— Справді? Цзяньцзюнь.
Но получив утвердительный ответ Юйвэнь Мэна, Се Си вновь неожиданно засомневался: в конце концов, те трое хоть и выглядели странно, но со стороны казались самыми обычными смертными.
— Ты не веришь? — переспросил его Юйвэнь Мэн. — Если не веришь, давай поднимемся повыше, оттуда тебе будет лучше видно.
Говоря это, Юйвэнь Мэн зашагал в сторону третьего этажа Зала Орошения Луны.
По мере того как они поднимались выше, вся сцена Пьющая Луну открывалась перед ними как на ладони, и всё, что на ней происходило, было видно отчетливо и ясно. Се Си смотрел очень внимательно, полный решимости выследить свирепого зверя, которого они на этот раз спустились искать в Нижний Мир.
Юйвэнь Мэн спросил его:
— Хорошо видно?
— Действительно намного лучше, чем только что, Цзяньцзюнь, — ответил Се Си.
Услышав это, Юйвэнь Мэн похлопал Се Си по плечу и сказал:
— Тогда смотри внимательно, а я, поскольку только что подергал Маленького Лисенка за шерстку, должен пойти и извиниться перед господином Мо Чэнем.
— Вы серьезно? — подозрительно переспросил Се Си.
По дороге в Зал Орошения Луны он уже понял, почему Юйвэнь Мэн только что высмеял его за то, что он ничего не понимает, но в конце концов, Юйвэнь Мэн был прав: он действительно слишком долго пробыл в Небесном Мире и обо всем, что происходило внизу, имел лишь смутное представление.
Господин Мо Чэнь действительно был первым Вольным Бессмертным континента Боу, это верно. Однако он носил титул первого Вольного Бессмертного главным образом потому, что обладал живописными чертами лица, выдающимся изяществом, а его отрешенный и чистый нрав до боли напоминал стиль бога меча Юнь Цайе. К тому же Шу Фэй намеренно стремился сделать из него приманку, зазывающую гостей на Постоялый Двор Духов, чтобы привлекать бесчисленных культиваторов и демонических зверей со всех концов света воочию лицезреть красоту господина Мо Чэня, — именно благодаря этому Мо Чэнь и заслужил славу первого Вольного Бессмертного континента Боу.
Со временем все привыкли называть Мо Чэня первым Вольным Бессмертным континента Боу, но постепенно забыли, что до того, как стать Вольным Бессмертным, он был обычным демоном-практиком, чьей истинной формой являлся крошечный снежно-белый лис...
Се Си и помыслить не мог, что внешне столь холодный и утонченный в учености господин Мо Чэнь в душе окажется донельзя живым и очаровательным, а потому и не признал в том маленьком белом лисенке из комнаты высшего класса Тянь самого господина Мо Чэня.
И вот их Цзяньцзюнь только что выдернул у этого человека клочк шерсти, а теперь собирается подойти и принести Мо Чэню извинения?
Он что, правда идет извиняться, а не нарываться на неприятности?
— Конечно серьезно, — ответ Юйвэнь Мэна прозвучал так же ненадежно, как и его улыбка.
Обойдя Се Си, он с улыбкой на губах направился прямо к Мо Чэню, которого окружила стайка служанок-лис с шерстью самых разных оттенков. Подойдя почти вплотную к Мо Чэню, Юйвэнь Мэн чуть качнул висящим у бедра рукавом, стряхнув оттуда щепотку мягкой белоснежной шерсти, после чего наигранно ахнул:
— Ой!
Эта пушистая белая лисья шерстинка очень бросалась в глаза на темном ковре. К тому же, хотя в постоялом дворе сновало множество демонических духов, среди всех них лишь у одного Мо Чэня была шерсть без малейшей примеси посторонних цветов.
И в тот же миг взгляды всех служанок-лис, включая самого Мо Чэня, приковались к этой щепотке белой лисьей шерсти.
— Молодой господин, это случайно не ваша шерсть? По цвету очень похожа, — тихонько наклонившись, вполголоса спросила у Мо Чэня Хуэй Чжу.
Маленькая лисичка красно-бурого окраса тоже поддакнула:
— И правда. Мягкая и белая, как снег, должно быть, господина... Как же она...
Остальные лисячки тоже мысленно недоумевали: как это он умудрился потерять целый клочок?
Да кто же на Постоялом Дворе Духов не знал, как сильно господин Мо Чэнь дорожит своей белоснежной и мягкой шерсткой? Он каждый день тщательно мылся, а затем расчесывал шерстку маленьким гребешком; даже шерстинки, выпадавшие при смене сезонов, он аккуратно собирал, поговаривая, что хочет оставить их на будущее, чтобы сделать мягкую подушку для своего спутника жизни.
Сейчас ведь даже не сезон линьки, с чего бы молодому господину растерять клочья белой шерсти на стороне?
Столкнувшись с недоумением маленьких лисиц, Мо Чэнь застрял в горле комом и молчал.
А Бай Э вдруг испуганно воскликнула:
— И правда, у молодого господина на одежде дырка!
И от этого возгласа Бай Э Мо Чэнь оцепенел всем телом.
Услышав крик Бай Э, остальные служанки-лисы тоже принялись шуметь:
— Ой, и вправду!
— Когда это она порвалась?
— Когда молодой господин только пришел, этой дыры еще не было.
Слушая их крики, Мо Чэнь повторял про себя всего пять слов: как такое могло случиться...
Он не любил носить магические одежды, и в будние дни, принимая человеческий облик, просто превращал лисью шерсть в наряд. Зимой лисьей шерсти вырастало больше, и одежда получалась плотнее; летом шерсть выпадала для охлаждения, и наряд становился легче. По той же логике, если лишался шерсти на теле, на одежде неизбежно появлялись прорехи.
Но он же явно замаскировал всё с помощью заклинания! С уровнем культивации Хуэй Чжу и Бай Э они никак не могли заметить ту маленькую дырочку, да и когда он только пришел, они ничего не увидели... Почему же его заклинание вдруг вмиг развеялось?
Убежав в панике из комнаты высшего класса Тянь этим утром, Мо Чэнь уселся на уединенном месте за ширмой на третьем этаже Зала Орошения Луны и стал потягивать сливовый сок. Маленькие лисички, видя его мрачный вид, сбегали на кухню и уморили Шеф-повара Чжу приготовить всякой вкусной еды, чтобы принести и развеселить его. Однако Мо Чэнь, чей аппетит вчера во время представления был отменным, сегодня почти ничего не ел.
Обеспокоенные лисички наперебой спрашивали его:
— Молодой господин, почему вы снова хмуритесь?
— Кое-какие заботы на душе... — Мо Чэнь не хотел признаваться им, что на его теле образовалась плешь, и перевел тему: — Почему сегодня на сцене выступают всего три человека? А где еще одна девушка?
Раньше на сцене выступала семья из четырех человек, но сегодня дочери не было — только мать, отец и сын, и Мо Чэню это показалось несколько странным.
Более того, еще страннее было то, что сегодня это выступление совершенно не вызывало у него аппетита. Неужели всё дело в том, что на сцене не хватало одного человека? Мо Чэнь испытывал смутные сомнения, но, присмотревшись к представлению внимательнее, вдруг осознал, что отсутствие аппетита как раз и было естественной реакцией.
Потому что из трех выступавших отец уже растолстел до неузнаваемости. Подобно небольшой горе, он восседал на главном месте, во все глаза уставившись на угощения перед собой. Словно он никогда в жизни не мог наесться, он ожесточенно заталкивал в рот еду, отчего при жевании во все стороны летели ошметки мяса и брызгала слюна, а жир на его теле трясся и содрогался от каждого движения, казалось, еще чуть-чуть — и из него начнет сочиться масло. Сидевшие рядом с ним жена и сын выглядели ничуть не лучше: их манеры за столом были столь же отвратительны. Единственное отличие от отца заключалось в том, что оба они были худы как скелеты, и их глаза были прикованы вовсе не к еде перед ними, а к уплетавшему за обе щеки отцу.
Прошло всего несколько дней, с чего бы этому мужчине так раздуться?
Мо Чэнь был потрясен до глубины души. Ему показалось, что мать и сын смотрят на отца как-то неправильно — их взгляды напоминали то, с каким выражением смотрят на какое-нибудь изысканное деликатесное блюдо.
Еще сильнее Мо Чэня пугало то, что вчера он наблюдал за этой сценой и не находил в ней ничего странного, напротив, уплетал всё за обе щеки. При одной мыśli об этом к горлу Мо Чэня подступала тошнота, и он спросил Бай Э и Хуэй Чжу:
— Сестрица Хуэй Чжу, вы смотрите это представление и правда находите его аппетитным?
— Да, молодой господин, а разве у вас не так? — с любопытством спросила Бай Э.
— Я...
Мо Чэнь слегка нахмурил брови, собираясь ответить, как вдруг заметил, что прямо перед его глазами проплыл знакомый клочок лисьей шерсти. Подняв взгляд, он увидел того самого наводящего страх мужчину, который стоял совсем недалеко и улыбался ему уголками губ.
И тут Мо Чэня внезапно осенило, что же было не так во взглядах тех матери и сына на отца — их взгляды были точь-в-точь как у этого мужчины: они хотели съесть человека!
— Прошу прощения, вы случайно не господин Мо Чэнь? — с улыбкой спросил его мужчина. — Меня зовут Юйвэнь Мэн.
Мо Чэню было совершенно неинтересно, как звали этого мужчину! Он мало того что притащил потерянную им шерсть в Зал Орошения Луны, так еще и выставил ее напоказ, заставив всех лис узнать, что он облысел!
То, что он с таким трудом пытался скрыть всё это время, было разрушено в один миг. Обида захлестнула Мо Чэня с головой, и он крепко сжал губы, наотрез отказываясь говорить и обращать внимание на этого человека.
Хуэй Чжу, видя, что молодой господин хранит молчание и непонятно чем расстроен, а оставлять гостя без внимания было неучтиво, шагнула вперед и спросила:
— Молодой господин Юйвэнь, у вас какое-то дело?
— О, ничего особенного, — с улыбкой на лице Юйвэнь Мэн неторопливо подошел прямо к Мо Чэню.
Он был невероятно высоким, и в глазах маленьких лисичек ростом едва по пояс человеку он казался настоящей горой — им приходилось запрокидывать головы, чтобы разглядеть его лицо. И хотя он улыбался, аура вокруг него исходила столь мощная, что от одного его приближения захватывало дух. Маленькие лисячки при виде его шагов невольно начали пятиться назад, уступая дорогу. Так что, когда он устроился рядом с Мо Чэнем, даже неизменно ласковые с ним Бай Э и Хуэй Чжу отодвинулись чуть подальше.
А Мо Чэнь, который только что сидел надутым и надменным, стоило Юйвэнь Мэну бесцеремонно усесться рядом, мгновенно сник. В нем проснулось ощущение, будто этот человек взял его за загривок, и он осмеливался лишь крадкой коситься на него.
— Недавно в покоях господина Мо Чэня в комнате высшего класса Тянь я заметил маленького белого лисенка, — глядя на Мо Чэня, с легкой улыбкой произнес Юйвэнь Мэн. — Белоснежного, с гладкой шерсткой, до чего же хорошенького.
Мо Чэнь никак не ожидал, что тот с порога осыпет его такими дифирамбами, расхваливая так, будто лучше него не было ни на небе, ни под землей. Лицо Мо Чэня слегка порозовело, но тут же услышал, как собеседник сменил тон:
— Правда, он оказался немного глуповат — умудрился нечаянно растерять собственную шерсть, после чего с хныканьем убежал к себе в комнату. Я немного заволновался: раз этот лисенок жил в покоях господина Мо Чэня, возможно, он был вашим ручным питомцем? Вот я и решил зайти спросить.
Когда это я плакал?!
Услышав слова Юйвэнь Мэна, Мо Чэнь широко распахнул глаза и в полном оцепенении уставился на него.
Маленький белый лисенок?
Убежал с хныканьем?!
Да где же у господина Мо Чэня водились какие-то ручные белые лисячки? Разве единственным белым лисом на Постоялом Дворе Духов был не он сам?!
Служанки-лисы тоже вытаращили глаза на Мо Чэня. Так, значит, молодой господин сам случайно потерял свою шерсть! Впрочем, поразмыслив, они вспомнили, что их господин и вправду был склонен поплакать по пустякам, а уж потеря драгоценной шерсти — тут проронить пару слезинок было вовсе не удивительно. К тому же молодой господин ужасно дорожил своей гордостью, так что лучше им сделать вид, будто они ничего не слышали.
Видя, что Мо Чэнь молчит, Юйвэнь Мэн с улыбкой окликнул его еще раз:
— Господин Мо Чэнь?
— Д-да, это и вправду мой ручной питомец, — поспешно ответил Мо Чэнь, рассудив, что раз этот мужчина не догадался, что тот лисенок — это он сам, то он лучше просто не станет признаваться. — Молодому господину Юйвэню не стоит беспокоиться, с ним всё в порядке.
— Тогда я спокоен, — Юйвэнь Мэн раскрыл ладонь, показывая Мо Чэню тот самый клочок мягкой белой шерсти. — Эту шерстку я случайно подобрал, теперь возвращаю владельцу.
Мо Чэню показалось, что в этих словах таится какой-то странный подтекст, но думать об этом было некогда, и он протянул руку, чтобы забрать свою белую шерсть.
Как вдруг, стоило его пальцам коснуться ладони Юйвэнь Мэна, мужчина крепко сжал руку, накрывая его ладонь своей.
— О? Почему это рукав господина Мо Чэня испачкан соком шелковицы? — спросил Юйвэнь Мэн, крепко держа пальцы Мо Чэня и разглядывая пятно на его рукаве.
http://bllate.org/book/34318/4230157
Готово:
