Чэнь Линьвань поднялся с места, подошел к Чжуан Наньсин и с ухмылкой произнес:
— Не веришь — спроси остальных.
Услышав это, те из ребят сразу поняли, что Чэнь Линьвань, судя по всему, разругался со своей девушкой. Кто-то принялся разглядывать потолок, кто-то — пол, лишь бы не смотреть на эту троицу.
Чжуан Наньсин посмотрела на это наглое лицо, придвинувшееся вплотную к ее глазам, холодно усмехнулась и, прежде чем кто-либо успел сообразить, что к чему, изо всех сил шлепнула его по спине.
Лицо Чэнь Линьваня исказилось, он с диким воплем подпрыгнул.
Он попытался завести руку за спину, чтобы прикрыть садяхшее место, но Чжуан Наньсин попала как раз туда, куда было невозможно дотянуться.
Словно какая-то мартышка, Чэнь Линьвань отчаянно пытался обхватить себя руками, возмущенно выкрикивая:
— Чжуан Наньсин, ты... ты... ты... Совсем рехнулась, что ли?
Гэ Минвэй наблюдала за тем, как они перекидываются колкостями, словно флиртуя друг с другом, опустила голову и погрузилась в глувейшее уныние.
Скрестив руки на груди, Чжуан Наньсин холодно фыркнула:
— Если будешь вести себя так же паршиво в следующий раз — снова ударю.
Компания друзей Чэнь Линьваня дружила с Чжуан Наньсин с малых лет, а потому, видя их перепалку, они поспешили вмешаться и помирить их.
— Ладно-ладно, Чжуан Наньсин, Чэнь Линьвань, уступите друг другу.
— Да уж, Чэнь Линьвань и сам не ведает, что говорит, он просто дуется на свою девчонку.
— По совести говоря, Гэ Минвэй вообще ничего не сказала, Чжуан Наньсин, с чего у тебя такая бурная реакция?
Кто-то протянул руку и слегка толкнул Гэ Минвэй:
— Скажи ты хоть слово.
Гэ Минвэй подняла голову, но не успела ничего вымолвить, как Чжуан Наньсин заслонила ее спиной и громко бросила тому парню:
— Ты чего распускаешь руки? Решил, что раз у Минвэй мягкий характер, с ней можно не церемониться?
Не зря говорят: отношение твоего парня к тебе определяет отношение к тебе окружающих его людей.
Пренебрежительное отношение Чэнь Линьваня к Гэ Минвэй не укрылось от глаз его друзей, которые поняли, что он ни в грош ее не ставит, а потому и сами относились к ней довольно небрежно.
Однако с чего-то вдруг Чжуан Наньсин вздумалось так яростно защищать Гэ Минвэй.
Все они выросли в одном кругу, а статус родителей определяет положение детей. Вес Чжуан Наньсин среди них был далеко не мал, и переходить ей дорогу было категорически нельзя.
Тут кто-то, заметив неладное, решил сгладить острые углы.
— Ма Шан, ну-ка быстро извинись перед Гэ Минвэй.
Толкнувший ее Ма Шан процедил извинения сквозь зубы.
Чжуан Наньсин бросила на него взгляд, затем перевела его на Гэ Минвэй и, дождавшись кивка с ее стороны, сдержанно бросила короткое «мда», давая понять, что так уж и быть, прощает его.
Затем она вновь перевела всю злость на Чэнь Линьваня:
— Минвэй... твоя девушка, ты не должен так унижать ее перед чужими людьми.
Чжуан Наньсин выглядела донельзя расстроенной и сочувствующей, и Чэнь Линьвань, глядя на нее, решил, будто она ревнует его к нему же самому, но из последних сил сдерживает эмоции, оберегая его отношения с Гэ Минвэй и намеренно держась на расстоянии.
При этой мысли в нем закипало возбуждение, гложущая злость растаяла больше чем наполовину, в груди шевельнулось воровское ликование, и он ответил на желания Чжуан Наньсин, сказав Гэ Минвэй:
— Минвэй, прости, я перебрал с выпилкой, в голове зашумело, вот и сболтнул лишнего.
Гэ Минвэй по обыкновению кивнула.
Некоторое время царило неловкое, тягостное молчание, пока Лю Гаосюань, затянувший в самом начале «Любовь подобна бушующему потоку», не вышел вперед и не призвал всех рассаживаться:
— Ладно-ладно, продолжаем петь, продолжаем петь.
— М-м... Чэнь Линьвань, Гэ Минвэй, я закажу для вас маленькую песню о любви, спойте ее вместе.
Чэнь Линьвань отказался, даже не задумываясь, и устремил взгляд на Чжуан Наньсин.
Чжуан Наньсин с беспокойством посмотрела на Гэ Минвэй.
Гэ Минвэй окинула их обоих взглядом, подняла руку, заправляя за ухо выбившуюся прядь волос, и произнесла первые слова за всё время этого долгого молчания:
— Я отойду в туалет, не обращайте на меня внимания, продолжайте петь.
Чжуан Наньсин хотела было пойти следом, но увидела, что Гэ Минвэй со всех ног бросилась бежать и в мгновение ока скрылась из виду.
Кто-то из компании схватил Чжуан Наньсин за руку и тихо шепнул:
— Они же еще не расстались, не спеши так.
Чжуан Наньсин подумала про себя: и правда, впереди еще много времени, она обязательно поможет Гэ Минвэй разглядеть истинное лицо Чэнь Линьваня.
Чжуан Наньсин кивнула, соглашаясь:
— Ты права.
Человек, удерживавший ее, подумал: еще бы, не уедь ты тогда за границу, девушкой Чэнь Линьваня сейчас точно была бы не Гэ Минвэй. Впрочем, судя по сегодняшнему дню, у Чжуан Наньсин шансов победить было куда больше.
Гэ Минвэй в туалет не пошла, а постояла какое-то время на продуваемом всеми ветрами балконе в коридоре. Возвращаясь обратно, на одном из поворотов она услышала голоса двоих приятелей из свиты Чжуан Линьваня.
— ...Не уедь Чжуан Наньсин тогда за границу, разве остался бы хоть какой-то шанс для Гэ Минвэй?
— Сегодня я смотрел на Чжуан Наньсин — похоже, она тоже к нему неравнодушна. Как думаешь, у кого из них больше шансов?
— Да ты не знаешь: Чэнь Линьвань ведь столько времени по Чжуан Наньсин сох! Если бы она тогда внезапно не укатила за рубеж, стал бы он убиваться по пьяной лавочке и связываться с Гэ Минвэй?
— В конце концов Чэнь Линьвань стопроцентно выберет Чжуан Наньсин. Если нет — я голову напекмо вымою, стоя вниз головой.
— Ха-ха-ха-ха... Иметь двух красавиц с таким разным стилем, которые из-за тебя грызутся — Чэнь Линьваню и впрямь невероятно повезло в любви...
Парни хохотали наотмашь, как вдруг словно наткнулись на что-то: их смех оборвался на полуслове, точно придушенные утки.
Один из них сглотнул слюну:
— ...Чжуан Наньсин, а ты... ты с каких пор здесь стоишь?
Чжуан Наньсин мрачным, опасным голосом процедила:
— С тех самых пор, как вы заговорили о том, как Чэнь Линьваню повезло в любви.
Через мгновение в тишине прозвучали два жалких мальчишеских тенора:
— А-а!
— А ну живо катитесь внутрь! Услышу еще хоть раз от вас подобную хрень — так просто отделаться вам не позволю.
Чжуан Наньсин уставилась на собственную тень, упавшую на угол стены, и, то ли обращаясь к себе, то ли к тому, кто прятался неподалеку, произнесла:
— Не бери в голову, все они просто мелят чепуху.
Гэ Минвэй слабо улыбнулась. Вылетевшее из уст Чжуан Наньсин слово «чепуха» совсем не вязалось с ее изысканными манерами, но почему-то заставляло чувствовать, насколько же Чжуан Наньсин живой и настоящий человек.
— Это был тот самый поступок, который Гэ Минвэй мысленно репетировала бесчисленное количество раз, но на который ей не хватало смелости. Сегодня кто-то сделал это за нее.
Кажется, они были не в тех отношениях, чтобы рассматривать друг у друга пижамы и выносить вердикт, красивые они или нет.
В машине на обратном пути Гэ Минвэй вела автомобиль в полном молчании, а сидевший на пассажирском сидении Чэнь Линьвань то и дело беззвучно ухмылялся.
Видя его физиономию, Гэ Минвэй могла без труда догадаться — хоть мизинцем ноги подумай — что он думает о Чжуан Наньсин, и невольно вспомнила недавний разговор тех двоих у входа в отдельный кабинет.
Внезапно она бросила Чэнь Линьваню:
— Вообще-то я твоя девушка.
Чэнь Линьвань и так чувствовал за собой вину, а от этих слов Гэ Минвэй его сердце и вовсе подпрыгнуло. Испугавшись, что она что-то заподозрила, он украдкой скользнул взглядом по ее лицу — ничего особенного.
Усмехнувшись, Чэнь Линьвань протянул:
— Само собой.
Сделав паузу, он принялся извиняться:
— Прости меня, Минвэй. Я тогда выпил лишнего, да к тому же ты отказалась меня слушать и налопалась всякой дряни, вот я и взбесился, сболтнул лишнего. Будь я проклят.
Воспользовавшись паузой на светофоре, Чэнь Линьвань схватил руку Гэ Минвэй, лежавшую на руле, и попытался ударить ею себя по щеке.
С жалобным выражением лица он заканючил:
— Ну прости меня, умоляю, я больше никогда так не буду.
Гэ Минвэй холодно взглянула на него, отвернулась, вдавила педаль газа в пол и равнодушно бросила:
— Ладно, я прощаю тебя.
Чэнь Линьваню показалось, что настроение у Гэ Минвэй какое-то странное, не такое восторженное, как раньше — должно быть, до сих пор дуется и ревнует.
Он мысленно покачал головой: женщины — ими так легко управлять, стоит лишь что-то сделать или сказать, как их эмоции послушно меняются, совсем как у Гэ Минвэй. Впрочем, с Чжуан Наньсин то же самое: раньше вечно ходила вокруг да около и носом не вела, а теперь, когда у него появилась девушка, так и вьется рядом. Хм, надо будет подержать ее на холодке.
Напускное выражение раскаяния на его лице осталось неизменным:
— Это все Чжуан Наньсин ко мне липнет. Клянусь, я даже не собираюсь отвечать на ее знаки внимания.
Гэ Минвэй проигнорировала его.
Чэнь Линьвань продолжил:
— Не переживай, малышка, в моем сердце есть только ты. Кстати, давай завтра после работы я заеду за тобой, поедим домашней кухни в уютном местечке.
Гэ Минвэй покачала головой:
— Не нужно.
Чэнь Линьвань погрузился в собственный мир:
— Ладно, решено!
Гэ Минвэй вздохнула про себя — пускай будет так.
Смелости, накопленной в глубине души, хватило лишь на то, чтобы произнести отказ единожды; на второй раз у нее уже не осталось душевных сил.
Доставив Чэнь Линьваня домой, Гэ Минвэй сама добралась до квартиры только к десяти часам вечера.
Она открыла дверь — в прихожей горел свет, и Гэ Минвэй тут же почувствовала, как по спине пробежал холодок.
Колеблясь, она не решалась шагнуть внутрь.
Из гостиной донесся звук ворочающегося на диване человека, затем шелест трущейся друг о друга одежды и, наконец, голос матери:
— Минвэй, ты вернулась?
Гэ Минвэй кивнула, а затем сообразила, что мать ее кивка не видит, и с трудом выдавила из себя:
— Я вернулась.
Ее мать, Яо Синьжоу, поинтересовалась:
— Это Сяо Чэнь тебя подвез?
— Я сама приехала.
— М?
При этом звуке в памяти Гэ Минвэй ожили давние воспоминания, ее тело невольно вздрогнуло. Но тут же напомнив себе, что она уже не ребенок, девушка изо всех сил выпрямила спину, заставила себя успокоиться и твердо произнесла:
— Я отвезла Чэнь Линьваня домой и вернулась.
— Вот и славно, — напутствовала Яо Синьжоу. — Минвэй, Сяо Чэнь — хороший парень, красивый, из приличной семьи, сам зарабатывает. Ты должна крепко держать его в руках.
Гэ Минвэй кивнула, промолвила «угу» и спросила мать:
— Мам, чего это ты вдруг приехала? Даже не предупредила заранее.
http://bllate.org/book/34128/4201718
Готово:
