Я открыл глаза, и режущий свет ламп больно ударил по глазам. Я зажмурился, чувствуя, как от яркого света наворачиваются слезы, застилающие взор.
Воздух был холодным и сухим, к тому же помещение пропиталось запахом антисептика — запах, который я всегда терпеть не мог.
На мгновение я забыл, что произошло, но стоило глазам привыкнуть к освещению, как я уставился в незнакомый белоснежный потолок. Пока мой ноющий мозг медленно приходил в себя, я вспомнил: моя неугомонность привела к тому, что меня знатно избили. От белизны потолка и слепящего света закружилась голова.
Где я? Я снова моргнул, глубоко вздохнул, и тут же в груди отозвалось резкой болью. Я поморщился и невольно издал жалобный стон.
— О, очнулся? Салага. — послышался незнакомый мужской голос.
Яркость света внезапно уменьшилась. Я поднял взгляд и увидел склонившегося надо мной мужчину, который смотрел прямо в лицо и улыбался.
Я попытался сесть, но тело тут же запротестовало отчаянной болью. Мужчина, находившийся рядом, без лишних слов придвинулся, подставил плечо, помогая мне подняться. Только тогда я понял, что лежу на кровати.
— Где я? — спросил я, чувствуя, как пульсирует боль в висках.
— Это лазарет, глупыш. — голос раздался прямо передо мной, и я заметил, что у кровати стоит женщина.
Я удивился: не ожидал увидеть женщину в таком месте.
— Здесь... всё ещё территория Цзюэчигуань? — я засомневался, не вынесли ли меня за пределы тюрьмы после того, как я потерял сознание.
— Ты от побоев совсем умом тронулся? Конечно, здесь. Ты в лазарете на территории тюрьмы, а я — врач. — женщина хмыкнула, и её пренебрежительная усмешка неприятно кольнула.
Женщина была красива, той яркой, броской красотой. На лице — плотный слой макияжа, который, впрочем, не выглядел вульгарно. На ней был белый халат, под которым скрывался корсет с глубоким вырезом, а дополняла образ мини-юбка.
Но ведь в Цзюэчигуань содержатся только мужчины! Я не мог взять в толк, как она здесь оказалась и почему так одета.
— С первого же дня угодить в больницу — это надо уметь, да? — снова заговорила она, и её пухлые губы, накрашенные ярко-красной помадой, блеснули в свете ламп.
— Эй, Роро, хватит над ним издеваться. Он же новичок, правил еще не знает. — вступился мужчина рядом.
Он был одет в такую же форму, как у меня — стройный, высокий, с очень бледной кожей и тонкими, приятными чертами лица. Глядя на него, я невольно задумался: неужели в Цзюэчигуань набирают персонал только по внешности? Он поправил мягкие светло-каштановые волосы и, повернувшись, поймал мой взгляд.
Я смутился и поспешно отвел глаза, но краем зрения всё же заметил на его губах насмешливую улыбку.
— Новенький, еще не виделись? Я Я Жэнь, тоже тюремный надзиратель. Привет. — мужчина протянул руку, и я машинально пожал её.
Он потряс мою ладонь и широко улыбнулся, обнажив ровные белые зубы.
— Я Е Шицзю... новенький. — я возненавидел эти слова.
— Е Шицзю? Ха-ха, забавное имя! — рассмеялся Я Жэнь.
— Волк? Судя по тому, в каком виде его сюда принесли, правильнее было бы звать его Овцой, не находишь? — женщина скрестила руки на груди, продолжая сыпать колкостями. Мне стало неловко, я чувствовал себя совершенно потерянным.
Я Жэнь оказался еще хуже: он расхохотался в голос, даже вытирая слезы от смеха.
— Роро, шутка что надо! А ведь правда, Овца — отличное прозвище! С сегодняшнего дня будешь Е Шицзю-Овцой!
Мне это совсем не казалось смешным, и я очень надеялся, что это имя ко мне не прилипнет.
— Цыц! Что тут смешного? Это ты у нас придурок, раз так легко заводишься. — женщина, которую назвали Роро, закатила глаза, встала с вращающегося стула и подошла ко мне.
Она подцепила мое лицо своими белыми пальцами с розовым маникюром, повертела в разные стороны, приподняла веки и посветила в глаза фонариком-ручкой, внимательно изучая зрачки.
— Травмы серьезные, но не смертельные. Похоже, легкое сотрясение, но после отдыха всё пройдет. Разбитую голову я уже заклеила, синяки на животе и груди обработала мазью. А вот эту ссадину на переносице... — она достала из кармана пластырь и наклеила мне на нос.
— Спасибо, госпожа Роро... верно? — я не знал, как к ней обращаться, но, судя по её нахмуренным бровям, этот вариант ей не пришелся по душе.
— Мое полное имя — Хуэй Мэньлоро. Можешь называть меня доктор Хуэй Мэнь или доктор Роро, но только не госпожа, я врач. — похоже, к титулам она относилась очень серьезно.
— Хорошо, госпожа Роро. — только я успел это сказать, как она тут же ущипнула меня за щеку, обозвала олухом, а Я Жэнь снова прыснул со смеху.
— Ох, пока тебя выхаживала, совсем проголодалась! — Хуэй Мэньлоро отпустила мою покрасневшую щеку и поправила короткие волосы. — Я Жэнь, присмотри тут за ним, я пошла перекусить.
Не дожидаясь согласия Я Жэня (хотя тот и не возражал), она на своих высоких каблуках вышла из лазарета.
Я никогда раньше не был здесь. Лазарет оказался гораздо больше, чем я думал: восемь коек, включая ту, на которой я лежал, и два огромных деревянных шкафа, забитых медикаментами.
Осмотревшись, я снова перевел взгляд на Я Жэня. Он не отвел глаз, а просто молча улыбался, глядя на меня. Я никогда не умел играть в гляделки — в детстве всегда проигрывал младшей сестре.
— Это ты меня сюда принес? — решил я сменить тему.
— Ага. — Я Жэнь придвинул стул, на котором сидела Хуэй Мэньлоро, сел и с любопытством уставился на меня своими персиковыми глазами. — Я услышал, как Ли орал на Гу Яня, приказывая притащить кого-то, пошел посмотреть, что происходит, и обнаружил тебя — всего в крови. Не бросать же было тебя там.
— Прости...
— Ишь ты, извиняется! Тяжелый же ты, сил нет! Ли — псих, орал там на всю округу, хотя и не подумал, как далеко камера Гу Яня от его собственной... если бы я не находился в тот момент в камере Гуй Шана, а мой блок не граничил с блоком Тира, неизвестно, кто бы тебя вообще спас! — хотя слова Я Жэня звучали как упрек, тон был легким, даже насмешливым.
Упомянутые им имена были мне незнакомы, и я ничего не понял.
— А что ты вообще делал на девятом этаже?
— Надзиратель приказал Цан У показать мне территорию...
— А где тогда Цан У? Что он творит? — Я Жэнь нахмурился. Я только хотел объясниться за Цан У, как дверь в лазарет с грохотом распахнулась.
Я подумал, что вернулась Хуэй Мэньлоро, но в комнату ворвался невысокий паренек. Очень миловидный, с девичьим лицом, но при этом с характером озорного мальчишки. Лицо в форме сердечка, большие круглые глаза, длинные ресницы, светло-кофейные волосы, подчеркивающие нежную белизну кожи.
— Кого там Ли избил? Черт возьми, стоило мне отлучиться, как сразу что-то случилось! — паренек был явно взвинчен. Он быстро подошел к нам, одетый в серый мундир — нашу форму надзирателей.
— Тир, мелкий ты паршивец, где ты прохлаждался? В блоке Ли ЧП, а мне пришлось самому всё разгребать! — рявкнул Я Жэнь. Значит, этот миловидный парень и есть Тир.
У меня в голове возникла куча вопросов.
— Да пошло оно всё, кто же знал! — Тир подошел ко мне, его серо-зеленые глаза забегали по сторонам. — Я услышал сигнал на часах, думал, что случилось, а прибежал в камеру Ли — там лужа крови, чуть кондратий не хватил! Он в прошлый раз избил заключенного так, что Сюэ Лои потом весь день меня пилил. А в этот раз что, убил кого? Сюэ Лои меня точно прикончит!
— Не дрейфь, жив он, просто валяется тут с мордой, похожей на свиную голову. — Я Жэнь указал на меня, и Тир тут же впился в меня взглядом.
— Ты из какого блока? Не видел тебя раньше. — Тир склонил голову набок, с любопытством разглядывая меня.
— Нет, нет, это Е Шицзю-Овца, новенький надзиратель. — представил меня Я Жэнь, и по его хитрому блеску в глазах я понял, что ничего хорошего ждать не стоит.
— Е Шицзю-Овца? Как та самая овечка? — Тир приставил указательные пальцы к голове, имитируя рожки.
— Нет, меня зовут Е Шицзю-Волк... ну, в смысле волк. — я тяжело вздохнул, проклиная свою неспособность внятно говорить.
http://bllate.org/book/34092/4197475
Готово:
