Взгляд его был невероятно пронзительным, и атмосфера вокруг него мгновенно стала опасной.
Он почти совсем не походил на того, кто только что стоял перед ним.
Когда Белл толкнул дверь и вошел, трансляция уже давно закончилась, но он лишь бегло взглянул на экран и сразу понял, на какую трансляцию только что смотрело высочество.
— Если высочество скучает по генерал-полковнику, то, как только вы получите свой собственный Звездный Мозг, сможете связаться с ним…
Начиная с сегодняшнего дня, выпуски будут ежедневными! Спасибо, что заставили вас так долго ждать! Т_Т
Примерно потому, что во время периода наблюдения результаты медицинских осмотров Мэн Ичжоу были неизменно превосходными, а ежедневные показатели здоровья держались в пределах нормы, специалисты окончательно убедились, что с Мэн Ичжоу больше нет никаких проблем.
На третьей неделе пребывания в этом странном мире его выписали из больницы.
Перед выпиской Мэн Ичжоу провел публичную трансляцию на всю Столичную планету.
Суть трансляции сводилась к тому, чтобы сообщить о своем благополучии — главным образом для того, чтобы те насекомые, которые все это время следили за его состоянием, узнали: он прекрасно себя чувствует и уже выписался, так что им больше не о чем беспокоиться.
Конечно, сам Мэн Ичжоу даже не подозревал, что его нервозное поведение в тот день попало прямо в сердечки наблюдавших за эфиром самок насекомых и суб-самок!
Перед камерой взгляд Мэн Ичжоу блуждал, ресницы были опущены, а в голосе слышалось едва заметное дрожание. Тем не менее было очевидно, что моральное состояние маленького самца заметно улучшилось по сравнению с тем моментом, когда его только обнаружили, и зрители чувствовали искреннее облегчение.
— Здравствуйте… Сп-спасибо вам за заботу, мне уже, уже намного лучше.
Мэн Ичжоу боялся, что его акцент все еще недостаточно правилен, поэтому подбирал самые простые слова, а говорил несколько невнятно. Слабое дыхание улавливалось микрофоном, закрепленным у его губ.
А в невидимой для него части экрана поток комментариев едва не затопил Мэн Ичжоу.
— А-а-а, голос высочества такой милый!!
— Посмотрите! Руки! Руки маленького высочества!!
— Ха-ха-ха, увидел, и что же делать, он выглядит таким напуганным! Я только что приблизил картинку, его пальцы и правда слегка дрожат!!
— Все-таки я считаю, что не стоит устраивать всю эту показуху, господин Чжоу явно чувствует себя не в своей тарелке. Неужели Ассоциация самцов именно так защищает маленьких самцов?!
— Он такой застенчивый!! Я в восторге! О-о-о!! Когда же высочество Чжоу наконец повзрослеет? Даже если не удастся стать Главным супругом, пробиться в Младшие супруги — тоже неплохой вариант! [Уже занимаю очередь]
— Мечтай больше, те, кто выше, говорят, в этом году экзамен на статус Младшего супруга сдать еще сложнее, чем в прошлом, возможно, даже на подачу заявки пробиться не удастся [Закатывает глаза]
— А в какой год его было легко сдать? Миллионы насекомых подают заявки, а отбирают всего несколько особей!!
— Высочество Чжоу снова покраснел!!! Он такой послушный малыш читает книги на СВХ!!
— Ваше высочество, поцелуйчик, поцелуйчик, поцелуйчик!!
— А-а-а, помедленнее прокручивайте, не закрывайте мне лицо высочества Чжоу!!
Перед камерой Мэн Ичжоу вел себя крайне скованно. Отвечавшая за съемку суб-самочка быстро заметила состояние самца и решила разрядить неловкую атмосферу, задав еще несколько стандартных вопросов.
За вопросами и ответами эта так называемая трансляция о благополучии быстро подошла к концу. Мэн Ичжоу с облегчением выдохнул и, вспомнив, как только что выглядел, с беспокойством спросил сотрудников, наводивших порядок на площадке:
— Я… я ведь только что вел себя ужасно, да?
Так неуверенно прозвучал вопрос маленького самца.
Этот робкий вид мгновенно покорил сердца всех присутствующих насекомых.
Конечно, он понятия не имел, что камера в тот момент еще не до конца отключилась, а комментарии в трансляции взлетели на воздух — об этом Мэн Ичжоу оставалось только догадываться. Он лишь услышал, как собравшиеся перед ним люди практически в один голос ответили:
— Ну что вы!
— Ничего подобного!
— Ваше высочество держалось просто великолепно!
Мэн Ичжоу понятия не имел, что творилось в чате трансляции, он знал лишь одно: как только с этим эфиром было покончено, он сможет наконец покинуть эту больницу.
Хотя в так называемой больнице совсем не пахло дезинфицирующими средствами, ему смертельно надоело, что каждое утро и вечер его с головы до ног проверяют всевозможные приборы, а в довершение ко всему днем проводят сеансы психологического консультирования.
Этакая консультантка постоянно заводила с ним разговоры о том о сем, но поскольку он прекрасно понимал, какому ответу соответствует каждый вариант, то и отвечал строго по шаблону.
После нескольких таких дней ему наконец сообщили о выписке.
Его перевели из прежнего Сада Ухода в район под названием Дом Самцов.
Судя по карте, по своей структуре Дом Самцов напоминал жилой комплекс, но был во многом, много раз больше. Мэн Ичжоу выделили отдельный небольшой особняк в Южном десятом районе, площадь которого немного превышала больничную палату.
Вокруг царила идеальная приватность, и соседей почти не было видно.
Перед отправкой Мэн Ичжоу был наслышан, что там живут точно такие же самцы, как он сам, и его сердце одновременно трепетало от предвкушения и сжималось от страха.
Он ужасно боялся, что где-нибудь нечаянно проявит себя как самозванец и выдаст свою поддельную сущность.
Однако прежде чем ему довелось увидеть хоть одного собрата-самца, он встретился с Младшими супругами, которых ему по закону выделила Империя — говоря проще… с дюжиной толпившихся мужчин.
Мэн Ичжоу совершенно не ожидал, что Младшие супруги встанут на колени.
Но опускались на колени они с такой естественностью, да и все окружающие, точнее, те «люди», что называли себя насекомыми, выглядели так, будто в этом не было ничего необычного.
Напротив, именно изумленная реакция Мэн Ичжоу выглядела так, словно он был деревенщиной, никогда не видевшим света.
Мэн Ичжоу быстро взял себя в руки и невозмутимо велел им подняться.
Хотя выходцу с Голубой Звезды из общества всеобщего равенства было непросто с этим смириться, но, учитывая характер Мэн Ичжоу, он определенно не стал бы читать им лекции о равноправии всех живых существ.
Во-первых, проповедовать законы иного мира на далекой чужой планете было абсолютно нереализуемо, а во-вторых, Мэн Ичжоу сейчас вовсе не стремился прослыть белой вороной — он хотел лишь затеряться и скрыться.
http://bllate.org/book/34250/4219416
Готово:
