— Хватит держаться за моё запястье, — Лу Шуюй перехватила её ладонь и перевела к себе на запястье. — Расслабься.
Чжун Вэнь закусила губу, и её лицо залилось ещё более ярким румянцем.
— Приготовились, начали.
Лу Шуюй оставалась неподвижной, её улыбка была непринуждённой и нежной, в то время как Чжун Вэнь покраснела, как спелый помидор, и едва ли не сжалась в комок.
— Я больше не могу на это смотреть… — закрыла лицо руками Цзян Фэй, словно видя в этом отражение самой себя.
— Ну же, — пришла на помощь Сок И. — Обратный отсчёт: три…
Лу Шуюй наконец приложила усилие, но тут же сбавила натиск, прежде чем коснуться стола, так что тыльная сторона ладони Чжун Вэнь лишь на мгновение легко чиркнула по поверхности.
Касание длилось меньше секунды — лёгкое и мягкое, словно поцелуй стрекозы на водной глади.
Чжун Вэнь едва не подпрыгнула от неожиданности.
Остальные сочли это лишь проявлением смущения, а Лу Шуюй была полностью сосредоточена на соревновании и с улыбкой назвала имя следующей участницы.
И лишь Ся Лэшуан слегка опустила взгляд, а её улыбка стала неестественной.
Цзян Фэй держалась намного увереннее Чжун Вэнь — было заметно, что она занималась спортом.
Но не сказать чтобы сильно.
Она потерпела поражение:
— Режиссёр Лу, покончите со мной как можно быстрее.
— Ладно, любое желание исполнимо, — улыбнулась Лу Шуюй.
Тан Цзяхэ и Хэ Вэньинь обладали неплохой физической силой, поэтому Лу Шуюй решила действовать быстро, чтобы сберечь силы.
— Мы тут просто массовка, — Цзян Фэй прижалась к Чжун Вэнь и вздохнула. — Режиссёр Лу даже не пытается играть всерьёз.
И она была права: хотя Лу Шуюй всегда держалась непринуждённо, в моменты сосредоточения всё выглядело иначе, особенно её янтарные глаза — чем больше она концентрировалась, тем ярче они сияли.
— Я тоже буду стараться! — неожиданно произнесла Чжун Вэнь.
— А? — Цзян Фэй не сразу поняла.
— Стану таким же крутым человеком! — улыбнувшись, пояснила Чжун Вэнь.
— Пф… — рассмеялась Цзян Фэй. — Запала на режиссёра Лу?
Чжун Вэнь снова покраснела, но отрицать не стала.
— Спасибо, Вэньинь! А теперь приглашаем одну из главных надежд нашей группы!
Когда Ся Лэшуан села напротив, Лу Шуюй на мгновение растерялась.
В самом начале старшей школы, когда они еще плохо друг друга знали, та сидела прямо перед ней. Общались они крайне мало, и у Лу Шуюй почти не осталось воспоминаний о тех днях.
Единственное, что врезалось в память: Ся Лэшуан пострадала от шуток баловавшихся одноклассников и свалилась на пустующее кресло перед ней.
Они внезапно встретились взглядами — в воздухе повисла странная неловкость, но Ся Лэшуан, казалось, ни капли не смутилась и с лучезарной, ослепительной улыбкой бросила ей:
— Приветик!
А теперь…
Ся Лэшуан научилась искусной маскировке, и на её лице всегда застывала эта стандартная дежурная улыбка, за которой невозможно было разглядеть истинные чувства.
— Режиссёр Лу, — произнесла она. — Старые знакомые, проявите милосердие.
— Раз уж мы старые знакомые, — тоже улыбнулась Лу Шуюй, — то тем более не стану поддаваться.
— Ух ты! —
Главы остальных выражали преувеличенное изумление, а Цзян Фэй и вовсе шутливо закричала:
— Бейся! Давай дерись!
— Даже ради старой знакомой режиссёр Лу не хочет делать поблажек, — покачала головой Тан Цзяхэ. — Настоящая железная леди, беспристрастный режиссёр Лу!
В этот момент Чжун Вэнь неожиданно подняла руку и серьезно спросила:
— У режиссёра Лу есть пара? Нужна? Мы можем познакомить…
— Так, может, сделаете исключение?
Цзян Фэй широко распахнула глаза, и переход от удивления к одобрению занял у неё ровно секунду:
— Точно, как вам режиссёр Лу?
— Мы познакомим вас с кем-нибудь, а вы сжальтесь над нами!
Этот неожиданный поворот возник неслучайно — отчасти потому, что Ся Лэшуан только утром получила травму, отчасти ради того, чтобы добавить шоу интриги.
В конце концов, сценария не было, и все действовали экспромтом.
Неожиданно Лу Шуюй приподняла брови, посмотрела на Ся Лэшуан и с улыбкой произнесла:
— Простите, у меня есть любимый человек.
Она улыбалась, но в её глазах мелькнул странный, яркий огонёк, и Цзян Фэй даже показалось, что в этом взгляде читается вызов.
— Какая же вы бессердечная, режиссёр Лу… — она схватилась за сердце.
— Так, приготовились…
Все затаили дыхание в ожидании результата.
— Начали!
— Ой?!
Ся Лэшуан проиграла.
Это произошло практически мгновенно — так быстро, что Лу Шуюй даже широко раскрыла глаза, потеряв свою обычную невозмутимость.
Ся Лэшуан схватилась за руку и виновато улыбнулась:
— Простите, внезапно свело судорогой.
Её улыбка была вымученной и неловкой, в точности передавая картину сильной боли. Присутствующие тут же встревожились, а Лу Шуюй и вовсе вскочила на ноги:
— Пошли, в больницу.
Её брови были нахмурены, лицо выражало крайнюю серьёзность, а во взгляде читалось самое искреннее беспокойство.
Услышав это, Ся Лэшуан подняла голову и встретилась с этими полными подлинной заботы глазами.
Когда-то давно, когда Лу Шуюй ещё не была такой жизнерадостной, она точно так же беспокоилась о ней.
Удивительно, но застарелая горечь в сердце растворилась в один миг.
— Всё в порядке, — не удержавшись, улыбнулась она. — Уже не болит.
Боясь, что Лу Шуюй ей не поверит, она вытянула руки и свободно покрутила ими в разные стороны, не испытывая ни малейшего дискомфорта.
Все присутствующие облегчённо выдохнули.
Сок И хлопнула в ладоши:
— Тогда давайте посмотрим повтор, возможно, этот момент придется переснять.
На съёмочной площадке этот небольшой инцидент с травмой мог показаться незначительным, но при монтаже всё могло выглядеть совсем иначе.
Посмотрев повтор, она повернулась к Лу Шуюй, и та произнесла:
— По моему личному мнению…
— Лучше переснять предшествующий фрагмент.
— Выступление Ло Хань оставить, а эту сцену полностью вырезать.
Утренний эпизод с травмой Ся Лэшуан изначально планировали удалить — не только из опасений навредить репутации шоу, но и чтобы уберечь гостью от негативных разговоров о том, что она якобы «спекулирует на жалости».
— Я не против, — тут же согласилась Ся Лэшуан.
— А вы? — Сок И посмотрела на остальных участниц. — Каждая из вас вложила немало сил в этот эпизод, вы согласны аннулировать его?
Девочки выгляде наконец удивлёнными, словно не ожидали, что с ними станут советоваться. Наконец, переглянувшись, Ло Хань сказала:
— Мы доверяем решению режиссёра и будем следовать плану.
Лу Шуюй попросила Чи Шань снова включить запись, и съёмочная группа приступила к повторному дублю.
— Приготовились…
Тан Цзяхэ повторила своё недавнее движение и посмотрела на Ся Лэшуан и Ло Хань:
— Кто из вас, Хань-цзе или Лэшуан, пойдет последней?
На этот раз заговорила не Ся Лэшуан, а Ло Хань:
— Давай я. Как и в случае со скалолазанием, я задам тон.
— Хорошо, — улыбнулась Ся Лэшуан. — Без проблем.
Соревнование по армрестлингу завершилось победой Ло Хань.
— Ух ты! — захлопала в ладоши Цзян Фэй. — Хань-цзе просто супер!
Лу Шуюй извлекла заготовленный шар с буквой N:
— Поздравляю всех! Вы выиграли инициальную букву N!
— Игра на знание блюд начинается!
Шесть участниц не успели подготовиться, но столкнувшись с едой, продемонстрировали взрывную реакцию. Возглавляемая самой расторопной Цзян Фэй команда быстро и слаженно перечислила меню целого пира из говядины.
— Вау… — восхищённо захлопала в ладоши Чи Шань. — Это и есть командный дух?..
Все дружно рассмеялись.
На этом съёмки первого этапа посиделок с хого подошли к концу. Лу Шуюй хлопнула хлопушкой, объявляя об окончании работы, и добавила:
— Когда подадут еду, шесть уважаемых наставниц могут как следует поесть и пообщаться в своё удовольствие.
— Эту часть мы выпустим в формате дополнительных пасхалок, так что десяти минут эфирного времени вполне хватит, не переживайте из-за хронометража.
— Тук-тук… —
Едва она умолкла, раздался стук в дверь. Чэнь Цянь, сидевшая ближе всех к выходу, отворила дверь и, увидев знакомое лицо, удивленно произнесла:
— Директор Минь?
Не только она — все в комнате замерли с точно такими же выражениями лиц. Минь Утун не удержалась от смеха:
— Что за негостеприимство? Смотрите на меня так, будто призрака увидели.
В конце концов, она предупредила Сок И перед тем, как подняться наверх.
— И кто же виноват, что вы устраиваете такие сюрпризы? — вздохнула Лу Шуюй.
Минь Утун захлопнула за собой дверь, быстрым шагом подошла к ней и обвила руками её шею:
— Неблагодарная девчонка, я ведь всё это ради кого делаю?
Не успела Лу Шуюй ответить, как та ловко перехватила рвавшуюся сбежать Чи Шань:
— Куда это режиссёр Чи собралась?
Чи Шань натянуто улыбнулась:
— Пойти заказать блюда для наставниц…
Она хитро блеснула глазами и добавила:
— И заодно попросить дополнительное место для директора Минь! Я слышала, тут есть небольшие кабинетки на четверых, если нужно, я схожу узнать?
Сок И невольно рассмеялась и покачала головой:
— Ну и соображалка же у тебя работает.
Увидев это, Минь Утун отпустила Чи Шань и с улыбкой произнесла:
— Тогда вся надежда на режиссёра Чи.
После этого она обратилась к группе участниц:
— Вы отлично потрудились на съёмках, дорогие наставницы. Не беспокойтесь о кошельке режиссёра Лу, сегодня угощаю я, заказывайте всё, чего душа пожелает!
— Ух ты! — тут же отозвалась Цзян Фэй. — Спасибо, директор Минь!
Остальные гостьи тоже пришли в себя и, благодаря хозяйку, проводили глазами Минь Утун, которая уводила за собой Лу Шуюй.
— Похоже, те слухи правдивы… — произнесла Тан Цзяхэ.
— Какие слухи? — поспешно спросила Чжун Вэнь.
— Директор Минь и режиссёр Лу, — понизив голос, ответила та. — Они пара.
Стоило Тан Цзяхэ произнести эти слова, как в тишине раздались не только испуганные вздохи, но и глухой стук.
Ло Хань испуганно воскликнула:
— Лэшуан, с твоей рукой всё в порядке?
Ся Лэшуан сжала пальцы в кулак, в то время как ударившийся о спинку кресла палец пронзила онемевшая, ноющая боль.
— Всё хорошо, — улыбнулась она. — Не болит.
Глава 12. Иллюзия растопленного льда.
Из-за работающей съёмочной аппаратуры они не стали продолжать этот разговор. К счастью, вскоре принесли основные блюда, и все молча сошлись на том, что лучше сначала поесть.
Утолив голод, Тан Цзяхэ подняла голову, вновь беря на себя роль ведущей этих посиделок с хого.
— Давайте поговорим о том, что любят зрители и фанаты.
Ло Хань кивнула в ответ:
— Хорошо.
— Может, начнём с того, как у кого дела в последнее время? — предложила Цзян Фэй.
За исключением Цзян Фэй, все остальные участницы в прошлом уже познали вкус славы и обладали определённой базой преданных поклонников. Теперь же, вернувшись на экраны, они наверняка вызывали немало любопытства у публики.
Хэ Вэньинь кивнула, но добавила:
— Только давайте выбирать что-нибудь полегче?
Ло Хань не удержалась от улыбки:
— О чём-то тяжёлом в эфире всё равно не расскажут.
Она пошутила, но атмосфера за столом от этих слов немного помрачнела, и Ло Хань поспешно добавила:
— Простите, это я брякнула лишнего.
— Что ты, — покачала головой Тан Цзяхэ. — Мы не виним тебя.
Видя это, Хэ Вэньинь поспешила сменить тему:
— Кстати говоря, моя дочка просто без ума от Хань-цзе, она раз пять пересматривала ту её драму о юристах.
Так, под поднимающийся от кастрюли пар, завязалась тёплая и уютная беседа между коллегами.
Ся Лэшуан выглядела так, будто до смерти проголодалась: за исключением редких моментов, когда она дежурно поддерживала общую беседу, её палочки практически не останавливались — она была целиком поглощена едой.
http://bllate.org/book/34079/4195913
Готово:
