сотню миль отсюда, неужто она сможет тебя спасти?
— Вот явится она, я тебя вместе с ней отхожу.
Пока они разговаривали, дверца машины, за которую цеплялась Сюй Тинъюань, распахнулась. Сначала показалась изящная стройная нога, затем красивые изгибы талии и бедер, а наконец, когда взгляд поднялся выше, — ослепительно прекрасное лицо повернувшейся к ним Цзян Жуань.
Сюй Чжэнь невольно остановилась, ее лицо мгновенно окаменело. И правда, никудышная сноха собственной персоной.
Цзян Жуань твердо встала на землю, ее взгляд сначала скользнул по Сюй Тинъюань и лишь затем вернулся к правой руке Сюй Чжэнь, сжимающей ремень.
— Отходить меня? Этим?
Глава 7. Ты хочешь со мной развестись?
Сюй Чжэнь молча смотрела на Цзян Жуань, а выражение лица Сюй Тинъюань сделалось неописуемым.
Пока женатые супруги сверлили друг друга взглядами, она бесшумно дала деру и благополучно избежала расправы. Однако, сделав пару шагов, Сюй Тинъюань озарило: сменив гнев на милость, она решительно вернулась назад, чтобы прихватить Сюй Чжэнь с собой.
— Сноха, разве ты в последнее время не была занята тем, что развлекала свою госпожу Син? Каким ветром такую важную персону занесло в нашу убогую обитель?
Сюй Тинъюань изъяснялась ядовито, и ее намерение отчитать Цзян Жуань не было скрыто ни на йоту.
Как бы они ни цапались с Сюй Чжэнь, когда дело доходило до принципиальных вопросов, она неизменно и непоколебимо вставала на сторону Сюй Чжэнь, тем более что в сердечных делах Сюй Чжэнь была абсолютно невиновна.
Цзян Жуань не удивилась отношению Сюй Тинъюань. Она вышла из машины, прижимая к груди какую-то коробку, и последовала за ними, не утруждая себя долгими оправданиями.
Сюй Чжэнь с бесстрастным лицом смотрела под ноги, чувствуя, как при новом возвращении к прошлому ее сердце вновь тяжело пронзает серебряной иглой, оставляя тупую, нестерпимую боль.
Она мысленно выругала себя за бесхребетность: как бы холодна ни была Цзян Жуань, она все равно раз за разом тянулась к ней, любила ее и не могла отпустить.
Пусть каждый раз она заранее готовилась морально, при встрече она все равно терпела сокрушительное, безнадежное поражение.
Сюй Чжэнь глубоко вздохнула. Сюй Тинъюань опасливо покосилась на ее лицо, уже сожалея о своем поведении — надо же было в таком огромном доме побежать именно в эту сторону, угораздило же!
Теперь всё испорчено: явился тот, кому здесь быть не стоило, и старые душевные раны Сюй Чжэнь снова закровоточили.
— Сестра, — с опаской окликнула ее Сюй Тинъюань. — Ты в порядке?
В глазах младшей сестры плескалось неподдельное беспокойство. Сюй Чжэнь тихо покачала головой:
— Иди в дом.
То, с чем неизбежно придется столкнуться, нельзя откладывать — бегством проблемы не решишь.
— А с твоими шашнями с безработным я разберусь чуть позже.
Личико Сюй Тинъюань тут же скисло:
— Сестра!
— Тебе нет и пятнадцати-шестнадцати лет, сейчас самое время учиться, к тому же какой нормальный взрослый решится связаться с несовершеннолетним ребенком? — парировала Сюй Чжэнь. — Ты бы стала крутить шашни с мальчишкой лет десяти?
Сюй Тинъюань не задумываясь выпалила:
— Конечно нет!
— Десять лет — это же совсем малыш...
Сюй Чжэнь приподняла бровь. Сюй Тинъюань перевела взгляд с нее на молчаливо следовавшую позади Цзян Жуань и наконец решила больше не донимать сестру своими проблемами:
— Я поняла, сейчас же пойду и скажу ему, что мы расстаемся.
— Ступай. — Сюй Чжэнь протянула руку и потрепала Сюй Тинъюань по макушке. — Если только узнаю, что ты мне солгала, я сверну твою голову и буду пинать ее вместо мяча.
Сюй Тинъюань:
— ...
Она стремглав бросилась прочь. Воспользовавшись моментом, Цзян Жуань протиснулась вперед и поравнялась с Сюй Чжэнь:
— Новости в интернете я уже попросила удалить. Ни я, ни А Янь не давали СМИ указаний публиковать подробности нашей личной жизни.
— И что с того? — в груди Сюй Чжэнь закипала обида. — Пусть вы не давали указаний, но разве все эти месяцы вы обе молчаливо не потакали их выходкам?
http://bllate.org/book/34389/4240204
Готово:
