Ли Янь не предупреждала никого о своём возвращении в город Цзян. Перед посадкой в самолёт она наобум сделала снимок ночного неба в аэропорту: бескрайний небосвод над северо-западной границей был усыпан яркими звёздами, рассыпанными, словно мелкие бриллианты, дожидающиеся, пока их кто-нибудь подберёт.
Приземлились в три часа ночи. В новом, величественном и красивом аэропорту Ли Янь, не смыкавшая глаз почти сутки, заплутала в указателях. С трудом добравшись до выхода B, она уступила последнее доступное такси молодой женщине с ребёнком.
Звук мотора стих вдали. Прохладный ветер помог ей немного взбодриться, и она медленно достала телефон, чтобы вызвать машину.
Радар крутился уже не первый раз, когда перед ней остановился чёрный автомобиль. Водитель вышел, чтобы помочь с багажом. Ли Янь, прижимавшая к себе сумку с самыми ценными объективами, хотела было улечься на заднем сиденье, но, пригнувшись, заметила, что там уже кто-то сидит. Помедлив, она заняла место на переднем пассажирском сиденье.
— В центр города, — она кивнула водителю, который трудился в такую позднюю смену, и, выбрав удобную позу, закрыла глаза.
Она надеялась лишь немного подремать, чтобы снять усталость, но, едва закрыв глаза, провалилась в глубокий сон. Когда её разбудил гудок проезжающей мимо машины, было ещё темно. Ещё не до конца осознав, где находится, она почувствовала, как сзади ей протянули бутылку воды.
Она машинально пробормотала спасибо, но, приняв воду, замерла, заметив на этикетке логотип с двумя орлами. Наконец окончательно проснувшись, она молча поставила бутылку на место.
За годы учёбы за границей Ли Янь повидала немало разных людей. На одной из вечеринок она видела эту воду — говорили, что её поставляют исключительно французской аристократии. Цена была заоблачной, да и обычному человеку достать её было негде.
И только тогда Ли Янь осознала неладное. Она долго смотрела на крылатый значок с буквой Б на руле.
Неужели экономический упадок в городе Цзян достиг таких масштабов? Даже владельцы элитных Бентли вынуждены подрабатывать в такси?
— В шкафчике есть другие напитки, — водитель, воспользовавшись красным светом светофора, тихо произнёс, не оборачиваясь. — Можете взять, если нужно.
Ли Янь отвела взгляд. Она размышляла, хватит ли тех двухсот юаней, что остались на счету после покупки билета, чтобы оплатить поездку, но внешне лишь невозмутимо покачала головой.
— Сколько ещё ехать?
— Минут двадцать, — ответил водитель.
Помедлив, он добавил:
— Если вы торопитесь, я могу ехать быстрее.
— Не нужно, — ответила Ли Янь.
Она потянула за ремень безопасности, выпрямляясь, и нечаянно бросила взгляд в зеркало заднего вида, заметив руку женщины, лежавшую на коленях.
Из-за угла обзора она не видела лица пассажирки, но сама рука была невероятно красивой: тонкие изящные пальцы, гармоничные суставы — словно ветка цветка, набросанная несколькими штрихами в китайской живописи, стройная и элегантная.
Словно почувствовав, что за ней наблюдают, рука дрогнула и скрылась в полумраке. Ли Янь поспешно отвела взгляд.
— Вы студентка? — продолжал разговор водитель.
— Уже закончила, — ответила Ли Янь.
— Вернулись в поисках работы?
Ли Янь задумалась:
— Можно сказать и так.
Водитель бодрым тоном заметил:
— Город Цзян — это хорошо. Экономика на подъёме, возможностей много, как раз для молодых.
Ли Янь усмехнулась, отвернулась и, подперев щеку, посмотрела в окно.
Город Цзян действительно был богат. Она уехала всего пять лет назад, но город изменился, от него во все стороны веяло деньгами. Высотные здания прятались в ночи, и лишь неоновые всполохи прорезали тьму, словно зияющие раны, наполненные желаниями.
Ли Янь не могла оценить этот блеск, вспоминая лишь серые небеса в день своего отъезда.
Поэтому она сказала:
— Вряд ли.
— М? — водитель мельком глянул на неё.
— Слишком высокие расходы. Обычному человеку это не по карману.
Водитель был удивлён:
— Вам… не хватает денег?
Сегодня одежда Ли Янь, хотя и не была дешёвой рыночной вещью, явно не принадлежала к люксовым брендам. Она не понимала, почему этот владелец Бентли обратил на неё внимание, подозревая, что клеймо человека, у которого много денег, но мало ума, вероятно, было написано у неё на лбу.
— Острая нехватка, — предупредила она собеседника. — Как только оплачу проезд, пойду питаться святым духом.
В зеркале заднего вида рука женщины внезапно напряглась, сжалась в кулак, и согнутый сустав указательного пальца мягко постучал по кашемировому пледу.
Ли Янь заставила себя опустить глаза и, глядя на свои покрасневшие кончики пальцев, внезапно посетовала на чересчур сухой климат северо-запада в последние месяцы.
Минут через десять машина остановилась у ворот жилого комплекса.
Водитель вышел, чтобы помочь выгрузить багаж из багажника. Ли Янь под светом фонаря открыла интерфейс оплаты.
Она спросила:
— Сколько с меня?
— … — очевидно, хорошо обученный водитель замер, поднял глаза, посмотрел на неё и тут же замахал руками, показывая, что ничего не нужно.
Ли Янь, не успевшая вытянуть ручку чемодана, выпрямилась и посмотрела на него.
Водитель встал прямо и слегка поклонился:
— Я просто подвёз вас по пути. Желаю удачи.
Сказав это, он, не дожидаясь реакции Ли Янь, вернулся в машину и вскоре скрылся из виду.
Холодный ветер разметал волосы у её щек. Лишь спустя время Ли Янь заправила пряди за уши. Она пожала плечами, убрала телефон, взялась за чемодан и неспешным шагом растворилась в тёмной ночи.
В квартире уже заранее провели уборку. Она быстро разобрала вещи и повалилась на кровать, проспав с самого рассвета до сумерек.
Закатное солнце заливало полкровати, в воздухе витал запах старого дерева. Мебель, словно сливаясь со стенами и потолком, давила на неё, не давая пошевелиться.
Ли Янь отбросила растрепавшиеся волосы, внезапно подумав, что стоит их остричь.
В конце концов, чувство голода вытащило её из постели. Она нашла телефон у изголовья и, опустив глаза, отправила сообщение подруге. Та настояла, что заедет за ней, и Ли Янь, с радостью согласившись, подобрала чистую одежду и отправилась в ванную.
Шум воды и звонок телефона прозвучали почти одновременно. К тому моменту, как Ли Янь вышла, завернутая в полотенце, вызов уже был сброшен. Она направилась к кровати; капли воды, не успевшие высохнуть на её стройных ногах, бесшумно падали на тёмный ковёр.
Она включила экран, взглянула на имя звонившего, и её лицо стало ещё холоднее. Ли Янь смахнула уведомление влево, игнорируя приветствие от семьи.
Когда она закончила сборы, машина подруги как раз подъехала к дому. Разговоры о долгой разлуке были неизбежны, и к моменту прибытия в ресторан глаза Цзян Янь уже покраснели.
Ли Янь не хотела омрачать атмосферу и первой перевела тему, спросив о делах в компании.
Цзян Янь была бетой и после некоторых событий разорвала отношения с семьёй, начав после выпуска активно заниматься своим бизнесом. В самые тяжёлые времена для Технологий Юньцзин Ли Янь вложила более тридцати миллионов из доверительного фонда, оставленного родителями, что спасло едва державшуюся на плаву стартап-компанию.
— Тестирование уже пройдено! Как только будут получены соответствующие сертификаты, наши подавляющие браслеты немедленно поступят в серийное производство! — стоило заговорить о работе, как лицо директора Цзян тут же преобразилось.
Она открыла сумочку, что-то в ней разыскивая, и пообещала Ли Янь:
— Ли Янь! Поверь мне! Я клянусь, что помогу тебе заработать кучу денег!
Ли Янь с улыбкой покачала головой.
У неё не было одержимости деньгами. Неделю назад в Тибете она без колебаний пожертвовала оставшиеся у неё сотни тысяч на экологический проект, и сейчас, сидя в одном из самых дорогих ресторанов города Цзян, не чувствовала себя неловко. Но она понимала надежду в глазах Цзян Янь, так же как понимала саму себя — человека, который долгие годы казался окружающим странным и идущим против правил.
Вскоре Цзян Янь передала ей изящную подарочную коробку.
Ли Янь открыла упаковку и надела на левое запястье неприметный браслет.
— Вот так?
— Угу, привяжи свою идентификационную информацию, — наставляла Цзян Янь.
Как и широко используемые сегодня подавляющие пластыри, подавляющий браслет, как следует из названия, был инструментом для контроля секреции феромонов у альф и омег. Разница была лишь в том, что в пластырях активным компонентом являлся особый алкалоид, а браслет достигал цели, воздействуя на железу слабыми микротоками.
— У подавляющей функции пять режимов, для обычного использования достаточно первого или второго, — начала объяснять Цзян Янь. — Конечно, если у тебя наблюдаются эмоциональные перепады или приближается период повышенной восприимчивости, нужно вручную переключить на режим выше.
http://bllate.org/book/34204/4212915
Готово:
