— Неужели правда просто игра света? — Старый Ван не верил своим ушам, но, глядя на их реакцию, невольно засомневался. — В общем-то, если вы встречаетесь, но при этом не забываете об учёбе, поддерживаете друг друга и вместе стремитесь к прогрессу, я могу закрыть на это глаза и делать вид, что ничего не замечаю. Но, Бэй Тяньтянь, посмотри сама — до какого уровня упали твои оценки! Ты вообще ещё хочешь поступать в университет?
— Учитель, вы нас неправильно поняли. Мы правда не встречаемся. Мои оценки упали не из-за этого. Но теперь я осознала свою ошибку и обязательно буду усердно учиться, чтобы как можно скорее всё исправить.
Старый Ван с недоверием переводил взгляд с Бэй Тяньтянь на Лу Синхэна и обратно, но в конце концов, хоть и неохотно, принял их объяснение. Он устроил им длиннющую нравоучительную беседу, подчеркнув, насколько важен для них сейчас выпускной год, и строго предупредил, что ни в коем случае нельзя позволять себе расслабляться. Кроме того, он напомнил Лу Синхэну не забывать готовиться к комплексному тесту для кандидатов на внеконкурсное зачисление, и лишь после этого отпустил обоих.
Едва они вышли из кабинета, как прозвенел звонок на урок. Бэй Тяньтянь хлопнула себя по лбу и в ужасе воскликнула:
— Мы же так и не переоделись обратно в форму!
Лу Синхэн тоже опешил. Он достал телефон, посмотрел на экран и убедился, что прошло уже больше пятидесяти минут. Однако Бэй Тяньтянь не проявляла никаких признаков изменений. В его глазах мелькнуло удивление и какая-то едва уловимая эмоция, которую трудно было прочесть.
Бэй Тяньтянь этого не заметила. Она ощупывала руки, и, убедившись, что с ней всё в порядке, с изумлением воскликнула:
— Действительно никакой реакции! Неужели я выздоровела? Лу Синхэн, ты видишь? Прошёл уже час, а со мной ничего не происходит!
— Поздравляю.
— Уууу… Если это правда, тогда мне больше не придётся тебя беспокоить!
Лу Синхэн смотрел на её восторг и после долгой паузы безэмоционально произнёс:
— О, отлично.
— Ты чем-то недоволен? — На этот раз Бэй Тяньтянь, обычно не слишком чуткая к чужим настроениям, наконец заметила, что тон Лу Синхэна звучит странно. Она с подозрением уставилась ему в лицо. — Ты ведь раньше очень не любил, когда я за тобой бегала? Сейчас из-за особых обстоятельств ты терпел меня всё это время, но если я действительно выздоровела, тебе больше не придётся…
Лу Синхэн резко остановился.
— Нет.
С этими словами он сделал широкий шаг и обошёл её, направившись к лестнице.
Бэй Тяньтянь осталась стоять на месте, пока не осознала, что его «нет» относится к её предыдущей фразе. Но она так и не поняла: он имел в виду, что не злится, или что не испытывает отвращения, или… что он вовсе не терпел её?
Длинные ноги Лу Синхэна быстро унесли его к лестнице, и его фигура исчезла из виду. Бэй Тяньтянь смотрела ему вслед и глубоко вздохнула. Ладно, не буду гадать. Какой бы смысл ни скрывался за его «нет», теперь это уже не имеет ко мне никакого отношения… если, конечно, я действительно выздоровела.
Однако она не понимала, почему вдруг перестала превращаться. Она прокручивала в голове всё, что происходило с прошлого вечера до утра, но, кроме того, что спала, обнявшись с ним, ничего особенного не вспомнила. Внезапно она словно вспомнила нечто важное — её тело напряглось, а лицо залилось ярким румянцем.
Она прикрыла ладонью губы, будто на языке ещё ощущалось тёплое, мягкое прикосновение.
Она энергично тряхнула головой. Пока неизвестно, что именно происходит. Сначала надо понаблюдать.
…
Из-за долгого разговора в кабинете Старого Вана Бэй Тяньтянь вернулась в класс уже не зная, о чём говорит учитель. Она хотела спросить у Цай Юй, но та подняла голову от парты, и перед Бэй Тяньтянь предстали покрасневшие, заплаканные глаза.
— Ты чего? — растерялась Бэй Тяньтянь. — Учитель же просто повторяет материал. Ты плачешь над структурой молекулы ДНК? Внезапно почувствовала, что слишком отстала и стыдно стало?
Цай Юй покачала головой и надула щёки:
— Тяньтянь, клянусь, это не я! Я правда сфотографировала и никому, кроме тебя, не показывала и не рассказывала! На форуме это точно не я выложила.
— Что за форум? — Бэй Тяньтянь растерялась ещё больше.
Цай Юй только сейчас сообразила, что подругу вызывали к директору и она, скорее всего, ещё не успела посмотреть телефон. Тогда она незаметно сдвинула в сторону тетрадь, прикрывавшую смартфон, и тайком передала его Бэй Тяньтянь.
Та бегло взглянула на экран и увидела, что в поле ввода у Цай Юй осталась незаконченная фраза с гневным ответом другим пользователям. Бэй Тяньтянь улыбнулась и пролистала пост до самого начала, чтобы увидеть заголовок.
【Тема】Разоблачаем одного «бога», которого вы так боготворите
Автор: Вот этого парня, который ходит, будто без него Земля не вращается, вы, фанатки, постоянно называете «богом». При этом вы ругаете какую-то девчонку с именем в формате АББ, мол, она бесстыдно пристаёт к вашему кумиру. А вы знали, что ваш «бог» на самом деле — обычный мерзавец?
Эти двое — что ни поп, то поп. Один хочет бить, другой — получать. Никто из них не лучше другого, но вы, дурочки, всерьёз воспринимаете этого парня как божество.
[Изображение]
[…]
[Изображение]
Вот вам доказательства — я не вру.
Моя награда за то, что прогуляла вечерние занятия. Хочу спросить у этого «бога»: разве ты не изображал всё это время раздражение, будто от тебя никак не отвяжется эта надоеда? Тогда почему же ты привёл её домой?
И ещё один вопрос: АББ ведь ещё несовершеннолетняя?
И таких людей вы ставите на пьедестал?
Говорят, его уже утвердили как кандидата на внеконкурсное зачисление. Если это правда, мне просто тошно становится.
На серии фотографий чётко были видны лица Лу Синхэна и Бэй Тяньтянь на фоне жилого комплекса, где находилась его квартира. Снимков было много, и было очевидно, что их совместное появление не случайно.
Пост был опубликован совсем недавно, но уже начал взрываться. Под ним появилось более пятисот комментариев, и их число продолжало расти.
[Ничего себе! Всё это время изображал раздражение, а на деле давно уже вместе? BTT такая нахалка? Интересно, что теперь чувствуют те, кто раньше тайно в неё влюблялся.]
[Неважно, что у них там в личной жизни. У L есть реальные достижения и награды на олимпиадах, поэтому ему логично дать место на внеконкурсное зачисление. Автор, зачем ты специально выделяешь этот момент? Думаешь, если уберёшь L, место достанется тебе? Ты, наверное, совсем оторвался от реальности.]
[Ты сам такой! Люди с грязными мыслями всё видят грязным. Ты просто завидуешь!]
[Почему у тебя такой грубый язык? Тебя что, девять лет учили только ругаться?]
…
Бэй Тяньтянь просмотрела комментарии и поняла, что под постом собрались три группы: первые — те, кто ненавидит Лу Синхэна и оскорбляют его; вторые — его поклонницы, которые в ярости защищают кумира; и третьи — обычные зрители, которые просто наблюдают за разгорающимся скандалом. Первые две группы уже устроили настоящую войну в комментариях, а третьи подливали масла в огонь, делая пост всё более популярным.
Бэй Тяньтянь понимала, что, поскольку каждый день зависела от Лу Синхэна, чтобы вернуться в нормальное состояние, их постоянное присутствие рядом рано или поздно могло привлечь внимание. Но она никогда не думала, что всё раскроется именно так.
Честно говоря, хотя пост явно был направлен на то, чтобы очернить Лу Синхэна из-за слухов о его внеконкурсном зачислении, основные неприятности он принёс именно ей. Без неё Лу Синхэна никогда бы не сфотографировали в такой компрометирующей ситуации и не стали бы выставлять на всеобщее обозрение.
Цай Юй с тревогой наблюдала, как Бэй Тяньтянь спокойно дочитала весь пост.
— Тяньтянь, они просто врут! Не читай это, а то расстроишься. Я за тебя отвечу им как следует!
— Отвечать не нужно. Лучше помоги поднять пост повыше.
— А? — Цай Юй не поняла.
Бэй Тяньтянь улыбнулась:
— Как только пост достаточно распространится, я подам заявление в полицию и через них получу данные автора, чтобы подать в суд за клевету. Не знаю, сработает ли это, но я попрошу папиного помощника найти IP-адрес. А пока дай мне ссылку — мне нужно зарегистрировать аккаунт на форуме.
— А? Зачем?
— Чтобы устроить разгром.
Не успела Цай Юй спросить, как именно Бэй Тяньтянь собирается «устроить разгром», как над ними внезапно нависла тень. Цай Юй резко накрыла телефон и подняла голову — перед ней стоял учитель биологии с доброжелательной улыбкой.
— Разгром? Вы что, хотите меня унизить, раз игнорируете урок? Чехол у тебя симпатичный. Где купила? Если на «Таобао», скинь ссылку после занятий — хочу такой же дочке.
Цай Юй: «…»
Забрав у неё телефон, учитель биологии добродушно перевёл взгляд на Бэй Тяньтянь:
— А твой? Только что вытащила розово-золотой. Не прячь.
Бэй Тяньтянь: «…»
Сложив оба телефона стопочкой, учитель биологии, довольный собой, разрешил им сесть:
— Я пока пригляжу за вашими гаджетами. На уроке надо смотреть в учебник, а не в экран. Как вы думаете, на чём будете отвечать на экзамене? На удаче? Если из сорока с лишним учеников я поймал только вас двоих, то, скорее всего, ваша «удача» на ЕГЭ будет заключаться в том, чтобы уверенно обходить все правильные ответы в тестах. Хе-хе.
Учитель биологии был средних лет, говорил медленно и мягко, и даже его «хе-хе» в конце звучало скорее добродушно, чем саркастично. Но Бэй Тяньтянь почему-то чувствовала, что её задели сильнее, чем если бы он кричал.
Наконец прозвенел звонок на перемену. Получив обратно телефон, Бэй Тяньтянь открыла пост и увидела, что он уже попал на главную страницу и выделен красным цветом.
http://bllate.org/book/3409/374819
Готово:
