Возможно, дело было в самом названии, но в ночном Ляочэне незримо витала атмосфера тревоги и предзнаменований.
Окурок в руке Цзян Сэня мерцал в темноте, то разгораясь, то затухая. Он бросил взгляд на время в приложении: оставалось три минуты и двадцать секунд, и тот человек, его цель, должен был умереть в автокатастрофе.
Целями в их деле называли тех, кому пришел срок умирать.
За целью следовал не он один: поблизости отирался дикий призрак, страстно увлеченный косплеем. На нем были широкие одежды с просторными рукавами, а волосы свисали чуть ли не до самых ягодиц. Со спины он казался весьма рослым и крепким, полупрозрачной дымкой паря над землей. Видимо, это был очередной упс — кто-то из коллег в прошлом недоглядел. Впрочем, ловля духов не входила в обязанности Цзян Сэня. Он лишь следовал служебным предписаниям, поступавшим сверху — нет, снизу, — из канцелярии Подземного мира. Каждый день он выполнял работу по уставу: ставил новых духов на учет, препровождал их в Подземный мир, где ими уже занимались централизованно. Кому положено — испьют супу бабушки Менг, кому положено — перейдут через мост Найхэ.
Цзян Сэнь щелкнул средним пальцем, стряхивая пепел, и подумал, что об этом стоит сказать Лю Цзянъюаню. Лю Цзянъюань был его новым начальником. Цзян Сэнь вообще-то был приезжим: раньше он работал в Юньчэне, в соседней провинции, и оба города были примерно одного масштаба. Там он оттрубил два года, но оставался обычным контрактником — окладу до штатных сотрудников было далеко, не говоря уже о социальных гарантиях. До сих пор Цзян Сэню приходилось ютиться по съемным углам.
В тот день снизу неожиданно пришла весть, что в Ляочэне не хватает рук, поэтому нужно срочно перевести туда человека, причем сразу зачислить в штат. Тут же многие начали из кожи вон лезть, нося начальству подношения, лишь бы получить этот перевод и заветную штатную должность. Как раз тогда внизу проводилась кампания по искоренению коррупции под лозунгом честности и неподкупности. Начальник боялся, что его схватят за руку, и был вынужден вернуть все подарки обратно, из-за чего это назначение в итоге и досталось Цзян Сэню, который еще даже не успел никуда сунуться.
А ему было в общем-то всё равно, где работать — был бы сам сыт, а остальное неважно.
Осталось три секунды.
На голове у цели красовались массивные наушники какой-то известной фирмы, и он покачивался в такт музыке, переходя дорогу.
Тот самый косплеер-любитель шел себе спокойно, как вдруг неожиданно рванул вперед. Его белые рукава взметнулись прямо перед носом у парня, так что бедолага от испуга даже уронил наушники и резко замер на месте. Его кадык судорожно дернулся вверх, но он еще не успел толком сделать вдох, как в пяти шагах перед ним раздался грохот, и мимо на бешеной скорости пронеслась красная спортивная машина...
Цзян Сэнь поджал губы и глянул на приложение собственной разработки Подземного мира: там черным по белому красовалось уведомление, что его месячная премия сгорела... Вот же черт...
Он щелкнул указательным пальцем, швырнув окурок на землю, и притоптал его носком ботинка. Когда же он снова поднял голову, цель уже быстрым семенящим бегом скрылась среди смутных силуэтов зданий вдали.
Белый дикий призрак, казалось, вовсе не замечал присутствия Цзян Сэня и продолжал послушно парить следом за целью.
Цзян Сэнь языком провел по зубам и окликнул: — Эй, приятель!
Призрак замер, словно услышав его голос, и обернулся.
Цзян Сэнь заглянул ему в лицо и на мгновение опешил. Призрак, несмотря на свой внушительный рост, обладал на редкость круглыми миндалевидными глазами, а из копны волос торчали острые кончики ушей. Сейчас он наклонил голову и непонимающе пялился на него, вызывая какое-то странное умиление — точно какое-то мелкое животное.
— Отчего помер? — спросил Цзян Сэнь.
Призрак не отвечал. Он вдруг подлетел ближе, вплотную прижавшись к самому лицу Цзян Сэня, и забавно зашевелил носом, принюхиваясь. Цзян Сэнь отшатнулся, но тот снова придвинулся вплотную.
— Слушай, братец, ты в прошлой жизни был чистокровной собакой? Какой породы? Хаски или самоед?
Цзян Сэнь машинально выставил вперед руку и с удивлением нащупал вполне плотное тело призрака. Нахмурившись, он переспросил: — Ты вообще помер или нет?
На лице самоеда вдруг промелькнуло глубокое выражение скорби. Он ухватился за полу кожаной куртки Цзян Сэня, опускаясь ногами на землю, и выглядел при этом все еще сонного вида, совершенно простовато и бестолково.
— ...Что ты вообще за хрен с горы? — только и успел произвести Цзян Сэнь, как зазвонил телефон. В трубке послышался добродушный голос Хао Лэшаня: — Цзян-гэ, ну как там? Смена закончилась? Заскочишь перекусить? Я тут, в забегаловке с лапшой на улице Долгов у Цзяода.
— Да нет еще, этот черт никак не окочурится...
Полночный перекус в тот вечер отменился.
Словно выгуливая непослушную собаку, Цзян Сэнь приволок в отдел получеловека-полупризрака.
Лю Цзянъюань из-за своих золоченых очков вперил в него маленькие, похожие на фасолины глазки и окинул оценивающим взглядом с ног до головы. Его скулы приподнялись, задрав оправу вверх, брови сошлись на переносице, а губы скривились в брезгливой гримасе: — Сяо Цзян, не в упрек тебе будет сказано...
Стоило услышать это вступление, как Цзян Сэнь покорно опустил веки, послушно приготовившись слушать назидательную лекцию главы Лю.
Ты только погляди на себя! На прошлом совещании я же черным по белому велел обеспечить персональную ответственность, неужели нельзя было проявить бдительность? Опять валял дурака? И снова по дороге дымил! Пойди-ка сюда, понюхай, от тебя же табачищем несет! Твое отношение к работе никуда не годится, а идейная подготовка этого товарища явно хромает и не дотягивает до стандартов нашего ведомства... Знаешь что? На следующей неделе от нашего района отправляют делегацию на стажировку вниз. Поедешь ты, а по возвращении сдашь мне отчет на две тысячи слов. Без протоколов собраний, исключительно личные впечатления.
Он поправил дужку очков, подался вперед — казалось, только сейчас заметив рослого бугая за спиной Цзян Сэня, — и его брови сошлись еще круче. От волнения он даже заикался: — Ты... ты... ты... Как ты учил двадцать восемь пунктов рабочего регламента?! Разве тебе не ведомо, что посторонним вход сюда строго воспрещен?!
— Сам пока не пойму, человек он или призрак. Когда я его впервые встретил, он парил над землей, да еще и спугнул мою цель, — ответил Цзян Сэнь и почувствовал, как у него снова зачесались руки. Он пошарил в кармане, нащупав пачку сигарет, и продолжил: — Я только собрался расспросить, как он откинулся, а эта туша возьми да обратись в плоть и кровь. Того и гляди, какой-то оборотень, да еще и немой, похоже, с головой у него тоже беда. — Он постучал себя пальцем по лбу.
Белый оборотень по-прежнему цеплялся за полу куртки Цзян Сэня и с наивным недоумением озирался по сторонам.
Лю Цзянъюань обошел рабочий стол и подошел ближе, задрав голову, чтобы разглядеть здоровяка, который возвышался над ним по меньшей мере на полторы головы. Вытащив из кармана монокль в золотой оправе, он долго изучал гостя, после чего изрек: — Ни дух, ни человек. Одна душа из трех и семь духовных начал утеряны, сейчас он наполовину демон, наполовину призрак.
— И что делать?
— Запри пока в изоляторе, завтра я как раз буду отправлять партию духов, заодно и расспрошу.
— Ладно, тогда я домой, начальник, — бросил Цзян Сэнь.
— Какой еще домой? — возмутился Лю Цзянъюань. — У тебя сегодня ночная смена!
...
Три часа ночи.
Цзян Сэнь вскипятил чайник, залил кипятком брикет лапши быстрого приготовления и бросил в сторону изолятора: — Будешь?
Призрак уцепился обеими руками за прутья решетки и, глядя на него снизу вверх, как верный пес, согласно кивнул.
Цзян Сэнь подцепил палочками немного лапши на крышку от чашки и протянул сквозь прутья. Призрак принюхался, но есть не стал.
— Не хочешь? — Цзян Сэнь пожал плечами, вернулся на свое место и принялся уплетать лапшу за обе щеки.
В пять часов утра Жань Дундун в черной бейсболке перешагнула порог отдела. Заметив мужчину в изоляторе, она с любопытством спросила Цзян Сэня: — Ого, твой ухажер?
Она поправила короткие волосы, примятые кепкой, являя миру миловидное личико, бросила на стол полотняную сумку и по привычке брякнула первое, что пришло в голову.
Цзян Сэнь пропустил ее слова мимо ушей и лишь уточнил: — Закончила задание?
Жань Дундун угукнула в ответ, выудила из шкафчика еще одну пачку лапши и протянула: — Толстый сказывают, твоя премия в этом месяце накрылась медным тазом?
— Угу, — Цзян Сэнь допил остатки бульона. — Пойду в подсобку прикорну.
Жань Дундун бросила дежурное согласие и проводила его взглядом. Затем она повернулась к призраку в камере, и они несколько секунд молча смотрели друг на друга. — Знаю, я красотка, — не выдержала первой Жань Дундун.
Сидевший за решеткой тут же демонстративно отвернулся.
Ровно в восемь утра по пекинскому времени в комнату вошел Лю Цзянъюань в отглаженном черном шерстяном пальто и шляпе в тон, выглядя точь-в-точь как киноактер со съемок шанхайских фильмов тридцатилетней давности.
Завидев дремлющую Жань Дундун, он первым делом осведомился: — А где Цзян Сэнь?
— Лицо умывать пошел, — Жань Дундун скинула ноги с рабочего стола и крикнула в сторону подсобки: — Цзян Сэнь, соскучился по тебе начальник Лю!
Лю Цзянъюань поморщился: — Молодая девица, а язык за зубами удержать не умеешь, что за манеры? И вообще, нарядилась черт знает во что — ни то ни се, баба с мужиком в одном флаконе.
— Глава Лю, от таких речей мне прямо-таки тошно становится, — Жань Дундун резко вскочила, отпихнув ногой стул. Бедный табурет не выдержал издевательств, качнулся и рухнул на пол, ознаменовав собой боевой кларнет грядущего сражения. — У нас что, есть единая форма? Вроде нет! Раз формы нет и подъемных на одежду тоже не выделяют, я перед вами должна отчитываться, что напяливать? Из вашего кармана деньги беру? Вашим рисом питаюсь? Люблю так одеваться, и что с того? Или вы представителей секс-меньшинств ущемляете?
Она выпалила все это пулеметной очередью, буквально разнеся Лю Цзянъюаня в пух и прах. На шум из комнаты вышел сонный Цзян Сэнь, который на ходу вытирал лицо полотенцем, и громко позвал: — Начальник.
От такой словесной бомбардировки у Лю Цзянъюаня едва сердце не выпрыгнуло из груди. Увидев наконец Цзян Сэня, он счел его чуть ли не ангелом во плоти — послушным и милым. Уперевшись руками в стол, он затараторил: — Тс-с... Короче говоря, помоги-ка мне сопроводить этого субъекта до Подземного мира.
Субъект тем временем приник к прутьям решетки, с интересом наблюдая за происходящим, и при появлении Цзян Сэня его глаза заметно оживились.
Цзян Сэнь коротко бросил в ответ утвердительный кивок, поправил заспанно помятую кожаную куртку и подошел к камере, чтобы открыть замок. Призрак тут же выскользнул наружу и уцепился за полу его одежды.
— Шустрый какой, — присвистнула Жань Дундун.
— И то верно, Сяо Цзян, этот мужчина-призрак к тебе просто прилип, — согласился Лю Цзянъюань.
— Впервые вижу, понятия не имею, кто он, вчера ночью только познакомились, — отмахнулся Цзян Сэнь.
— Ну раз так, будем действовать по инструкции, — вздохнул Лю Цзянъюань и вновь перевел взгляд на Жань Дундун. На этот раз он не рискнул командовать, а обратился вежливо, назвав по имени и фамилии: — Товарищ Жань Дундун, умоляю тебя, уберись в офисе, посмотри на эти горы коробок из-под лапши — вонь вон до самого двора доходит.
Жань Дундун презрительно фыркнула, что вроде как должно было сойти за согласие.
Цзян Сэнь поволок за собой упирающегося мужчину-призрака в просторных одеждах, словно непослушную собаку на поводке, и направился в библиотеку, что располагалась соседней дверью с их кабинетом.
Вскоре подоспел и Лю Цзянъюань с небольшой полотняной сумкой наперевес. Он нажал кнопку, спрятанную между книжными полками, и стеллажи с глухим стуком разъехались в стороны, открывая взору дверь, подозрительно напоминающую лифтовую. Рядом с ней находился глазок камеры с встроенным сканером сетчатки глаза. Лю Цзянъюань слегка приподнялся на цыпочках и подтолкнул створку вверх, после чего лифт мелодично звякнул и открылся.
Мужчина-призрак во все глаза уставился на диковинный механизм, не мигая и явно испытывая детское любопытство.
— Это лифт, — пояснил ему Лю Цзянъюань.
Цзян Сэнь бросил на начальника короткий взгляд, но промолчал.
Заметив этот взгляд, Лю Цзянъюань пояснил: — Ну посмотри, какой бугай, а ведь пропащий человек, жалко бедолагу.
Спустя добрых полчаса двери лифта снова разъехались, являя взору совершенно иную картину: бескрайнее море ярко-красных цветов сакураи распустилось по берегам реки Забывания, колыхаясь и изгибаясь над темными водами.
— Слышал, в Подземном мире нынче кампания по благоустройству, — шепнул Лю Цзянъюань Цзян Сэню. — Даже цветы сакураи теперь стригут специальные садовники.
У лифта дежурили двое до зубов вооруженных охранников в черных бронежилетах. Едва те вышли, стражи порядка тут же поднесли к их пальцам и глазам сканеры. Когда же устройство дошло до мужчины-призрака, прибор внезапно залился тревожным красным светом и выдал вопрос: — Это кто?
— Демон, утративший одну душу, — торопливо пояснил Лю Цзянъюань. — Подобтали при исполнении служебных обязанностей, велено препроводить на дознание.
Охранники церемониться не стали: — Вы проходите, а его оставить здесь. Пусть наверху спустят распоряжение, тогда и решим.
Лю Цзянъюань замялся, но Цзян Сэнь тут же высказался: — Я останусь с ним, идите пока.
Тогда Лю Цзянъюань со своей сумочкой для призывы душ скрылся за пропускным турникетом.
Цзян Сэнь достал из пачки сигарету и поднес к самому носу, собираясь просто понюхать. Стоявший рядом страж тут же рявкнул: — В общественных местах курение запрещено!
Он послушно спрятал сигарету обратно в пачку и буркнул: — И не думал курить, так, ароматом наслаждаюсь.
Стоявший рядом демон-мужчина с любопытством уставился на пачку в его руке. Цзян Сэнь тут же поднес ее к его носу, предлагая оценить запах: — Ну как, вкусно?
Демон нахмурился и мотнул головой.
Цзян Сэнь усмехнулся: — Эх ты, ничего-то ты не понимаешь в истинном кайфе.
Охранник, проявив невиданные зачатки совести, не удержался от шпильки: — Самому-то дымить как паровоз — это пожалуйста, но он-то демон чистокровный, на кой ляд ты его к этой гадости приучаешь?
— ... — Цзян Сэнь поджал губы и молча сунул пачку в карман.
Лю Цзянъюань вернулся лишь час спустя, и на лице его читалась вселенская скорбь.
http://bllate.org/book/34125/4201184
Готово:
