— ……М-м.
Глаза юноши сияли всё ярче, словно он принял дозу стимуляторов. Погрузившись в собственные запредельные фантазии, он без умолку сыпал восторженными похвалами.
— Больше всего на свете люблю господина Чу Цзяня!
— Старший, вы знаете? Я ведь ведущий гитарист!
— Если бы мне довелось стоять на одной сцене с Чу Цзянем, я бы умер счастливым!
— ……А… Чу…
К его удивлению, подросток перед ним не проявил ожидаемого восторга или мечтательного взгляда. Он лишь надул пузырь из жвачки, лопнул его и спокойно пробормотал:
— Ты что, знаком с ним?
— М-м.
Парень сглотнул, голос его дрожал:
— Старший, как ваше имя? Не могли бы вы помочь мне получить автограф…
Он не успел договорить.
— Давно тебя жду. Ты медлишь, Слип.
Издалека донесся голос, прервавший их разговор.
Парня будто ударило током: по телу разлилось онемение, сердце бешено заколотилось, хотя внешне он лишь застыл на месте, не в силах пошевелиться.
Он не мог перепутать голос своего кумира, вокалиста, о котором грезил.
Не дождавшись ответа, Чу Цзяня повторил:
— Почему ты ушел на полчаса и не вернулся? Где новая песня?
Фанатеющий парень оцепенело поднял голову, встречаясь взглядом со своим кумиром.
В жизни он выглядел в точности как на видео с прослушивания — нет, даже ярче, чем на искаженной записи.
Подросток лет семнадцати-восемнадцати, с белыми волосами, в которых выделялись золотистые пряди, был одет в ветровку; металлические застежки-молнии напоминали клавиши электронного инструмента, придавая образу особую дизайнерскую выразительность.
Высокий, длинноногий, он полулежал на перилах второго этажа, глядя вниз. Его красота была дерзкой, пронзительной, захватывающей дух.
Особенно с такого ракурса — снизу вверх — всё внимание приковывали его бесконечные ноги.
Парню показалось, что у него перехватило дыхание, а сердце пропустило удар.
…Погоди, что только что сказал Чу Цзяня? Он обращался к тому, кто стоял рядом?
— ……А, Чу, — лениво отозвался темноволосый юноша рядом.
— Что?
— Этот парень хочет твой автограф.
Парень: «……»
Парень: «？？？？？？」
Тогда Чу Цзяня перевел на него взгляд.
В следующую секунду подросток, опираясь длинными пальцами на перила, легко перемахнул через них.
Неясно было, как именно он это сделал — полы его ветровки взметнулись, напоминая натянутую и отпущенную струну.
Чу Цзяня приземлился прямо перед ним, слегка приподнял подбородок и поманил пальцем стоявшего рядом темноволосого юношу.
Тот хмыкнул и расстегнул карман толстовки.
Чу Цзяня привычным движением выудил оттуда золотистый маркер. Сняв колпачок, он ловким движением руки, оставившей в воздухе золотистый росчерк, взялся за дело.
В тот момент, когда парень на автомате протянул ему чехол от гитары, послышалось быстрое чирканье пера.
Фигурная надпись «Чу Цзяня», плавная и летящая, была тщательно выведена: заглавная буква «С» дерзко охватывала все остальные символы.
Четко очерченные пальцы оказались совсем рядом; на тыльной стороне ладони, невероятно светлой и нежной, проступали тонкие голубоватые вены.
Автограф на чехле от гитары стал драгоценным сувениром.
— Разве не естественно, что ты мой фанат? — бросил Чу Цзяня. — Но раз уж ты пришел в Группу «Стриминг Лайт», я хочу, чтобы ты стал соперником, способным пробудить во мне интерес.
Чу Цзяня тихо усмехнулся и, развернувшись, направился прочь:
— По крайней мере, оставь о себе яркое впечатление, прежде чем я умру.
Пока парень в панике приводил вещи в порядок, двое музыкантов уже дошли до конца коридора и почти скрылись из виду.
Застыв на месте, он вдруг словно очнулся. Его взгляд стал необычайно острым: он увидел, что у юноши, идущего рядом с Чу Цзянем — того самого, что только что указал ему путь, — на спине гитара.
Такой же инструмент, как и у него самого.
Это был ведущий гитарист Группы «Стриминг Лайт» — Юй Су.
Гений, который, по слухам, полгода назад был лично отобран Чу Цзянем и приглашен в группу.
Рок-композиции, которые он сочинял, исполнял сам Чу Цзяня.
Почему он может быть рядом? Почему не я?
В сердце одна за другой вспыхивали мысли, разрастаясь, как сорняки. Он смотрел на ослепительную спину Чу Цзяня с ниспадающими до пояса белыми волосами, мечтая занять место того, кто идет рядом с ним.
В этот момент Юй Су слегка повернул голову и бросил на него взгляд.
Янтарные глаза, холодные и отстраненные, отражали пустоту, словно замерзшее озеро.
Парень внезапно почувствовал, будто провалился в ледяной погреб.
*****
— Я сотни раз слушал песни господина Чу Цзяня! Эта высокомерная, презрительная манера, этот великолепный, не поддающийся логике голос, словно поцелованный богами, этот магнетизм прирожденного короля сцены!
— Моя мечта — однажды оказаться с господином Чу на одной сцене, чтобы он пел мою песню под мой аккомпанемент — тогда я бы умер счастливым — !!
Юй Су ровным тоном повторил слова того парня, подбросил в воздух картофельный чипс и ловко поймал его ртом.
В репетиционной комнате воцарилась тишина.
Линь Линьлан уткнулся лицом в барабан, сдерживая смех.
Се Чжицзянь, будучи прямолинейным парнем, был шокирован: он схватил телефон и быстро настрочил сообщение Линь Линьлану: «Слип окончательно спятил?»
Чу Цзяня слегка опешил и сбился с ритма:
— ……Ха? Что ты несешь!
— Разве нельзя? — спросил Юй Су. — Только что он явно хотел сказать именно это.
Чу Цзяня: «?»
— Чу не знает? — лениво протянул Юй Су. — Все, что говорил тот ведущий, в точности совпало с твоим образом после успеха на отборочных — теперь весь интернет вешает на тебя именно такие ярлыки.
— Ну и что? Мне плевать, что обо мне думают. То, что они меня любят — нормально, это доказывает, что у них хороший вкус.
Юй Су невинно ответил:
— Значит, у Чу нет причин злиться.
— Но ты… ты не должен был это повторять. — Чу Цзяня передернуло. Он вспомнил кое-что и добавил: — Отвечай, как ты сам считаешь, каков я?
Голос его стал зловещим предостережением:
— Если скажешь то же самое, можешь прямо сейчас исчезнуть из этой комнаты.
— ……
На этот раз темноволосый юноша молчал целых пять минут.
Когда Чу Цзяня, успевший немного размяться на инструменте, поднял голову, чтобы позвать его на репетицию, тот вдруг произнес:
— Не только это.
Спустя пару минут Чу Цзяня уже забыл вопрос:
— Что не только?
— Чу — это не только те похвалы, — холодно ответил Юй Су. — Чу должен быть некоронованным королем рок-сцены, достойным всего, что люди готовы к его ногам принести.
Сообщение в общем чате басиста и барабанщика:
Thanks: «……»
Lambda: «Слип, спятил? 0v0»
Thanks: «……Обычное дело, сиди смирно. Я могу понять, это глубокие братские чувства».
Чу Цзяня на мгновение замер.
Спустя миг юноша откинул с плеча длинные белые волосы, обнажив лебединую шею и покрасневшие кончики ушей, сжал пальцы в кулаки, размял их и бросил:
— ……Эй. Давай репетировать.
……
— Окей, добро пожаловать на стрим новой группы, я снова пришел на рынок с корзинкой за покупками.
— Группа «Стриминг Лайт», проездом, группа-муж, вы наконец запустили стрим, а-а-а-а-а-а!
— Слышал, тут есть кто-то с синдромом восьмиклассника, пришел поглядеть.
— Пришел по рекомендации, это та самая группа, где вокалиста с синдромом восьмиклассника в терминальной стадии отправили в медпункт?
Стрим начался. На квадратном экране первым делом появилось лицо Вэнь Юйфу — сдержанное и сосредоточенное.
Вэнь Юйфу поправил очки:
— Всем привет, я менеджер «Л&Г» Фостер.
Имя Фостер произошло от английского «caregiver» — заботящийся.
Он был подобен ответственному «папочке», к тому же являясь единственным нормальным человеком в группе.
Он улыбнулся:
— Иметь возможность участвовать в конкурсе — большая честь для нас. Согласно регламенту, мы будем проводить стримы во время открытых репетиций…
— Погоди.
Чу Цзяня уже развернул ноты и настраивал синтезатор. Полностью погруженный в процесс, он бесцеремонно прервал его:
— Фостер, если ты продолжишь нести эту вежливую, бессмысленную официальную чушь, я не буду в этом участвовать.
Вэнь Юйфу за секунду сменил мягкость на гнев, обернулся и рявкнул:
— Повежливее! Чу Цзяня! Пока я не переключил камеру на тебя, ни одного слова с этим твоим синдромом восьмиклассника!
Чу Цзяня: «……»
Глава 4
Камера повернулась к юношам в репетиционном зале.
В задней части помещения во всю стену тянулось зеркало, стены были обиты звукопоглощающим материалом, а яркие лампы на потолке светили куда приятнее, чем безумные прожекторы на сцене.
Благодаря съемке с мобильного телефона можно было отчетливо рассмотреть фигуру каждого.
Из-за репетиции они были не в униформе «Л&Г», так что пестрые цвета рябили в глазах.
Чу Цзяня, как обычно, занимал центральную позицию.
Беловолосый юноша мельком взглянул на экран, явно заметив комментарии, и слегка приподнял бровь.
— Представлюсь, — сказал Чу Цзяня. — Я Чу Цзяня, можете звать меня Королем.
Реакция в чате была совсем не той, на которую он рассчитывал:
— О боже, слезы на глазах, этот «синдром восьмиклассника» — то, что надо!!
— Нет… слишком «по-восьмикласснически», пойду отойду… (вышел из трансляции) (вернулся в трансляцию)
— Рука дрожит, когда нажимаю на кнопку поддержки, слишком уж это… не хочу голосовать…
— Кто вообще будет голосовать! Кто проголосует, тот клоун!
— Но почему, когда я опомнился, голос уже был отдан!!!
Системное уведомление: «Поздравляем, количество фанатов +666, голосов поддержки +520».
Вэнь Юйфу: «……»
Неужели у нынешних зрителей в чате настолько идеальная жизнь, что им хочется острых ощущений?
http://bllate.org/book/34282/4224552
Готово:
