— Ты ругаешься как-то грязновато.
Собеседование на двести человек продолжалось всё последействие, и когда дошла очередь до Тань Синь, солнце уже наполовину скрылось за горизонтом.
Собеседование состояло главным образом из двух частей: перевода научной литературы и вопросов на профессиональные темы.
Как раз вовремя она пару раз пересмотрела оригиналы научных статей по тем нескольким пунктам научно-исследовательской деятельности, которые помог ей добавить Гу Цы, основные профессиональные термины отпечатались в памяти, и вдобавок к её собственной неплохой базе английского языка она блестяще перевела аннотацию.
В ходе блока с каверзными профессиональными вопросами она благодаря усердной учебе за последние несколько дней успешно произвела на интервьюеров яркое впечатление.
В системе всё-таки уютно, даже учиться можно с читами. Будь в трехмерном мире такие же читы, разве не получила бы она Нобелевскую премию?
Блок профессиональных вопросов был завершен просто великолепно.
Но интервьюеры, взглянув на ее загипсованную ногу, всё же испытывали опасения:
— Похоже, тебе не совсем удобно передвигаться.
Тань Синь невозмутимо объяснила:
— Это я недавно случайно упала, но на работу это не влияет.
— Однако проведение экспериментов во многом требует перемещений по лаборатории, а раз ты в инвалидном кресле, до некоторых реактивов даже не дотянешься.
— Поэтому я претендую не на должность лаборанта, а на должность помощника по работе с документами.
— О?
— Вы набираете двух помощников: один проводит эксперименты, другой готовит документацию. Мой выбор — документы. Во-первых, моя нога заживёт, пожалуй, только через месяц (на самом деле она боялась завалить практическую работу с экспериментами), а во-вторых, мое владение теоретическими знаниями выше навыков экспериментирования. Поэтому я лучше приспособлена к обязанностям помощника по документации.
Хорошо, что она заранее предвидела этот вопрос и набросала черновик в машине. Иначе при импровизации ей ни за что не говорить бы так плавно.
Эх, ради завоевания жены нужно не только иметь сильную академическую подготовку, но и подвешенный язык.
Гу Цы, о Гу Цы, награди-ка меня 10 очками симпатии.
Пять очков тоже сойдет, умоляю.
Тань Синь приняли на работу прямо на месте.
По сравнению со стартовой зарплатой для соискателей со степенью магистра в 7 тысяч, Тань Синь, будучи студенткой бакалавриата, получала всего 4 тысячи. Потратить половину зарплаты на наем талантливого сотрудника, способного справиться с этой должностью —
почему бы и нет?
Когда она вышла из учебного корпуса, Чжан Хуэйцянь уже ушла.
Она ведь изначально приехала в университет встретить Лу Жань, которая вела лекцию, а после ее окончания они, как будущие влюбленные, естественно, упорхнули вместе.
Тань Синь развернула инвалидное кресло и, открыв навигатор, направилась к ближайшим воротам кампуса.
Специальных инклюзивных такси для людей с ограниченными возможностями было немного, и, прождав целых восемь минут, Тань Синь наконец поймала машину. Поскольку та находилась аж в двух километрах от нее, по пути она купила у обочины жареную сосиску.
Что ни говори, а хоть система и ненадежная, виртуальное окружение прорисовано очень реалистично.
Студенты на спортивной площадке, готовящиеся к сдаче нормативов, влюбленные парочки, проезжающие на велосипедах по аллее в тени деревьев, нелегальные, но вкусные лотки у ворот университета.
А также промышляющий подставами дед.
В тот момент она как раз сладко потягивалась. Почувствовав, что сзади что-то задело ее, она резко обернулась и чуть не покинула этот прекрасный мир.
— Тут столько глаз глазеет, это ты меня толкнула, и еще отпираешься!
Седовласый старик сидел на земле и, указывая на Тань Синь, отборно ругался на чем свет стоит — голосом обладал на редкость зчным и звонким.
Тань Синь торопливо опустила потянутые руки, чувствуя, что оправдаться не сможет:
— Да я сама в инвалидном кресле, как я могла тебя толкнуть?
Дед не унимался:
— Прикрываешься тем, что ты инвалид, и выходишь мстить обществу, да ты просто отброс общества!
Тань Синь не верила собственным ушам:
— Я... ты... да ты сам отброс! С инвалидов деньги вздумал вымогать!
— Это с каких пор я вымогаю? С каких пор вымогаю? Я тебе говорю, это самые что ни на есть законные деньги на лечение. Если ты сегодня не заплатишь, я отведу тебя в полицейский участок!
Окружавшие их с десяток зевак состояли главным образом из студентов медицинского вуза или пожилых женщин, проходивших мимо по пути на занятия по народным танцам.
— Девочка, этот дед только тем и занимается, что вымогает деньги, раз уж попалась — считай, не повезло.
— Точно-точно, если не заплатишь, он потом заставит тебя проходить то одно обследование, то другое, в пятьсот юаней не уложишься.
— Старый ты хрыч, не в обиду будь сказано, как у тебя рука поднялась на девчонку в инвалидном кресле.
Хотя прохожие и критиковали деда-мошенника, положение дел таково, что поделать было нечего.
Как выразилась одна из пожилых женщин, лучше заплатить пораньше, иначе, если затянуть, поднимут гвалт насчет медицинских осмотров, и четырьмя-пятью сотнями дело не обойдется.
— Сколько ты хочешь? — попыталась уточнить Тань Синь.
Дед-мошенник растянулся на земле — ровно и прямо, как покойник:
— Семьсот.
— Семьсот?
Испытывающая нехватку финансов Тань Синь тут же подскочила на кресле, опираясь на одну ногу:
— Ты понимаешь, что такое семьсот юаней?
На семьсот юаней можно поступить в Пекинский университет.
Она подпрыгнула к деду, стоя на одной ноге:
— Хватило бы и двух-трех сотен, так тебе еще подавай семьсот, ты почему не грабишь средь бела дня!
Увидев, что она встала, старый хрыч единым махом подскочил на ноги, изрядно перепугавшись:
— Т-ты чего удумала? Еще и побить меня хочешь? Все сюда! Гляньте на это! Студентка людей бьет!
Вокруг собиралось все больше зевак: одни упрекали старика в постановочной аварии, другие, не зная сути дела, отчитывали Тань Синь.
В мгновение ока поднялся страшный галдеж. Видя, что скандал разрастается, Тань Синь поскакала обратно к креслу за телефоном (главным образом потому, что от позы цапли устала нога).
— Т-ты хочешь раздуть скандал, я сейчас же заявляю в полицию, я заставлю полицию тебя арестовать!
Словарный запас Тань Синь для ругани был ограничен, и чаще всего она использовала фразу заставлю полицию тебя арестовать.
Она прыгала на одной ноге туда-сюда, туда-сюда, как вдруг под ногой подвернулся покрытый мхом булыжник.
— Ай!
Она в четвертый раз шмякнулась в системе плашмя.
До чего же бесит, просто бесит.
Мало того, что стала жертвой подставы какого-то деда, так еще и грохнулась перед толпой с таким позором.
Паршивая система, оценка одна звезда!
Она приподнялась, опираясь на газон, но перед ней неизвестно когда остановилось инвалидное кресло.
Совсем не такое, каким пользовалась она — полностью автоматическое, с защитой от скольжения.
А сидевшая в кресле женщина в абрикосовом плаще, широких брюках и белых туфлях обладала горделивым темперартом и холодным выражением лица...
Кто же это был, если не Гу Цы?
Гу Цы протянула ей руку, показывая, что хочет помочь подняться.
Тань Синь никак не ожидала появления Гу Цы.
И тем более не ожидала, что она, всегда столь равнодушная, протянет ей руку помощи.
В носу защемило. Смахнув с рук грязь и тщательно вытерев их о плащ, Тань Синь ухватилась за нее.
Всё-таки жена — это лучше всего.
Выберется отсюда — поставит пять звезд.
Глава 14: «Хочешь понюхать?»
Появление Гу Цы оказалось неожиданным.
Однако, если подумать, в этом крылась и определенная неизбежность —
раз уж она столько возилась, а Гу Цы все не было, зачем тогда системе вообще создавать это задание?
Поднявшись, держась за эту тонкую и крепкую руку, Тань Синь встала на одну ногу, отряхнула пыль с одежды и вприпрыжку уселась обратно в кресло.
Дед-мошенник решил, что она пытается сбежать, и в один миг вскочил:
— Эй! А ну не смей убегать! Ты еще деньги не отдала!
Обретя опору в лице защитницы, Тань Синь мгновенно обрела твердость в голосе:
— Ах ты мошенник, кто тебе собирается платить!
Яростно крутанув колеса, она подъехала к Гу Цы:
— Гу Цы, он просто устраивает подставы, уходим.
Увидев, что дело принимает дурной оборот, дед бросился вперед и улегся прямо перед их инвалидными креслами:
— Никаких побегов! Какая подстава? Говорю тебе, девочка, ты молода, а языком трепать не моги! Ты меня только что сбила, и я требую денег на лечение, это мое священное право!
У Тань Синь перехватило дыхание от злости и спешки — на этот раз ситуация с подставой не входила в заготовленный ею черновик, и выпалить всё на одном дыхании, как на собеседовании, она не могла:
— Д-да ты просто негодяй!
Пилик!
Фиолетовое +10.
Фиолетовое означает презрение.
Прекрасно, прекрасно, эмоции Гу Цы раскачаны, старый хрыч, тебе конец!
Гу Цы основала две компании и повидала немало подобных инцидентов.
Строго говоря, этот дед-мошенник был наименее искушенным подлецом из всех, с кем ей доводилось сталкиваться за время ведения бизнеса.
— Деньги, значит? — холодно произнесла Гу Цы.
Подобно снежинке, опустившейся в шумный город, ее голос заставил окружающие голоса стихнуть, и все невольно уставились на нее.
Она опустила взгляд, в глазах отчетливо читалось отвращение, с каким смотрят на мусор:
— Раз ты считаешь, что она тебя толкнула, тогда я вызову полицию. Когда полиция прибудет, они запросят записи с камер у перекрестка и у входа в метро вон там — на них прекрасно видно это место. Если она действительно толкнула тебя, расходы на лечение, диагностику и восстановление я полностью беру на себя. Если же нет, я официально подам на тебя в суд за вымогательство и шантаж. В таком случае ты не просто проведешь неделю в изоляторе временного содержания, но и столкнешься с судебными исками о возмещении ущерба. Ну что? Хочешь попробовать?
Речь ее лилась плавно и размеренно, без заискивания и высокомерия, напоминая выступления адвоката, излагающего факты в зале суда, — каждое предложение опиралось на прочную правовую базу.
Слушая ее со стороны, Тань Синь выпрямила спину, превратившись в совершенно потерявший голову вид упрямого создания с надежным тылом за спиной.
Сначала дед-мошенник упрямо не желал сдаваться и, тыча пальцем в Гу Цы, взревел:
— Хватит морочить мне голову этой ерундой! Старик не из пугливых! Говорю вам, если сегодня же не заплатите, с места не сойду!
Тогда Гу Цы достала телефон:
— 110? Я хочу заявить о происшествии. Я нахожусь возле северного выхода из метро Фармацевтического университета, столкнулась с пожилым человеком, который устраивает подставу... Да, она его не задевала, он упал сам. Поблизости есть две камеры наблюдения, охватывающие место происшествия... Пять минут, говорите...
Чем больше старик слушал, тем сильнее тревожился. Он с опаской окинул взглядом Гу Цы, смутно угадывая в этой хрупкой фигуре в инвалидном кресле ауту настоящего демона-асуры. Судя по ее одежде и оснащению кресла, оно радикально отличалось от той железной конструкции с колесами, что была у девчонки, и, чего доброго, перед ним находилась топ-менеджер публичной компании.
С такими людьми лучше не связываться.
http://bllate.org/book/34245/4218743
Готово:
