Он специально сделал крюк и заглянул в академию в Городе Байюй, где угрозами и уговорами вытрепал у старейшины целую стопку классических и исторических трактатов.
Конечно, можно было купить новые, но беда в том, что тамошний Юй-эр с первого взгляда казался человеком, которого не так-то просто провести. Если бы Бай Яньчуань притащил домой новенькие книги, его наверняка раскусили бы, еще до того как он успел сунуть их им в руки. Поразмыслив так и эдак, Бай Яньчуань напрямик отправился в академию за готовыми старыми фолиантами.
Помимо целого ящика потрепанной макулатуры, на этот раз на обратном пути с горы Бай Яньчуань приготовил для Бай Юя одежду на все четыре сезона. Чтобы не проколоться, он даже нарочно позвал на гору портного — каждую мелочь он обставил как положено.
Напоследок он заявился в дом к каким-то молодоженам, одолжил у них несколько старых иероглифов радости и наклеил на стены собственного двора.
Цяо Да и Цяо Эр бегали за ним целый день, а под конец, глядя, как он лепит на стены поблекшие бумажки, недоумевали:
— Главарь, зачем мы это делаем? Если уж клеить, почему не взять новые? У этих и краска выцвела, и вид неказистый.
Бай Яньчуань отвесил Цяо Эру подзатыльник:
— Чде вы понимаете, это называется выдать фальшивку за чистую монету! Не верю я, что он посмеет в чем-то меня заподозрить!
Затевая этот спектакль с обманом, Бай Яньчуань изначально не собирался вкладывать в него слишком много сил. Раз уж этот человек все равно ничего не помнит, он рассчитывал просто нести всякую чушь и как-нибудь выкрутиться. Свои байки он сочинял на ходу, совершенно не задумываясь о том, есть ли в них хоть капля логики, не вызовут ли они подозрений и что делать, если правда всплывет наружу.
Причина была проста: ему было глубоко плевать. Если красавец согласится остаться с ним по доброй воле — прекрасно, лучше и быть не может.
А если нет — ничего страшного, раз уж человек попал к нему в руки, убежать ему все равно некуда. Что с того, если Бай Яньчуань продержит его в заточении лет десять-двадцать, насильно удерживая на горе и делая с ним все, что вздумается? Сам он всего лишь изнеженный хрупкий господин: хоть кричи — никто не услышит, хоть моли о помощи — никто не ответит, какую бурю он вообще способен поднять?
Это было надменное и пренебрежительное отношение — точно так же ребенок обращается с понравившейся игрушкой. Удалось купить за деньги — отлично, нет — тоже не беда, можно и силой отнять. То, что оказалось в руках, принадлежит тебе, а что по этому поводу думает сама игрушка — разве кого-то волнует мнение какой-то вещи?
Но когда он действительно сделал эту игрушку своей, у Бай Яньчуаня внезапно проснулись новые ощущения.
Глядя, как она говорит, двигается и на все реагирует, он ощутил нечто вроде азарта.
Конечно, Бай Яньчуань знал, что красавец в нем сомневается. Изначально ему должно было быть наплевать на эти подозрения, но стоило тому одарить его столь пытливым взглядом, как Бай Яньчуань почему-то начал придавать им значение. Особенно когда с губ Бай Юя слетало: ты просто врешь мне, — ему безумно хотелось лишь одно: тут же возразить в ответ.
Бай Яньчуаню хотелось, чтобы его игрушка была чуточку живее. В конце концов, тот был до того хорош собой, что ему прощались даже маленькие капризы. Бай Яньчуань был не против повозиться с ним подольше: снаружи все равно творился хаос и идти ему было некуда, а ублажение красавца на горе сойдет за неплохое развлечение.
В тот момент славный главарь Бай еще понятия не имел, какую цену ему придется заплатить за свое легкомыслие!
Глава 10
Загнанный на кобылу заурядности Бай Яньчуань теперь мог лишь разделять с красавцем трехразовый прием смертельно горького лекарства. После каждого такого зелья цвет лица Бай Юя и впрямь становился все лучше и лучше: если раньше у него при попытке встать с постели дрожали ноги и он едва держался на ногах, то теперь он уже спокойно расхаживал по комнате и даже мог постоять у окна, глядя на пейзаж.
Если бы не дожди, зарядившие в последние дни, из-за чего погода сделалась совсем промозглой, Бай Юй непременно вышел бы наружу глотнуть свежего воздуха.
Впрочем, беда невелика. При таких темпах восстановления он очень скоро сможет выходить на улицу, чтобы оглядеться по сторонам и отыскать побольше зацепок, подтверждающих, правду ли говорил этот человек.
Что же до самого Бай Яньчуаня...
После того как прославленный главарь ухнул внутрь себя несколько мисок отвара, его не только бросало во все более нестерпимый жар — так что даже в лютый холод он ходил в одной исподней, — но и обсыпало крупными болезненными волдырями, которые жгло огнем.
На это было поистине уморительно смотреть.
На самом деле Бай Юй уже давно перестал сомневаться в целебности снадобья: порция за порцией, лекарство определенно шло его организму на пользу, в этом не было никаких сомнений. Чего стоил хотя бы тот факт, что некий человек ежедневно пил его за компанию — при таком раскладе подвох исключался вовсе.
По идее, на этом стоило бы и остановиться, но каждый раз, глядя на то, с каким выражением обреченности Бай Яньчуань подносит к губам пиалу, Бай Юй находил это забавным и не отказывал себе в удовольствии понаблюдать подольше.
Так забавно наблюдать за этим вошло у него в привычку, что даже когда отпала необходимость пить по полпиалы за компанию, стоило Бай Юю приняться за лекарство, как этот человек, если оказывался рядом, неизменно норовил сперва сделать глоток сам. Привычки укореняются именно так.
Поправившись за добрых полмесяца, небо наконец прояснилось, и, заметив, что самочувствие пришло в норму, Бай Юй воспользовался отсутствием Бай Яньчуаня, чтобы самостоятельно толкнуть дверь и выйти наружу.
Это был первый раз, когда он покинул комнату после пробуждения.
Оглядев незнакомую обстановку, Бай Юй слегка нахмурился. Он не находил здесь ничего привычного, и у него не возникало ни малейшего ощущения, что когда-то ему доводилось жить в этом месте.
Убранство двора было грубым и совершенно не изысканным: кое-где небрежно валялись обрубки бревен, служившие сиденьями, да росло дерево с почти облетевшей листвой. Бай Юй даже не смог определить его породу — то ли листья опали до срока, то ли дерево засохло и умерло окончательно. Во всяком случае, от всего этого веяло запустением.
Миновав луковую арку и двинувшись по выложенной кирпичом тропинке к выходу, он повстречал пару слуг. Завидев его, те тотчас забросили работу и почтительно окликнули его молодой госпожой — так, словно он хаживал здесь каждый день и слуги привыкли приветствовать его подобным образом.
Бай Юй пропустил это мимо ушей, а когда кто-то попытался услужливо составить ему компанию, отмахнулся и отослал назойливого помощника.
Ему просто хотелось осмотреться. Шагая по дорожке, он заметил на заборах и столбах галереи все еще пестревшие следы сорванных парных надписей, а в нескольких углах сиротливо висели красные фонари — очевидно, о них забыли и вовремя не сменили. Все это выглядело так, будто кто-то когда-то играл здесь свадьбу и справлял праздничный пир.
Выйдя наконец наружу, Бай Юй с удивлением осознал, что помещение, где он до этого обитал, было не более чем флигелем, предназначенным для гостей.
Если его и впрямь связывали с этим человеком близкие отношения, почему после ранения его поселили во флигеле?
Заметив впереди арку, ведущую в главный дом, Бай Юй вовремя остановился. Как раз в этот момент оттуда с метлой в руках выскочил слуга и почтительно поприветствовал его:
— Добрый день, молодая госпожа.
Бай Юй лишь коротко бросил:
— Сюда мне можно заходить?
— Молодая госпожа шутит, — на лице слуги отразился испуг. — Это же ваш дом, молодая госпожа везде может ходить!
— Действительно можно?
— Странно ты спрашиваешь, Юй-эр. — К счастью, вовремя подоспевший человек избавил слугу от неловкости. Встав рядом с Бай Юем, Бай Яньчуань с той же улыбкой уставился на ворота двора и повторил слова слуги: — Это твой дом, почему же нельзя?
Бай Юй бросил на него косой взгляд, не проронив ни слова и не сдвинувшись с места.
Бай Яньчуань тяжело вздохнул:
— Я так и знал, что ты спросишь.
Он, судя по всему, собирался приобнять Бай Юя за плечи, но, перехватив его взгляд, был вынужден опустить протянутую руку и сделать вид, что просто поправляет рукав, после чего принялся объяснять:
— Восточный флигель — это то место, где ты жил раньше.
Бай Юй взглядом дал понять, чтобы тот продолжал.
— Помнишь, я говорил тебе? Тогда ты разозлился на меня и съехал из главного дома, упрямо потребовав спать в разных комнатах. Я говорил, что в этом нет нужды и я могу устроиться в кабинете, но тебе так не хотелось меня видеть, что ты наперекор всему сам перебрался в Восточный флигель. — Объяснение Бай Яньчуаня звучало безупречно до последней детали: — На этот раз вышло то же самое. Откуда мне было знать, что ты потерял память? Пришлось устраивать тебя в Восточном флигеле, иначе, очнись ты в моей спальне, ты бы снова устроил скандал. Знай я заранее, что ты ничего не помшь, я бы наверняка...
Он вовремя прикусил язык. Хотя вслух он ничего не добавил, Бай Юй прекрасно понял смысл недомолвки.
Знай этот гад о его амнезии заранее, он бы точно сотворил какую-нибудь гадость!
— Пойдем, я покажу тебе все. Глядишь, привычная обстановка — и что-нибудь вспомнится, — Бай Яньчуань взял на себя роль проводника.
Только тогда Бай Юй последовал за ним.
Толкнув дверь в главные покои, Бай Яньчуань с показной гордостью хотел продемонстрировать красавцу свои старания, но не тут-то было: Бай Юй даже не заглянул туда и вместо этого сам распахнул дверь в соседний кабинет, направляясь прямо туда.
— Юй-эр, подожди меня!
Бай Яньчуань тут же сел ему на хвост.
Убранство кабинета оказалось куда более утонченным: книжные полки ломились от собраний сочинений самых разных жанров. Четыре книги и пять канонов, труды философов и исторические хроники — каждый томик стоял на своем месте, аккуратно расставленный заботливой рукой хозяина. Совсем не то жалкое подобие Луньюя, что попадалось ему в Восточном флигеле. Некоторые книги выглядели довольно старыми, а при их раскрытии на полях обнаруживались аккуратные пометки — записи, сделанные после прочтения. Подобное невозможно было подделать наспех за пару дней.
Правда, на одной из полок в самом центре обнаружился странный ряд книг. Когда Бай Юй протянул руку, чтобы взять одну из них, дорогу ему преградили. С легким смущением на лице Бай Яньчуань произнес:
— Эту лучше не смотреть.
Там, где царила такая таинственность, наверняка крылся подвох. Настояв на своем, Бай Юй оттолкнул его и наугад вытащил первый попавшийся томик. Едва его взору предстали две сплетенные человеческие фигуры, лицо его переменилось, и он швырнул книгу обратно в объятия Бай Яньчуаня:
— Как подобная дрянь может находиться в кабинете?!
Бай Яньчуань принял крайне невинный вид:
— Моя вещь. Кабинет ведь не только твой, мои книги тоже должны где-то храниться.
— Ты! — Бай Юй хотел было выругаться, но нужных слов не нашлось, и он лишь приказал: — Убрать с глаз долой, выбросить вон!
— Ладно-ладно, как скажешь, завтра же выброшу, — отмахнулся Бай Яньчуань, явно и не думая следовать указанию.
— Эти сочинения тоже мои? — заметив на другом краю полки аккуратные стопки бумаг, Бай Юй с любопытством протянул к ним руку.
Пролистав пару листов, он почувствовал неладное:
— И это написал я?
Пусть он и не помнил прошлого, но сомневался, что способен изрыгнуть столь поверхностную мазню. Вся статья целиком выглядела сносно разве что в самом начале, а дальше шла сплошная невнятная солянка из разношерстных мыслей и хромающей логики. Бай Юй ни за что не поверил бы, что подобное могло выйти из-под его пера.
Заметив, как тот хмурит брови, Бай Яньчуань прислонился к книжному шкафу и рассмеялся:
— Вот уж поистине — даже лишившись памяти, ты ничуть не изменил своего мнения об этих сопляках. Вернись ты к ним в таком виде, они бы ни за миг не усомнились в том, что ты потерял память. Юй-эр, ты предъявляешь к ним слишком суровые требования, по-моему, все это написано очень даже неплохо.
— Это ученические работы, — скрестив руки на груди и чуть приподняв подбородок, пояснил Бай Яньчуань. — То, что у тебя в руках — свежие, а вон за тем шкафом стоит целый сундучок со старыми за прошлые годы. Эти сопляки вечно не справляются с домашкой, и каждый раз ты бесился, глядя на их каракули, но при этом дорожил ими пуще глаза и никогда не позволял мне прикасаться к ним. Хочешь заглянуть внутрь?
http://bllate.org/book/34264/4221895
Готово:
