Конец съёмок.
— Вы отлично потрудились, братец.
— Братец, отдохните как следует дома.
Толпа молодых девушек щебетала разом, словно птицы, вернувшиеся в гнездо.
Чэн Сывэнь не успел толком оглянуться и, крадучись, словно воришка, шмыгнул на другую дорожку.
Быть популярным или нет — разница огромная. Сегодня у Брата Ван были дела, и он ушел пораньше, но перед уходом строго-настрого наказал Чэн Сывэню не сталкиваться с Ся Цзэ, чтобы не давать людям повода для сплетен и не плодить дурные новости.
Чэн Сывэнь всё это прекрасно понимал. Брат Ван мог бы и не говорить — он бы всё равно старался держаться в тени. Нельзя тереться о тех, кто находится на совершенно другом уровне, иначе в два счёта прилепит клеймище: мол, присосался к чужой славе, бессовестный. Да его собственные фанатки живьем сожрут. Чэн Сывэнь всегда отличался трезвым взглядом на себя.
Впрочем, даже если бы Чэн Сывэнь ничего не делал, в интернете о нем всё равно не писали ничего хорошего.
Стоило только дебютировать — и сразу главная роль в паре с самим Ся Цзэ, да еще в бромансе. Грязь и слюни полетели во все стороны: тут тебе и слухи о богатом покровителе, и обвинения в том, что он мажор, и разговоры про постельные дорожки. Поначалу Чэн Сывэнь никак не мог с этим смириться, но со временем привык и теперь реагировал совершенно спокойно.
— Отдыхай как следует. Завтра будет много сцен, Брат Ван просил передать тебе наставления, я пошла.
Ассистенткой была девушка чуть старше двадцати, лицом не сказать чтобы писаная красавица. Чэн Сывэнь крутился с ней рядом уже больше двадцати дней, но она за всё это время не удостоилась подарить ему хотя бы одну улыбку. Поначалу Чэн Сывэню это казалось странным, но он обладал на редкость толстокожим характером, поэтому удивлялся-удивлялся, да и привык. Лишь бы работу выполняла четко, а большего он от нее и не требовал.
Вернувшись в комнату и улегшись на кровать, он набросил на глаза раскрытую книгу и вдруг живо представил себе свирепый взгляд Ся Цзэ в образе Вэнь Чэнъе, пытаясь мысленно прощупать поведение своего персонажа, вжиться в его роль.
Ночь прошла в спокойном сне.
Чтобы лишний раз не сталкиваться с Ся Цзэ, Чэн Сывэнь всегда приходил на площадку раньше него. Поклонницы Ся Цзэ тоже успели примелькаться к нему: в век развитого интернета его фотографии гуляли по сети, к тому же он играл в паре с их «любимкой», так что лицо Чэн Сывэня накрепко засело у них в памяти.
Когда они встретились в первый раз, какая-то девушка лет двадцати окликнула Чэн Сывэня по имени и спросила, сколько ему лет. Чэн Сывэнь опешил и перевел взгляд на стоявшего рядом Брата Ван.
Брат Ван легонько толкнул его в спину, мол, отвечай давай.
Он сдержанно улыбнулся и произнес:
— Девяносто первого года рождения, в этом году исполнилось двадцать два.
Услышав его ответ, девушка улыбнулась.
— Братец, постарайся там, снимайся с Ся Цзэ хорошо.
Остальные девчонки смотрели на него, и ему стало не по себе. Смущенно улыбнувшись, он поспешно скрылся в здании спорткомплекса.
Со временем это вошло в привычку. К тому, что его время от времени называют «братцем», он почти привык, да и перепавшие ему от них мелкие угощения, припасенные для Ся Цзэ, тоже случались. Впрочем, они всегда оставались фанатками Ся Цзэ, а не Чэн Сывэня.
Брат Ван часто повторял, что у Чэн Сывэня отличный характер. Вот выйдет эта дорама, зрители к нему привыкнут — и армия преданных поклонников не заставит себя ждать; нынче народ любит послушных и чистых парней, а уж с такой смазливой внешностью перспективы у него просто отличные.
Чэн Сывэнь только улыбался в ответ, не зная, что и сказать.
Съемки продлились еще примерно с месяц, и наконец-то отпала необходимость париться в летней одежде — он даже с облегчением выдохнул.
Работа на съемочной площадке сильно отличалась от того, что в итоге видели зрители. Всё готовое кино создавалось трудом закулисных сотрудников и собиралось заново на монтажном столе, да и сцены снимались вовсе не в хронологическом порядке. Чэн Сывэнь почеркнул в университете немало полезного, но стоило выйти на реальную площадку, как все знания куда-то испарились, и он давно привык к режиссерской брани.
— Сывэнь, иди сюда, я объясню тебе этот эпизод.
Только что отснятый дубль режиссера не особо удовлетворил. В последнее время Чэн Сывэнь играл всё лучше и лучше, так что подобные осечки случались редко. Но сцена требовала слишком тонких душевных переживаний, а он ведь никогда в жизни по-настоящему не влюблялся и уловить нужную тональность никак не мог — даже сам это понимал.
Он послушно подошел к режиссеру, замер рядом и превратился в слух.
— Ся Цзэ, подойди-ка, помоги Сывэню прогнать сцену.
Он резко поднял голову.
Ся Цзэ обернулся.
Тот шел неторопливо. Чэн Сывэнь смотрел на него с абсолютно бесстрастным лицом — сказывалась привычка: на лице маска, а внутри бушуют волны.
— Ся Цзэ, смотри, в этой сцене Вэнь Чэнъе должен признаться Лин Я в любви, а Лин Чэ только что услышал от Фэн Яна, что тот без ума от Лин Я. В общем, у него на душе кошки скребут, а Сывэнь никак не может поймать нужную нотку, помоги ему разобраться.
Режиссер по фамилии Ли была женщиной в годах и пользовалась немалой известностью в кругах киноделателей. Говорила она звучным, зычным голосом, и поговаривали, что путевку в жизнь Ся Цзэ дал именно фильм, который снимала она.
Они были давно знакомы, поэтому Ся Цзэ с улыбкой кивнул, соглашаясь, и перевел взгляд на Чэн Сывэня.
Чэн Сывэнь уставился на него остекленевшим взором.
— Влюбленности в твоей жизни были?
Чэн Сывэнь покачал головой.
— Сценарий сколько раз читал?
— Восемь.
— Вот оно что. Надо хотя бы десять.
Чэн Сывэнь повернулся к ассистентке, собираясь попросить у нее сценарий, чтобы перечитать пару раз.
Режиссер вдруг рассмеялась.
— Ся Цзэ, Сывэнь — парень простой, нечего над ним издеваться, объясни толком. Тебе ведь еще на мероприятие ехать, отпрашиваться нужно? Быстрее закончим — раньше разойдемся.
Чэн Сывэнь тупо повернулся обратно, не выронив ни слова.
Издеваться? Издеваться! Издеваться...
Он никак не реагировал, и Ся Цзэ тоже стало неловко. Постояв молча пару секунд, тот тихо кашлянул и принялся неторопливо объяснять, начав со своего персонажа Вэнь Чэнъе и разбирая внутренние реакции каждого героя в этой ситуации. Рассказывал он четко и толково — сказывался многолетний опыт работы в шоу-бизнесе. Чэн Сывэнь даже проникся к нему искренним уважением.
После такого разбора в голове словно прояснилось, и недавнее недовольство постепенно испарилось.
Он был из тех людей, кто помнит добро, а не обиды.
— Спасибо, братец Ся.
Поблагодарив его так, как было принято на съемочной площадке, Ся Цзэ в ответ лишь качнул головой, бросив дежурное — не за что, — и вернулся на свое место.
Глава 2
В этот день у Чэн Сывэня была всего одна совместная сцена с Ся Цзэ, а все остальные — с актрисой по имени Лин Чэн, которая играла старшую сестру его персонажа. Несмотря на то, что они работали вместе уже столько времени, близкими людьми они так и не стали: изредка перекидывались шутками на площадке, смеялись вместе — вот и всё общение. Всё остальное время Лин Чэн выглядела жутко занятой, хотя чем именно она занималась, оставалось загадкой.
http://bllate.org/book/34110/4199319
Готово:
