Гу Чжэнцин не стал тратить время на любезности с Гу Нанем, разыгрывая партию в сотню ходов, а напрямую вскрыл его личность.
— Хватит притворяться, я знаю, что ты… — он прижал парня к стене и процедил по слогам: — Пс-об-ы-шок Гу Чисюна.
Эти слова грянули раскатом грома над ушами обоих.
Краска окончательно сошла с лица управляющего Ли, его ноги затряслись, и он едва держался на ногах.
Гу Нань опешил, его мозг за работал на предельной скорости: с одной стороны он лихорадочно выискивал бреши в разоблачении, а с другой — судорожно придумывал пути отступления.
Вот только за столь короткое время он не смог придумать ничего лучше, чем бледное и беспомощное оправдание:
— Г-гу, генеральный директор Гу, вы шутите, как я могу быть п-побочным сыном Гу Чисюна?
Гу Чжэнцин лениво приподнял бровь, ничего не ответив, а на его губах заиграла насмешливая улыбка.
Увидев это, Гу Нань сразу понял, что Гу Чжэнцин полностью уверен в его личности и любые попытки отпираться или сопротивляться бесполезны.
Перестав притворяться, он явил свое истинное лицо и глухим голосом спросил:
— Как ты меня узнал?
— Потому что… — Гу Чжэнцин растянул слова, глядя на него свысока.
Взглянув на затаившуюся в глазах Гу Чжэнцина злость и издевку, Гу Нань почувствовал, как ледяная волна окатила его макушку, а по рукам побежали мурашки.
На глазах у потрясенного Гу Наня Гу Чжэнцин резким движением сорвал с него парик.
На макушке Гу Наня не осталось ни единого волоска — кожа сияла так, что в нее можно было смотреться, как в зеркало. Лишь жалкие остатки волос по бокам прикрывали лоб, выглядя убого и жалко. Сам по себе он был вполне симпатичным, но сейчас, с этой плешью на голове, он казался невероятно комичным и нелепым.
Весь мир вокруг словно замер.
Гу Чжэнцин холодно усмехнулся и, глядя на искаженное от стыда и ярости лицо Гу Наня, издевательски бросил:
— Да потому что ты, как и он, — лысый!
Глядя на покрасневшего Гу Наня, который отчаянно прикрывал макушку руками, готовый провалиться сквозь землю от стыда, Гу Чжэнцин удовлетворенно скривил губы.
Было много способов разоблачить Гу Наня, но он намеренно выбрал самый унизительный.
Уж он-то не был святошей. К тому, кто отнял у него всё и косвенно стал причиной его гибели, он не собирался проявлять ни капли милосердия.
Теперь, когда он напрямую раскрыл личность Гу Наня, ход сюжета изменился коренным образом, и вероятность повторения событий книги стала ничтожно мала. Тем более Гу Нань больше не сможет за его спиной творить бесчинства в корпорации Гу.
Слегка обдумав всё произошедшее, Гу Чжэнцин бросил пренебрежительный взгляд на готового умереть от позора Гу Наня.
Лишенный благословения главного героя, такой мелкий персонаж, как Гу Нань, не стоил того, чтобы тратить на него время. Гу Чжэнцин зашагал к выходу из кабинета, попутно прихватив с собой парик Гу Наня.
Он хотел, чтобы Гу Нань шел по корпорации Гу с лысой головой под перекрестными взглядами окружающих.
Не возвращаясь в свой кабинет, Гу Чжэнцин сразу поехал в больницу, чтобы пройти полное медицинское обследование.
Завершив все процедуры, он уселся в комнате отдыха в ожидании результатов.
Все это время он думал о том, как жить дальше.
Только что произошедшее доказало, что всё ему приснившееся — чистая правда. Он жил на страницах книги, будучи всего лишь второстепенным персонажем.
Однако раз он смог так легко распознать Гу Наня, это значило, что он способен вырваться из-под контроля сюжета и впредь действовать по собственной воле, а не превращаться под воздействием принудительного отупения в того безумца из книги.
Больше всего сейчас его волновал вопрос: можно ли как-то повлиять на то, что ему осталось жить чуть больше полугода?
Гу Чжэнцин ушел в свои мысли так глубоко, что даже не заметил, как в комнату кто-то вошел, пока его не похлопали по плечу, заставив резко вернуться в реальность.
Взглянув на стоявшего перед ним мужчину с персиковыми глазами, он улыбнулся:
— Чего это ты пришел?
Чэн Цзымо опустился на диван рядом с ним, закинул ногу на ногу и произнес:
— Прибыл в больницу и даже словом не обмолвился? Совсем держишь меня за чужака, братишка?
Услышав это, Гу Чжэнцин покачал головой:
— Я просто на обследование, знаю же, что ты занят, вот и не стал беспокоить.
Чэн Цзымо окинул Гу Чжэнцина своими манящими персиковыми глазами и усмехнулся:
— Каким бы занятым я ни был, мне до тебя далеко. Говорят, ты опять пахал без продыху целую неделю.
Гу Чжэнцин слыл законченным трудоголиком. Его личный рекорд составлял два месяца работы безвылазно в офисе — до тех пор, пока контракт не был подписан. Только тогда он выкраивал время заглянуть домой, являясь классическим примером человека, воспринимающего собственное жилище как отель.
Опасаясь, что Чэн Цзымо продолжит припоминать старые грехи, Гу Чжэнцин поспешил капитулировать.
Только тогда Чэн Цзымо сменил гнев на милость и перевел тему:
— С чего это ты вдруг надумал ехать в больницу на полный осмотр? Со здоровьем что-то не так?
Гу Чжэнцин на мгновение замер. Он не мог рассказать Чэн Цзымо о том, что видел во сне, поэтому ответил уклончиво:
— Нет, просто вдруг вспомнил, что в этом году еще не проверялся. Сегодня как раз выдалось свободное время, вот и заглянул между делом.
Пока они беседовали, врач принес результаты анализов. Чэн Цзымо бегло просмотрел их и заявил:
— Никаких проблем, здоров как бык, но за ночными бдениями и питанием все равно следи внимательнее.
Гу Чжэнцин тут же переспросил:
— А сердце?
Чэн Цзымо озадаченно моргнул:
— В полном порядке.
Выслушав Чэн Цзымо, Гу Чжэнцин помрачнел.
Если с его сердцем всё в порядке, значит, оставалось лишь два возможных варианта.
Первый — он окончательно вырвался из-под контроля сюжета и не умрет через полгода. Второй — сюжет непременно должен свести его в могилу, и наличие или отсутствие у него болезни сердца, равно как и способ гибели, не имеют абсолютно никакого значения.
Это походило на занесенный над головой меч, который опускался с каждым днем всё ниже. Ему оставалось лишь бессильно наблюдать за этим, ничего не предпринимая: в назначенный час клинок оборвет его жизнь.
Столкнувшись с лицом к лицу надвигающейся смертью, Гу Чжэнцин подсознательно оглянулся на прожитую жизнь.
В раннем детстве семье приходилось туго, но мама всегда отдавала ему самое лучшее, так что сильных тягот он не испытал. А когда мать с нуля подняла нынешнюю корпорацию Гу, он превратился в маленького принца, которому завидовали все вокруг.
В школе он играючи занимал первые места, а придя в корпорацию Гу, хотя и столкнулся со множеством трудностей, с честью преодолел их все, заслужив репутацию надежного генерального директора Гу. В карьерном плане он был более чем доволен.
Что касалось семьи, то на отцовскую любовь он изначально не рассчитывал, а уж после того, как Гу Чизон завел побочного сына всего на четыре года младше самого Гу Чжэнцина, кроме отвращения он не испытывал ни малейшей привязанности.
http://bllate.org/book/34211/4213606
Готово:
