Наступила осень, погода сильно похолодала, то и дело налетал порывистый ветер — было особенно зябко. Чэн Сывэнь невольно плотнее запахнул куртку.
Помощница принесла стакан горячей воды и протянула ему, на ее лице не было почти никаких эмоций. Чэн Сывэнь поблагодарил ее и взял воду, скользнув взглядом по желтым листьям за окном. Резкий порыв ветра сорвал их, и они внезапно полетели вниз. Он нахмурился, проводя рукой по волосам, как вдруг до его слуха донесся голос режиссера:
— Сывэнь, ты готов? Следующая сцена твоя, не затягивай время.
Чэн Сывэнь в спешке вернул стакан в руки помощницы и громко отозвался:
— Готов, режиссер!
Сейчас было некогда думать о всякой ерунде. Он полуприсел на корточки, держа в руках ракетку для бадминтона и повторяя реплики. В голове царил некоторый беспорядок, но, к счастью, слов было немного и справиться с ними оказалось не так уж сложно.
У него всегда была плохая память, иначе он бы ни за что не завалил вступительные экзамены и не пошел по творческой части. Его брат учился отлично и, чтобы принести славу семье, уехал учиться за границу. Родители, разумеется, стали намного снисходительнее к Чэн Сывэню, и вот так он плыл по течению до самого сегодняшнего дня. Ему повезло: компания относилась к нему очень хорошо, и уже в самом первом проекте ему дали роль второго плана.
Строго говоря, в этой истории даже чувствовался намек на двух главных героев.
Хотя сам сценарий был так себе.
Тренер, Фэн Ян сказал, что больше не хочет играть в бадминтон, не могли бы вы помочь уговорить его?
Лин Чэ смотрел прямо в глаза Вэнь Чэнъе и взволнованно произнес это, дважды качнув ракетку для бадминтона в руке, прежде чем снова сжать ее до побелевших костяшек.
Услышав это, Вэнь Чэнъе перевел на него взгляд и глухим голосом ответил:
— Это его личное дело, и выбор он сделал сам. Я не могу принимать решения за него. Если ты действительно о нем беспокоишься, придумай сам, как его уговорить. Какая польза от того, что ты пришел ко мне?
Лин Чэ на мгновение замер, его глаза слегка покраснели.
Вэнь Чэнъе завел руку за спину и легонько теребил собственный подол. Он несколько раз собирался протянуть руку, чтобы утешить его, но в конце концов всё же опустил ее.
— Хорошо, я понял, тренер, до свидания.
Прошло около десятка секунд, прежде чем Лин Чэ согнулся в поклоне, резко развернулся и быстрым шагом вышел из тренировочного зала.
— Стоп, снято!
Режиссер выкрикнула команду, и Чэн Сывэнь тут же с облегчением выдохнул, отходя подальше от Ся Цзэ.
Для него изображать человека слабого характера и вместе с тем мягкого было поистине тяжелым испытанием.
Вернувшись к своему агенту, он поспешно спросил:
— Как я это сыграл? Хоть немного меньше деревянным, чем раньше?
Он впервые ступил на съемочную площадку, и в первые два дня режиссер отчитывал его с утра до вечера. Он толком не мог ни нормально поесть, ни поспать. Лишь спустя почти полмесяца съемок он кое-как освоился, но все равно оставался невероятно осторожным и после каждого дубля переспрашивал окружающих, чтобы обрести хоть какое-то спокойствие.
Его агента звали по фамилии Ван, и Чэн Сывэнь обычно звал его Брат Ван. Тот был человеком бывалым, понимал абсолютно во всем и очень заботился о Чэн Сывэне. Выслушав его, Брат Ван улыбнулся и похвалил:
— Неплохо, выражение лица ты поймал отлично, всю недосказанность Лин Чэ передал как надо.
Услышав это, Чэн Сывэнь прищурился и радостно улыбнулся.
— Чэн Сывэнь, иди сюда!
Внезапный окрик режиссера заставил пугливого Чэн Сывэня вздрогнуть всем телом, после чего он сломя голову бросился к ней.
— Что такое, режиссер?
Пропал, Брат Ван ведь просто успокаивал его!
— Ты что вообще сейчас сыграл? Лин Чэ хочет попросить Вэнь Чэнъе о помощи, а не признается ему в любви! Какая еще недосказанность, а? Ты играешь парня! Сцены с признаниями мы еще будем снимать, но они не направлены на Вэнь Чэнъе! Ты можешь хоть немного облегчить мне жизнь, а? Можешь? Вроде бы толковый парень, почему в актеринстве вечно упускаешь суть?
Вот тебе и раз, выходит, Брат Ван сам толком не разобрался в сцене.
Чэн Сывэнь принялся наперебой извиняться, готовый провалиться сквозь землю от стыда. Хотя подобное происходило далеко не впервые, каждый раз это заставляло его чувствовать себя полным ничтожеством. К тому же Ся Цзэ вдобавок тайком ухмылялся — Чэн Сывэнь все видел.
Ся Цзэ пришел в шоу-бизнес гораздо раньше, чем Чэн Сывэнь, к тому же был невероятно красив. В прошлом году он прославился благодаря главной роли в историческом дорамном фэнтези, после чего мгновенно превратился в мужчину мечты для тысяч девушек.
За столь долгое время на съемочной площадке они почти не разговаривали друг с другом. Если не считать диалогов по сценарию прямо во время дублей, между ними вообще не было никаких бесед. Сначала Чэн Сывэнь думал, что Ся Цзэ — человек жутко холодный и отстраненный, но позже, заметив, как тот кокетничает с режиссером, своим агентом и помощницей, понял, что заблуждался. Сам по себе Ся Цзэ, судя по всему, был именно таким веселым и остроумным мужчину, каким показывал себя в телевизионных интервью, просто с посторонними держался холодно и бесстрастно.
Впрочем, в этом не было ничего плохого. Если бы тот с первой же встречи лез в душу со своей дружбой, Чэн Сывэнь даже не знал бы, как себя вести.
За целый день съемок Чэн Сывэнь смертельно устал. Поскольку по сюжету всё еще стоял июль, ему приходилось сниматься в футболке. Во время активных сцен двигаться было еще терпимо, не так холодно, но стоило мотору остановиться, как нужно было срочно набрасывать куртку, чтобы не подхватить простуду и не затормозить рабочий процесс.
В сопровождении помощницы он вышел со съемочной площадки. В темноте снаружи толпилась целая ватага фанаток — все они были брокколи Ся Цзэ.
Название фандома было до смешного нелепым. Говорили, что как-то раз во время съемок в кулинарном шоу в качестве приглашенного гостя ведущий спросил Ся Цзэ, что он любит есть. Тот ответил, что обожает брокколи, и поклонницы тут же намотали это на ус, поклявшись стать его любимым блюдом, из-за чего и появилось такое прозвище.
— Давай обойдем стороной, — на мгновение Чэн Сывэнь почувствовал раздражение. У него-то самого не было ни единой фанатки.
Помощница бросила на него взгляд, молча подхватила сумку и свернула в другой переулок. Чэн Сывэнь шел следом за ней, но едва они сделали пару шагов, как сзади раздался оглушительный взрыв восторженных криков.
— Братик, привет!
http://bllate.org/book/34110/4199318
Готово:
