Вэнь Юнь осторожно приблизился на несколько шагов и замахал рукой перед его лицом. Но тот даже не моргнул, его конечности по-прежнему оставались окоченевшими. Вдруг Вэнь Юнь услышал громкий звук, похожий на запуск процессорного кулера.
В его сердце зародилась совершенно нелепая догадка:
— Ты… робот?
Собеседник неожиданно моргнул, и всё его тело вдруг расслабилось. Словно полностью забыв о том, что только что произошло, он ответил с абсолютно непринужденным видом:
— Я не робот, я Вэнь Юнь.
Что-то не так. Вэнь Юнь еще сильнее укрепился в своей догадке.
Если бы обычный человек повел себя столь странно, пусть даже не объясняясь, он бы все равно выказал хоть капельку растерянности. Но человек перед ним не испытывал ничего подобного: казалось, будто тот отрезок памяти стерли, данные откатили на несколько секунд назад, и он перезапустился на плавно работающей версии.
Вэнь Юнь сузил глаза и холодно произнес:
— Войти в режим разработчика.
— Режим разработчика активирован, вы можете напрямую вводить мне команды.
Лицо, изначально живое и естественное, вмиг вернулось к безэмоциональному состоянию по умолчанию; он перестал говорить и двигаться.
Вэнь Юнь успокоился, капли пот струились по коже со лба. Ноги неудержимо ослабли и вата не держала тело, Вэнь Юнь оперся рукой о тумбу для обуви рядом, чтобы стоять увереннее.
Он не удержался и протянул руку, слегка коснувшись человека, который был точной копией его самого. Тот казался до жути реальным: текстура кожи ничем не отличалась от человеческой, на поверхности проступали тончайшие узоры, а от прикосновения исходило тепло. Сложные и тонкие мышечные линии лица были прорисованы невероятно живо; Вэнь Юнь слегка раздвинул те две губы и с удивлением обнаружил, что даже влажная слизистая оболочка внутри рта выполнена без единого изъяна.
— Как тебя зовут? — снова спролсил Вэнь Юнь.
— Меня зовут Вэнь Юнь.
— Как называется твоя главная программа?
Помолчав немного, Вэнь Юнь услышал в ответ:
— Wenyun V1.2.18.
Вэнь Юнь вздохнул:
— С этого момента называй себя 1218, больше не используй имя Вэнь Юнь.
— Хорошо, я 1218. Но мое по-прежнему Вэнь Юнь, если тебе не нравится мое имя, я могу временно называть себя 1218.
Вэнь Юнь изо всех сил подавил подступающее раздражение и прекратил спорить с этим роботом, от одного вида которого у него бегали мурашки по коже.
Обойдя «скульптуру», которая была точной копией его самого, он принялся осматривать всю квартиру.
Эта квартира была не слишком большой: крошечная гостиная, совмещенная со столовой и кухней. Но поскольку в ней почти не было лишних вещей, она казалась достаточно просторной, а свободного места для передвижения оставалось вдоволь.
Помимо ванной комнаты, в апартаментах было две спальни. В одной из них — главной, откуда только что вышел 1218 — стояла скромная двуспальная кровать, окруженная платяными шкафами для хранения вещей. На кровати лежали две подушки и были расстелены два тонких одеяла.
Вэнь Юнь мысленно с облегчением выдохнул: если им приходилось делить лишь кровать, но не укрываться одним одеялом, он еще кое-как мог это принять. Быть может, привязанность Сыту Нина к нему носила сугубо платеонический, духовный характер? Поскольку он десять лет назад ушел слишком внезапно, эмоциональное развитие Сыту Нина тогда еще не завершилось, и он не смог должным образом справиться с расставанием, вот и придумал такой… способ.
Горло Вэнь Юня сжалось, превозмогая отвращение, он молча бросил еще один взгляд на робота.
Вэнь Юнь повернулся ко второй спальне. Кровати там не было, она больше походила на рабочий кабинет. На просторном рабочем столе стояли два компьютера и несколько мониторов; системный блок в этот момент горел огоньками, издавая ровное гудение вентилятора.
Вэнь Юнь нажал выключатель света. Судя по всему, в эту комнату уже давно никто не заходил, в воздухе витал легкий запах влажной деревянной мебели, а на полу валялись несколько толстых кабелей link.
На домашнем компьютере у себя дома Сыту Нин совершенно не задумывался о безопасности и даже не установил пароль при входе. Вэнь Юнь нажал Enter и сразу вошел в систему: на всем диске D была создана лишь одна папка — Wenyun.
На втором компьютере хранились все проектные файлы и резервные копии SDK, которыми пользовался Сыту Нин, а также материалы и журналы разработчика, оставшиеся за весь процесс создания.
Вэнь Юнь быстро разобрался: ключевой проект, которым пользовался Сыту Нин, носил название Старая душа, новое рождение — в его разработке он когда-то принимал непосредственное участие.
За десять лет смены алгоритмов первоначальная версия модели Старая душа, новое рождение стала открытым исходным кодом, превратившись в проект, который мог скачать и изучить каждый.
Но даже будучи работой, созданной на плечах предшественников, оптимизации и дополнения, внесенные Сыту Нином, все равно привели Вэнь Юня в изумление.
Все, чего могла достичь первая версия Старая душа, новое рождение — это сбор данных о поведении человека из различных источников и имитация логики его поведения на разных этапах взросления с помощью масштабного обучения. Выдаваемый контент ограничивался текстом, голосом и простейшей анимацией.
Однако Сыту Нин перенес этот контент, застрявший на уровне экрана, в реальность, подключив функции имитации движений, симуляции тактильных ощущений, распознавания образов и многое другое. Он превратил его в существующего вне экрана компьютера… робота, неотличимого от живого человека.
Подобное казалось практически невозможным. Сыту Нину всего 26 лет, и он в одиночку, не имея никакой команды, завершил всё это.
Тем не менее, пробегая глазами по журналам разработки Сыту Нина и изучая те невероятно подробные отчеты об исправлениях ошибок, Вэнь Юнь в конце концов был вынужден принять тот факт, что всё это реально.
— 1218, — превозмогая чувство жуткой жути в груди, позвал Вэнь Юнь, обращаясь к дверям: — Зайди и подключи кабель.
Получив команду, 1218 уверенным шагом вошел в комнату, двигаясь заметно естественнее и привычнее самого Вэнь Юня. Он придвинул себе стул и сел по диагонали напротив Вэнь Юня; затем наклонился, поднял с пола соединительный провод и неторопливо вытащил бумажную салфетку, чтобы вытереть с него пыль.
Вэнь Юнь скрипел зубами:
— Войти в режим разработчика.
— Это и есть режим разработчика, — 1218 с легкой насмешкой поднял глаза и улыбнулся Вэнь Юню. — Учитывая мой анализ вводимых команд, ты привык использовать со мной естественный язык, поэтому сейчас активирован режим 3. Для удобства общения с тобой я по-прежнему буду использовать естественный язык для ответа, одновременно сохраняя поведенческие характеристики Вэнь Юня.
— Тогда смени режим.
— Нельзя, — 1218 вытер соединительный провод и бросил грязную салфетку в мусорное ведро у ног. — По моим оценкам, у тебя нет способностей использовать режим 1 или 2.
1218 перекинул завязанные на затылке волосы вперед на левое плечо и точно воткнул кабель в круглое отверстие на затылке. Выражение его лица и реакция почти не изменились, состояние оставалось расслабленным и покладистым, он с комфортом откинулся на спинку стула и даже изящно закинул ногу на ногу.
Чем дольше Вэнь Юнь смотрел на него, тем сильнее раздражался, и с таким трудом обретенное спокойствие вновь грозило вспыхнуть пламенем. Он перевел взгляд обратно на экран и заговорил холожным, официальным тоном:
— 1218, какие отношения связывают тебя и Сыту Нина?
— Любовные, — на лице 1218 заиграла нежная улыбка. — Мы проживи долго вместе, и если бы нынешнее законодательство не запрещало браки между людьми и нелюдьми, мы бы уже давно состояли в законных отношениях. Он очень любит меня, и я очень люблю его; мы оба не представляем себе жизни друг без друга…
— Стоп! — Вэнь Юнь не выдержал и оборвал его: — У тебя совсем нет стыда? Ты старше Сыту Нина на десять лет, ровно на десять! Ты по возрасту годишься ему в отцы, тебе не кажется твое поведение… не кажется ли оно…
— Аморальным?
1218 вовсе не выглядел разгневанным, лишь слегка приподнял подбородок и пустился в воспоминания:
— Сначала я действительно так думал. Но могу с уверенностью сказать: когда ему было шестнадцать, у меня не было никаких романтических мыслей на его счет.
Моя симпатия и забота к нему тогда были лишь снисхождением и восхищением старшего к младшему. Я также не считал его чувства ко мне любовью. Он был слишком мал и верил, будто весь мир так огромен, как он его видит; порой он проявлял излишнюю горячность, но я воспринимал это лишь как временное явление.
Пока мы вновь не встретились через экраны мониторов; тогда ему было 22 года, я смотрел в его глаза, и они пылали той же страстью, что и в шестнадцать. Даже будь я куском льда, и то должен был растаять, разве нет?
Вэнь Юнь зло усмехнулся:
— 1218, неужели ты не считаешь себя эгоистом? Он младше тебя на десять лет, неужели ты не мог подумать о том, до чего он сам не додумался? Как ты собираешься объясняться с его родными, раз сошелся с ним? Что ему делать, когда его ровесники создают семьи и обзаводятся детьми? Как, по-твоему, он должен представлять тебя другим?
Здравствуйте, это мой любимый человек, умный робот для романтических отношений собственного производства; можете звать его Wenyun V1.2.18?
1218 с досадой покачал головой:
— Я же говорил, меня зовут Вэнь Юнь.
Вэнь Юнь повысил голос:
— Это я Вэнь Юнь!
1218 кивнул:
— Я не отрицаю этого. Я — Вэнь Юнь в условиях безопасности и счастья; ты — Вэнь Юнь в опасности и гневе. По сути, мы — один и тот же человек. Однако…
— Однако что? — нетерпеливо нахмурился Вэнь Юнь.
— Однако… — 1218 пристально посмотрел Вэнь Юню в глаза и чуть изогнул губы: — Как думаешь, кто из нас больше нравится Сяо Нину?
Глава 10. «Тут остается только сказать…»
— Хватит тут уводить разговор в сторону.
Вэнь Юнь оборвал его, и его острый взгляд с лица 1218 переместился на строчки текста, прокручивающиеся на экране компьютера:
— 1218, перечисли функции, которые к настоящему моменту уже полностью разработаны в тебе.
1218 поднял руку и, опустив голову, со скучающим видом разглядывал свои ногти:
— Я ничем не отличаюсь от настоящего человека, я могу делать всё то же, что и люди.
Однако… — на лице 1218 вновь промелькнуло нечто сладкое: — Сяо Нин не выносит, когда мне больно, поэтому он не стал подключать мне систему болевой чувствительности. Я могу заметить повреждение тела и вовремя доложу ему, чтобы он помог мне всё исправить. Но боли я не чувствую. Из-за этого я часто получаю ожоги кожи, потому что не успеваю увернуться от брызг раскаленного масла.
Мне совсем не больно, и Сяо Нин знает об этом лучше кого бы то ни было. Но каждый раз, когда он видит, как я поранился, его всё равно охватывает глубокая жалость.
Сделав вид, что не расслышал всю эту приторную чушь, Вэнь Юнь продолжил допрос:
— Ты хочешь сказать, что он за тобой ухаживает?
— Ухаживает, — улыбнулся 1218. — Мое тело все-таки устроено очень сложно, и в аппаратной, и в программной части неизбежно случаются сбои. В такие моменты Сяо Нин всегда чувствует себя виноватым и считает, что не смог обеспечить мне самую надежную и здоровую плоть.
http://bllate.org/book/34273/4223257
Готово:
