Похоже, у прежней [Безымянной] теперь тоже появилось своё имя, а значение здоровья было унаследовано и преобразовано из показателей роста; помимо этих двух пунктов, разглядеть что-либо еще у Линь Хунъюя не представлялось возможным.
[Особые характеристики: ? ?] по-прежнему оставались нераскрытыми.
Что касается [Потенциала], то напоминание о награде при рождении дало понять, для чего он нужен, но как им воспользоваться, оставалось загадкой.
При выборе потенциала открылось дополнительное распределение атрибутов:
[Металл (атака): 5, Вода (ци): 5, Дерево (скорость): 5, Огонь (кровь): 5, Земля (защита): 5]
В целом это было понятно: если говорить о Дереве, то на небе оно соотносится с ветром и отвечает за скорость, а на земле — с древом, что тоже вполне логично. Линь Сюи разделил потенциал пополам и без колебаний влил очки в Дерево.
[Металл (атака): 5, Вода (ци): 5, Дерево (скорость): 55, Огонь (кровь): 5, Земля (защита): 5]
В конце концов, на стадии младенчества проявить себя в чём-то, кроме скорости, было маловероятно. Он попытался пошевелить руками, и от их быстроты даже начали мелькать остаточные тени; прежнее ощущение тяжести, словно на него повесили тридцать цзиней груза, исчезло. Он мог двигаться со скоростью обычного взрослого человека и даже гораздо быстрее.
Кормилица издала удивленный возглас, и Линь Сюи повернул голову — их взгляды встретились.
Женщина потерла виски и рассмеялась: — Надо же, совсем закрутилась в последнее время, аж мерещится всякое.
Она поправила одеяльце Линь Сюи и повернулась, чтобы заняться Линь Хунъюем.
Линь Сюи попытался опереться на руки и ноги, чтобы перевернуться и встать, но легкое хлопковое одеяло откинулось без труда, в то время как собственное тяжелое тело не сдвинулось ни на миллиметр. Более высокая температура тела младенца заставила его вздрогнуть от прохлады внешнего мира, и тут Линь Сюи вспомнил о врожденных ограничениях младенческого возраста: какими бы быстрыми ни были движения, координации и физической силы неизменно не хватало.
Оставшиеся пятьдесят очков потенциала пока пришлось приберечь, дожидаясь, пока время подарит ему полную свободу управления телом.
Линь Сюи перевел шаблон автономной прокачки в [Режим культивации], заново настроил скорость течения времени и вышел из игры.
*****
Вернувшись в реальность, Линь Сюи оглядел пустую комнату, поднял руки, сжав кулаки, и ощутил некую ирреальность происходящего.
Из-за слишком долгóго пребывания в столь детально смоделированной игре у него появилось зыбкое, неопределенное чувство сомнения в подлинности самого реального мира.
Он взглянул на часы: было уже четыре часа утра.
Открыв окно, он ощутил, как ночная прохлада повеяла свежестью воды. Он вспомнил об игре и подумал, не заметила ли кормилица соскочившее на пол одеяло, а также замерзнет ли в следующий раз его неповоротливое младенческое тело, когда он зайдет в игру. Холодный ветер, ворвавшаяся в комнату низкая температура — всё это вернуло ощущение реальности.
Взяв со стола телефон, Линь Сюи отправил водителю уведомление о предоставлении полусуточного отпуска.
*****
В компании он появился лишь во второй половине дня. Секретарь в приемной встала и сообщила, что его уже давно ожидает некий господин, очень на него похожий.
Отворив дверь, Линь Сюи без удивления встретился взглядом с И Хунюем. На чайном столике лежала стопка документов.
Неизвестно, кто из сотрудников сменил свежие цветы в вазе, но в воздухе витал легкий цветочный аромат, напоминавший тот, что был вчера в игре.
Черты лица И Хунюя и Линь Хунъюя тоже имели некоторое сходство.
Пожалуй, оценивающий взгляд Линь Сюи был слишком заметен, и И Хунюй сам нарушил молчание.
— Это приказ о назначении, директор Ли, пожалуйста, подпишите.
Это были первые слова между ними. Линь Сюи бегло просмотрел бумаги, поставил подпись и пододвинул документы вперед.
— Знаешь, у кого забрать материалы.
И Хунюй кивнул, взял бумаги и молча вышел; больше они не сказали друг другу ни слова.
Зато ближе к вечеру позвонил Линь Сюнь. Его голос звучал с пьяными нотками, он извинялся перед ним и перед его матерью.
Каждый раз в состоянии опьянения Линь Сюнь вел себя именно так. Линь Сюи включил громкую связь, положил телефон и продолжил заниматься делами: если извинения могли хоть немного уменьшить груз вины на душе отца, Линь Сюи не возражал дать ему выход для эмоций.
— ...С самого детства меня никто не любил, и лишь встретив твою маму, я узнал, что такое любовь, и перестал быть одиноким. Я так хочу, чтобы ты поскорее обзавелся семьей.
Линь Сюи продолжал просматривать отчеты по проектам, оставленные сотрудниками на столе.
— ...Я был самым младшим в семье, к тому же сыном помещика, происхождение подвело. Ни дома, ни на чужбине никто не относился ко мне искренне. Лишь дожив до семи-восьми лет, я впервые узнал, каково мясо на вкус.
Линь Сюи потер переносицу и открыл квартальный план по следующему направлению.
— Сейчас всё не так, как раньше, ваши условия жизни — это то, о чем в былые времена и помыслить нельзя было. Ты и Хунюй — мои самые близкие люди, я хочу, чтобы вы ладили.
— Когда меня не станет, вы двое останетесь друг у друга единственными родными, я хочу уйти спокойно.
Линь Сюи нахмурился, не понимая, что навеяло Линь Сюню такие мысли сегодня, но он говорил всё более тоскливо.
— Ладно, не забивай голову всякой чепухой, выпил — ложись отдыхать пораньше.
*****
Звуковые эффекты исказили голос, сделав его подчеркнуто холодным; И Хунюй услышал, как оттуда доносится голос Линь Хунъюя.
Сидевший перед ним кровный отец с покрасневшими от слез глазами захлюпал носом, положил руку ему на плечо, вытер нос салфеткой и направился в туалет.
Парень опустил голову и открыл аватар Линь Сюи: страница чата по-прежнему оставалась пустой.
Перейдя в ленту друзей, он увидел снимок, сделанный будто наспех в офисе компании: солнечный свет падал на цветы, стоявшие на столе, а хрустальная текстура лепестков выглядела невероятно красиво. Судя по отметке времени, фото было сделано в прошлом месяце.
Утром, отправляясь в офис, И Хунюй заметил, что в цветочном магазине этажом ниже появилось новое поступление.
Подождав некоторое время этим утром и убедившись, что Линь Сюи отсутствует, он без колебаний выбросил старые цветы со стола в урну.
А затем, прикрыв бумагами свежие цветы из магазина снизу, занес их в кабинет и воткнул в вазу...
Глава 4. Осталась лишь полоска здоровья
В тот день в симуляторе пробыли до четырех часов утра. Никто ничего не сказал, но на этот раз, когда Линь Сюи направлялся в комнату с капсулой, в глазах дворецкого читалось невысказанное, полное тревоги беспокойство, казавшееся совершенно искренним.
Линь Сюи закрыл дверь комнаты и шагнул в симулятор.
[Вход выполнен успешно]
Перед глазами царила кромешная тьма, по краям поля зрения проступило смутное красное предупреждение, а в ушах стоял сдавленный плач. Он ощутил, что его тело оцепенело от боли.
Ситуация складывалась не лучшим образом.
Линь Сюи открыл панель автономной прокачки, где ровным рядочком выстроились [События культивации].
[Событие культивации: игрок постигает небеса и землю, атрибуты улучшаются]
http://bllate.org/book/34148/4205060
Готово:
