Бросив взгляд в сторону, Шэнь Чэнмянь не увидел Хо Юйсяо и озадаченно спросил:
— А где брат Юй?
— Да что такое, — Чжао Цзыхуэй издал цокающий звук, приблизился к Шэнь Чэнмяню и с видом праведного гнева поинтересовался: — Сразу спрашиваешь про брата Юй. Неужели нам двоим навестить тебя недостаточно?
Зная, что Чжао Цзыхуэй вечно любит подурачиться, Шэнь Чэнмянь оттолкнул его и с улыбкой произнес:
— Брат Юй теперь мой спаситель, он не в счет.
Услышав это, Чжао Цзыхуэй сперва замер, а сообразив, к чему тут приплетен спаситель, преувеличенно тяжело вздохнул:
— Похоже, все мои чувства в конце концов оказались растоптаны…
— Разве тягаться с братом Юй не значит нарочно навлекать на себя позор? — другой парень по имени Ли Тяньяо, пришедший вместе с ними, с улыбкой толкнул Чжао Цзыхуэй в плечо и повернулся объяснить Шэнь Чэнмяню: — Брат Юй по дороге в больницу получил звонок и попросил нас зайти первыми, он, должно быть, договорит и подойдет.
Шэнь Чэнмянь услышал это и невольно глянул за дверь палаты, как вдруг встретился взглядом с Хо Юйсяо, который как раз подходил к выходу.
Лицо того было холодным, но стоило ему переступить порог палаты, как ледяное выражение заметно смягчилось.
Эта перемена в мгновение ока промелькнула так быстро, что казалось, будто померещилось. В душе Шэнь Чэнмяня промелькнула тень сомнения, но прежде чем он успел в ней разобраться, голос Хо Юйсяо привлек к себе всё его внимание.
— Вот сегодняшние конспекты, — Хо Юйсяо вытащил несколько тетрадей, положил их на тумбочку в палате и посмотрел на Шэнь Чэнмяня. — Когда тебя выписывают?
— Врачи говорят, в конце недели, — ответил Шэнь Чэнмянь. Краем глаза он заметил, что Ань Цзыму смотрит на Хо Юйсяо так неотступно, будто прилип, и на душе у него вдруг стало скрести кошки.
Псих не заслуживает того, чтобы кто-то им восхищался!
— Мм, — услышав ответ, Хо Юйсяо кивнул и лениво прислонился к подлокотнику дивана. Полуприкрытые веки скрыли затаившуюся на дне его глаз крайнюю холодность и отвращение.
Когда он переродился, Ань Цзыму уже перевелся в их класс и, как и в прошлой жизни, то и дело мельтешил перед глазами. Хотя он уже занялся подготовкой конца для Ань Цзыму, тот всё равно действовал на нервы.
— С чего это молодой господин Ань пожаловал? — взгляд Шэнь Чэнмяня упал на Ань Цзыму, и он неожиданно задал вопрос.
Стоило ему заговорить, как все, кроме Хо Юйсяо, перевели взгляды на Ань Цзыму.
Ань Цзыму пришлось отвести глаза от Хо Юйсяо, и он лучезарно улыбнулся:
— По поручению учителя Чена пришел навестить одноклассника Шэня.
Зная наверняка, сколь черна душа, скрывающаяся за мягкой улыбкой Ань Цзыму, Шэнь Чэнмянь при виде этого лица почувствовал тошноту.
Уголки его губ дернулись, но на лице осталась дежурная вежливая улыбка:
— Я уже в следующий понедельник смогу вернуться в школу на занятия. Время позднее, не стану отнимать у молодого господина Аня драгоценные минуты.
Оригинальный владелец тела практически не общался с Ань Цзыму, так что сейчас его слова хоть и звучали бесцеремонно, но выглядели вполне естественно.
Перед посторонними Ань Цзыму держал образ утонченного и благородного юноши, а услышав такое от Шэнь Чэнмяня, он лишь с понимающим видом кивнул, словно ничуть не чувствуя себя обиженным. Улыбка на его губах не померкла, а голос прозвучал мягко:
— Тогда пусть одноклассник Шэнь хорошенько отдохнет, я не буду мешать.
Однако в ту же секунду, как он вышел за дверь палаты, мягкость на его лице испарилась без следа, сменившись злобным выражением в глазах.
— Чэнмянь, у тебя что, зуб на Ань Цзыму? — спросил Чжао Цзыхуэй, почесав затылок, когда Ань Цзыму ушел.
В их кругу правила этикета впитывали с молоком матери, и хотя человек пришел навестить больного, заявить ему с порога о выходе — это всё же чересчур грубо.
Если бы Шэнь Чэнмянь не был предвзят к Ань Цзыму, он бы ни за что так не поступил.
Хо Юйсяо тоже поднял взгляд на Шэнь Чэнмяня. Ань Цзыму ушел, и раздражение в глазах Хо Юйсяо пропало, сменившись глубоким любопытством.
— Мне неприятно находиться рядом с ним, — нахмурившись, произнес Шэнь Чэнмянь, пользуясь случаем, чтобы всласть очернить Ань Цзыму в глазах ребят. — Он мне не нравится.
Услышав это, Хо Юйсяо приподнял бровь, и в его глазах, устремленных на Шэнь Чэнмяня, промелькнул еще больший интерес.
В прошлой жизни даже он попался на фальшивку Ань Цзыму, но Шэнь Чэнмянь казался удивительно проницательным.
— С чего бы? — недоуменно протянул Чжао Цзыхуэй. — Хоть этот парень и из семьи Ань в Дицзине, но он без всяких заскоков. Мне он показался вполне нормальным.
В оригинале книги Чжао Цзыхуэй был самым простодушным из всех, и Шэнь Чэнмянь подумал про себя: если придет время, он продаст тебя, а ты еще и радостно побежишь за него пересчитывать деньги.
Но сейчас он, конечно, не мог сказать подобное, поэтому лишь покачал головой:
— Не знаю, просто интуиция.
Шэнь Чэнмянь впервые так прямо выразил неприязнь к кому-либо, и хотя Чжао Цзыхуэй с Ли Тяньяо ничего не поняли, их мнение об Ань Цзыму неизбежно пошатнулось.
В конце концов, люди склонны занимать чью-то сторону, и по сравнению с Ань Цзыму, который был для них всего лишь одноклассником, они, разумеется, предпочли бы остаться на стороне Шэнь Чэнмяня.
— Ну и черт с ним, не будем о нем, — Чжао Цзыхуэй отмахнулся, решив выбросить Ань Цзыму из головы, и с живым интересом спросил: — Сегодня днем дядя Шэнь приезжал в школу, полиция проверила камеры видеонаблюдения. Ты знаешь, кто вчера устроил пожар?
Шэнь Чэнмянь помнил, что в оригинальном романе поджог совершил второстепенный персонаж, подкупленный Ань Цзыму, но поскольку это было в самом начале истории, он давно позабыл имя этого пушечного мяса. Сейчас он озадачено переспросил:
— Кто?
— Это Ян Цянь, — ответил Ли Тяньяо. Он шагнул вперед и с хмурым видом спросил: — Чэнмянь, у тебя с ним были какие-то счеты?
— Ян Цянь? — Шэнь Чэнмянь нахмурился, роясь в воспоминаниях оригинального владельца тела, и лишь спустя долгое время сопоставил имя с образом парня в очках.
Увидев его глубоко задумчивое лицо, Чжао Цзыхуэй невольно рассмеялся:
— Да ладно тебе, он вообще-то учится с нами в одном классе, а ты взял и забыл человека?
Ли Тяньяо тоже едва сдерживал улыбку.
Отсмеявшись, Чжао Цзыхуэй нахмурился:
— Если так подумать, Чэнмянь вроде бы особо не общался с этим Ян Цянем. С какой стати ему вредить Чэнмяню?
Шэнь Чэнмянь покачал головой.
Ань Цзыму сейчас не выдавал себя ни единым знаком, и даже если бы он сказал, что Ян Цяня подговорил Ань Цзыму, эти ребята наверняка бы не поверили.
— Ай, плевать на причины! Раз он посмел навредить Чэнмяню, пусть теперь ждет тюремной баланды, — беззаботно бросил Чжао Цзыхуэй.
http://bllate.org/book/34371/4237213
Готово:
