Утро, шесть часов.
В комнате царил полумрак, двери и окна были плотно закрыты. В тяжелом, совершенно не проветриваемом воздухе висели едва уловимые солоноватые испарения, напоминающие запах свежих морепродуктов, только что вытащенных из морских глубин.
А сами свежие морепродукты — в лице некоторого Ци Чжичэня — безмятежно и мирно почивали на кровати, сложив руки на груди. Эта поза идеально иллюстрировала то, как выглядит человек, готовый в следующую секунду отправиться на кладбище.
Ниже пояса вместо пары длинных ног у него красовался длинный хвост.
Медицинское чудо.
Прожив двадцать два года, он пережил второе половое созревание.
И хотя хвост и впрямь выдался на редкость красивым, столь неожиданный виток эволюции вполне гармонично сочетался с лицом Ци Чжичэня, который все четыре года университета удерживал за собой титул главного красавчика факультета.
От самого пояса начинала проступать мелкая, узорчатая чешуя, переходящая книзу в огромный и роскошный рыбный хвост.
Судя по беглому осмотру, этот хвост занимал примерно две трети его роста. Чисто-белый, словно лучший драгоценный камень, он отражал тусклый свет в комнате, отливая удивительным, почти семицветным сиянием.
Единственным недостатком было то, что эта красота выросла прямо на нем.
Если память ему не изменяла, за всю свою двадцатидвухлетнюю жизнь он сотни раз принимал ванну, десятки раз плавал и бесчисленное количество раз шлепал по лужам в дождливые дни. Все это совершенно не вязалось с классическим каноном, согласно которому ноги русалки при контакте с водой должны превращаться в хвост.
Ну, по крайней мере, будем считать это каноном.
При этой мысли сдержанное и невозмутимое выражение лица Ци Чжичэня все же дало трещину.
Он глубоко вздохнул, поднял левую руку, взглянул на тыльную сторону ладони и тут же отвел взгляд с чувством жгучего отвращения.
На коже красовался узор, подозрительно напоминающий кодовый замок.
Если описывать подробнее, это были четыре аккуратных маленьких окошка, выстроенных в ряд.
Каждое окошко имело в длину и ширину примерно по сантиметру и было окаймлено золотистым контуром — пожалуй, именно эта деталь хоть как-то отличала его от переводной татуировки за три юаня из ближайшего ларца.
В первых трех окошках слева направо уже красовались цифры 4, 1 и 9, а четвертое было заполнено тускловатым золотистым свечением.
И угораздило же Ци Чжичэня проявить такую инициативу...
Или, если выражаться точнее, находясь в состоянии полного помутнения рассудка из-за алкогольного воздействия на мозг, он покрутил цифры в первых трех окошках, зафиксировав их на комбинации 419.
Разумеется, это было чистой случайностью.
Затем он нажал на последнее окошко, тем самым успешно активировав этот...
Устройство для трансформации волшебного мальчика.
Просто невероятно. Кто бы мог подумать, что подшофе он превратится в столь деятельную натуру.
Ци Чжичэнь практически не пил, и если он говорил, что его голова не варит от алкоголя, это было еще мягко сказано — на деле его срубало с одного бокала.
Просто вчера состоялось прощальное застолье общежития перед окончанием университета. Отвертеться не получилось, и он опрокинул пару рюмок. Алкоголь словно отрастил крылья: стоило ему только опуститься в желудок, как мозг Ци Чжичэня помчался вскачь.
После выпивки лицо у него не краснело, и внешне он казался совершенно спокойным, однако мысли в его голове уже унеслись далеко-далеко — к размышлениям о том, почему кроличьи какашки имеют форму шариков и когда именно южные тараканы обзавелись крыльями.
Вернувшись после застолья домой, он принял душ, нахлобучил на голову банное полотенце и в полном тумане повалился на кровать.
Ближе к полуночи висевшие на стене винтажные часики трижды пробили дон-дон-дон, и Ци Чжичэнь вдруг встрепенулся, словно от удара током, и неожиданно пришел в себя.
Он увидел слабый свет.
Тот исходил от тыльной стороны его ладони — это было мягкое золотистое сияние.
Все четыре маленьких квадратика изо всех сил старались излучать свет.
Внутри них: в первых трех смутно мерцали какие-то неразборчивые узоры, а четвертое излучало теплое свечение.
Вспомнив это, Ци Чжичэнь закрыл лицо руками и с мучительным стоном зажмурился.
Во всем виноват алкоголь.
В трезвом состоянии он бы наверняка отнесся к подобной подозрительной хреновине с предельнейшей осторожностью.
И пусть он не был из числа безумцев, способных содрать кожу с тыльной стороны ладони, он бы по крайней мере все взвесил и хорошенько изучил, прежде чем совершать хоть какие-то шаги.
Однако вчерашней ночью — нет, уже сегодня, ровно в двенадцать часов и одну минуту ночи — он, потратив целых три минуты на медленные раздумья и наблюдения затуманенным алкоголем мозгом, с суровым выражением лица кивнул сам себе и подумал:
Ага, это же кодовый замок.
Значит, он сам — сейф.
Сейфу пора спать, его нужно запереть.
Руководствуясь этой безупречной логикой, Ци Чжичэнь, преисполненный растерянности и показного хладнокровия, решительно и твердо ткнул пальцем в первые три квадратика.
И они действительно поддались.
Стоило его паре пальцев скользнуть по коже, как в первых трех окошках вихрем пронеслись цифры от нуля до девятки, после чего остановились на комбинации 5, 2, 0.
Ци Чжичэнь некоторое время смотрел на них, усмехнулся и перевел цифры на 4, 1, 9.
http://bllate.org/book/34295/4226731
Готово:
