Юй Байчэн небрежно бросил портфель на тумбу в прихожей, нахмурился и ответил:
— Темп слишком медленный.
Обычно в такие моменты настроение Юй Байчэна оставляло желать лучшего. Шу Цяо прекрасно понимал, как тягостны периоды творческих застоев на работе, поэтому не стал докучать мужу расспросами, а просто взял его пальто, собираясь повесить на место, как делал это всегда.
Но в тот самый момент, когда его пальто коснулось, Шу Цяо уловил странный запах.
Если описывать его точнее, аромат был довольно приятным и напоминал… сладость конфет, от которой невольно поднималось настроение. Шу Цяо был бетой, и хотя он не отличался особой чувствительностью к феромонам альф, всё же кое-что мог заметить.
Он даже смог с уверенностью определить, что этот запах наверняка оставил какой-то необычайно сладкий омега.
Раз этот аромат остался на пальто Юй Байчэна, их отношения определенно были очень близкими, во всяком случае, всё это явно не ограничивалось рамками простых коллег.
Шу Цяо быстро пришел к такому выводу, но не подал виду. Он спокойно повесил пальто, а затем налил стакан воды Юй Байчэну, который сидел на диване, уткнувшись в анализ данных.
— Спасибо, — вежливо поблагодарил Юй Байчэн, принимая чашку. Он опустил голову, сделал небольшой глоток, и на его лице появилось явное выражение удовлетворения.
Юй Байчэн был странным человеком: во всем, что касалось еды и питья, он отличался от остальных. Он терпеть не мог всё теплое — воду пил либо обжигающе горячую, либо ледяную, наотрез отказываясь от полутеплой. Шу Цяо прожил с ним три года и уже примерно изучил все его привычки.
Как только Шу Цяо зашел на кухню, где никого не было, он со звериным оскалом схватил кухонный нож и принялся яростно кромсать рыбу.
Да пошел ты к черту, Юй Байчэн!
Катись к чертям собачьим!
Глава 2
Хотя аромат на пальто ничего конкретного не доказывал, а Шу Цяо вовсе не был глупцом, склонным к беспочвенным подозрениям, на душе у него все равно остался неприятный осадок. Пусть даже они с мужем состояли в браке по расчету, где царило взаимное уважение, основные правила приличия соблюдать все же стоило. Если Юй Байчэн действительно посмеет изменить ему, он ни за что не оставит это просто так.
Погода в субботу выдалась отличной. Шу Цяо вовремя прибыл в оговоренное кафе — их излюбленное местечко для встреч с друзьями, куда они неизменно наведывались попить кофе, стоило выдаться свободному часу. Поднявшись на второй этаж, Шу Цяо сразу увидел троих друзей: они о чем-то оживленно беседовали и выглядели очень весёлыми.
Как и у большинства обычных людей, у Шу Цяо было несколько близких друзей. Ся Ци даже бессовестно переименовал их общий чат в «Милый отряд лучших подружек». И хотя от этой приторности сводило зубы, по сути дела обстояли именно так.
— Шу-у-у-ао-о-о! — завидев его издалека, Ся Ци радостно замахал рукой. С его густыми бровями и большими глазами он выглядел невероятно комично и добродушно. — Сюда!
Голос у него был зычным и раскатистым, но он упорно пытался говорить жеманно. Шу Цяо, давно привыкший к таким кривляниям, все равно невольно вздрогнул и поспешил к столику, чтобы заставить этого громилу наконец замолчать и не позориться на весь зал.
— Вы так рано собрались?
Е Фэй опустил кофейную чашку. Его глаза лучились мягкой улыбкой, а уголки губ были изогнуты в чистом веселье. Он ответил неторопливым, певучим голосом:
— Не сказать чтобы рано. Мы с Ци-ци как раз гуляли неподалеку.
— Я тоже случайно освободился, — кивнула Се Сяожань. В этот раз ее волосы были покрашены в другой цвет, а бриллиантовый гвоздик в левом ухе придавал ей еще больше бунтарского вида.
Шу Цяо недовольно посмотрел на нее:
— Ты почему снова прикидываешься бетой?
Из всей их четверки только Шу Цяо был бетой, остальные трое являлись омегами, так что этот кружок действительно с натяжкой можно было назвать девичником.
Однако Се Сяожань, бунтарка до мозга костей, уже столько лет истово продвигала идеи равноправия альф и омег, находясь на передовой борьбы за права омег. Она считала альф своими заклятыми врагами и конкурентами, защищалась от них на каждом шагу, а еще ежедневно прыскалась духами, скрывающими истинный феромон, чтобы косить под бету и клеить девчонок. Она крутилась в кругах бет и омег как рыба в воде и ни во что не ставила альф — настоящая гроза сердец и форменный маньяк среди обольстителей.
— Ну и что, что прикидываюсь? — небрежно бросила Се Сяожань. Видимо, посчитав его полным неудачником, она с чувством глубокого разочарования произнесла: — На твоем месте я бы лучше умерла, чем вышла замуж за этих вонючих альф!
— Ой, да брось ты! — Шу Цяо некрасиво закатил глаза, закинул ногу на ногу и резко ответил ей: — Вы все просто маетесь дурью! Альфы под бет маскируются — бог с ними, так нет же, омеги без всякой нужды тоже норовят притвориться бетами! Что, у нас, бет, совсем нет прав человека?
— Вам что, природных данных уже недостаточно, еще и в ролевые игры приспичило играть?
Е Фэй с легким смешком прервал их перепалку:
— Что вы за люди? Стоит только встретиться, сразу начинаете грызться. Между прочим, у Ци-ци есть отличные новости.
Будучи самым старшим среди них, Е Фэй сочетал в себе мягкость и терпение. К тому же он приходился старшим деверем Юй Байчэна, и Шу Цяо испытывал к нему искреннее уважение, поэтому он тут же прекратил перепалку с Се Сяожань, перевел взгляд на другого «деверя» и нетерпеливо бросил:
— Какие еще у тебя новости?
Услышав слова Е Фэя, Ся Ци кокетливо прикрыл лицо руками.
Вообще-то в обществе все признавали, что омеги — хрупкие и нежные создания редкой породы, нуждающиеся в защите, и при одном взгляде на них у любого возникало желание окружить их заботой. Но Ся Ци был редким исключением. Мало того что он обладал высоким ростом и внушительной мускулатурой, так еще и пах от него убойный, резкий дух дешевой водки. При этом черты лица у него были правильными, мужественными и резкими, и во всем его облике не оставалось ни единой черты, присущей омеге — от такого удара кулаком десяток Шу Цяо могли разом отдать концы.
Случилось же кому-то совершить ошибку и вырастить из этого мускулистого воина омегу! При этом сам он упорно копировал манеры жеманных манерных омежек: с малых лет задался целью стать хрупким и нежным цветочком на ветру, демонстрируя полную противоположность Се Сяожань, отчего у окружавших его людей порой возникало непреодолимое желание выколоть себе глаза.
В повседневной жизни он обожал все розовое и нежное, а сегодня зачем-то нацепил даже розовый передник. На фоне его сурового, мужественного и властного лица это зрелище было настолько потрясающим, что Шу Цяо едва не выплюнул кровь от нахлынувшего бессилия. Сдержавшись с большим трудом, он выругался:
— Есть что сказать — говори! Чего ломаешься, надоел уже хуже горькой редьки!
— И вообще, что за чертову хрень ты на себя напялил? Дома тебе еще недостаточно перед зеркалом кривляться?
Ся Ци легко фыркнул и капризно закатил глаза:
— Сам-то ничего не смыслишь. Я вообще-то надел специальный защитный фартук для беременных.
— Да беременный ты… — Шу Цяо с трудом проглотил последние нецензурные слова, которые уже готовы были сорваться с языка, и ошеломленно переспросил: — Ты беременен?
Ся Ци прикрыл свое суровое мужественное лицо огромной ладонью и с крайним кокетством произнес:
— Угу.
Черт…
Шу Цяо предпочел бы этого не видеть. Поборов подступившую тошноту, он спросил:
— Моя сестра в курсе?
http://bllate.org/book/34157/4206232
Готово:
