В конце концов, они и раньше видывали немало красавиц, но таких двоих — поистине никогда.
Тот самый трактирный слуга, что только что подавал вино, первым направился к Гу И, желая протянуть руку и коснуться его лица. На его физиономии застыла нескрываемая похоть.
Остальные, видя, что товарищ уже пошел, тоже приготовились подступить ближе.
Однако не успела рука слуги коснуться Гу Цинчэна, как раздался отчаянный вопль: Гу Цинчэн без лишних церемоний пнул его так сильно, что того отбросило на пять метров назад и впечатало в противоположную колонну.
Заметив, что эти двое не потеряли сознание от дурмана, остальные сперва испугались, но тут же взяли себя в руки.
Потому что они находились на собственной территории, и чего, по их мнению, эти двое могли добиться?
Кто-то только собрался что-то произнести, как к его горлу внезапно приставили меч. Оглянувшись, бедняга понял, что уже схвачен скрытым убийцей по жизненно важным точкам.
То же самое произошло и с остальными: их со всех сторон окружили Теневые стражи из Резиденции регента и Резиденции наследного принца.
А Сюй Яньцзинь и Гу Цинчэн тем временем тихонько засияли от предвкушения.
Сами они друг друга в этот момент не видели, зато их Теневые стражи — видели всё.
Стража Резиденции наследного принца: Твою мать! Что на этот раз удумал наследный принц? У меня аж по спине мурашки побежали.
Стража Резиденции регента: Видеть, как наш господин строит такие рожицы, — у меня просто кожа мурашками покрывается.
Глава 3. Чжао Сань
Успокоившись и приняв надлежащий вид, Сюй Яньцзинь взглянул на Гу Цинчэна:
— Этот человек, похоже, у них за главного. Я отведу его в сторонку, чтобы допросить.
С этими словами он указал на того самого типа, который только что пытался облапать лицо Гу Цинчэна — того самого, что самым первым схватил Гу И за руку.
Гу Цинчэн проследил взглядом за его пальцем, невидяще прищурил глаза, а затем с лучезарной улыбкой произнес:
— Раз так, то этого человека я полностью доверяю Маленькому императорскому дяде. Надеюсь, Маленький императорский дядя позаботится о нем как следует.
Произнося это, он выглядел донельзя чистым и невинным — казалось, он творит сущую мелочь, а вовсе не какое-то жестокое и безжалостное дело.
Бандиты сначала было хотели сказать что-нибудь грозное, чтобы напугать гостей, но от обращения Маленький императорский дядя у них просто отвалились челюсти!
Маленький императорский дядя! Императорский! Твою мать, на этот раз они и впрямь связались с небожителями высочайшего полета, это же сама императорская родня…
Некоторые Теневые стражи из Резиденции регента, стоявшие неподалеку, уже собирались было что-то сказать в ответ на слова Гу Цинчэна, но Чоу И и остальные вовремя дернули их за рукава.
Чоу И: Жить надоело — рта не раскрывай.
Хотя все вокруг пребывали в полном ступоре, возражать никто не посмел, послушно проглотив слова.
Ведь они хотели сказать, что их господин больше всего на свете терпеть не может, когда кто-то комментирует его намерения…
Предыдущего смельчака, позволившего себе подобное, кажется, уже давно отправили на перерождение.
Под всеобщими взглядами Сюй Яньцзинь кивнул:
— Хорошо, как скажешь. Всё будет так, как ты пожелаешь.
Ничего не понимающие Теневые стражи — ни из Резиденции наследного принца, ни из Резиденции регента — были полностью ошеломлены.
Твою мать?!
Что здесь вообще происходит!
Разве регент у нас такой сговорчивый?
Неужели все слухи — ложь?
……
(Это были мысли Теневых стражей Резиденции наследного принца.)
！！！！
Это точно наш господин? Его что, злой дух одержал?!
Нет, это не он, не он… (занимается самовнушением).
Ха-ха, должно быть, я сегодня не с той ноги встал.
……
Сюй Яньцзинь перевел взгляд на Чоу И и Чоу Эр:
— Вы двое останетесь здесь охранять его. Смотрите, чтобы с его головы не упал волос, иначе… Хэ. Лишу вас жалованья за месяц и еще раз отлупчу!
При виде его взгляда у обоих аж лица позеленели. Ну надо же, этот негодяй бьет точно в самое больное место!
Мысли обоих: Сюй Янь! Ну погоди у нас! Рано или поздно мы устроим тебе знатную пакость! Раз нам не жить спокойно, то и тебе жизнь медом не покажется! Давай, потопим друг друга.
Как только Сюй Яньцзинь увел пленного, Гу Цинчэн мгновенно стер с лица свою приторную улыбку.
Он обернулся к поверженным и стоящим на коленях бандитам, и на его губах снова заиграла улыбка, вот только в глазах не было ни капли тепла.
Теневые стражи Восточного Дворца мысленно вознесли этим разбойникам поминальную палочку: вы, конечно, не стоите жалости, но раз уж угодили в лапы к нашему высочеству — вас действительно можно только оплакивать.
Чоу И и Чоу Эр: Тц-тц-тц, не зря он сошелся с этим псом Сюй Янем, стоят друг друга.
Гу медленной походкой подошел к одному из бандитов и знаком велел стражам отпустить его.
Тот немедленно послушался. Стоило разбойнику обрести свободу, как он свирепо бросился на Гу И, но не успел преодолеть и пары цуней, как получил мощнейший пинок под дых и отлетел прочь.
Чоу И и остальные даже не шелохнулись — да разве для такого пустяка требовалось их вмешательство?
Было бы странно, если бы Гу Цинчэн не владел никакими боевыми искусствами! Неужели ради такой мелочи им пришлось бы марать руки?!
И правда! Сюй Янь просто страдает излишней опекой!
Гу Цинчэн бросил взгляд на отлетевшего человека, а затем опустил глаза на собственную ногу, которой только что ударил:
— Во всем виноват ты. Пиная тебя, я даже ногу отбил. Пожалуй, пойду пожалуюсь Маленькому императорскому дяде.
Избитый бандит: ……?
Теневые стражи: Ну и бесстыдство же у вас!
Улыбаясь, Гу Цинчэн подошел к скорчившемуся человеку и велел снова прижать его к полу:
— Я бью легко, но если тебе больно — только скажи.
С этими словами он поднес кинжал прямо к его глазам, и не успело пройти много времени, как целые человеческие зрачки полетели на землю, брошенные рукой Гу И.
Гу Цинчэн участливо заглянул ему в лицо:
— Ну как? Ты в порядке?
Он говорил с таким искренним, живым участием, что посторонний человек ни за что на свете не догадался бы, что это он только что собственноручно вырвал бедняге глаза.
Бандит жалко сжался в комок на полу, обеими руками намертво зажав глазницы, а его лицо побелело от жуткой боли…
Однако Гу Цинчэн вовсе не собирался так просто отпускать его. Он протянул руку, сжал челюсти пленника, насильно заставив его разинуть рот, и засунул окровавленный глаз прямо внутрь.
Гу И невинно улыбнулся:
— Ну как? Разве ты не рад, что я вернул твои глаза на место?
Чоу И и остальные отвели глаза: Тьфу… Какая гадость.
──
Сюй Яньцзинь медленно, шаг за шагом, наступал каблуком на пальцы Чжао Саня, и от каждого движения отчетливо слышался хрупкий хруст ломающихся костей:
— Что? Больно?
Чжао Сань поднял побледневшее лицо, искаженное судорогой боли и нескрываемой ненависти:
— Ты… неужели тебе совсем не хочется узнать, кто… мой главарь?
http://bllate.org/book/34257/4220710
Готово:
