Му Шуантин слегка приподняла голову и посмотрела на Чэн Цзяхэ. Внутри неё уже не было прежней паники, и изнемогая от нахлынувшего любопытства, она не удержалась и спросила:
— Я видела в интернете новости о том, что ты отказалась от участия в турнире. Всё так серьезно?
— Ничего серьезного.
Чэн Цзяхэ сделала маленький глоток супа с фрикадельками и ответила так непринужденно, словно это её вовсе не касалось:
— Просто теперь мне, возможно, придется возвращаться домой чуть позже.
— Главное, что всё в порядке.
Боковым зрителем заметив лежащий рядом бумажный конверт, Му Шуантин с улыбкой взяла его и протянула свидетельство о праве собственности на жилье прямо перед Чэн Цзяхэ:
— Смотри, бабушка уже купила нам квартиру для новобрачных. Как только мы всё обустроим, сразу сможем переехать.
Рука Чэн Цзяхэ с палочками замерла.
Изначально она планировала сама купить жилье для свадьбы, но теперь вполне могла понять поступок госпожи Цзин, которая решила преподнести им квартиру в подарок.
Чэн Цзяхэ слегка улыбнулась:
— Хорошо.
Лицо Му Шуантин тут же расплылось в широкой, счастливой улыбке:
— Мало того, бабушка уже разрешила мне выйти на работу в компанию, и сейчас я уже изучаю системные материалы.
Чэн Цзяхэ приподняла брови и кивнула в знак поздравления:
— Тогда тебя стоит поздравить.
— Хе-хе.
Продолжая говорить, Му Шуантин становилась всё более воодушевленной. Она тут же принялась сравнивать бабушку с Чжан Цяном, и голос её стал тяжелее:
— Ты даже не представляешь, мой отец прислал мне сообщение с приглашением на ужин. Когда мы туда вернемся, обязательно сдерем с него три шкуры.
Чэн Цзяхэ молча слушала, как вдруг её озарила догадка.
В прошлой жизни она расследовала отношения между Му Шуантин и старой госпожой и знала, что они были крайне натянутыми. Для Чэн Цзяхэ стало неожиданностью, что в этой жизни они оказались настолько близки.
Впрочем, госпожа Цзин действительно очень любила Му Шуантин: после своей кончины она оставила внучке немало имущества и даже позволила унаследовать компанию.
В сердце Чэн Цзяхэ зародилось одно предположение.
Казалось, что её «насильственное» сближение с Му Шуантин после перерождения действительно способно кое-что изменить.
Неужели это значит, что судьба Му Шуантин больше не повторит трагический путь прошлой жизни…
Заметив, что Чэн Цзяхэ молчит, а выражение её лица стало необычайно серьезным, Му Шуантин тут же перестала улыбаться и нерешительно спросила:
— Что такое?
Чэн Цзяхэ быстро совладала со своими эмоциями, и её взгляд, обращенный к Му Шуантин, смягчился:
— Если мы соберемся делать свадебные фотографии, у тебя есть какой-то определенный стиль, который тебе очень хочется снять?
Му Шуантин замерла.
Она никак не ожидала, что Чэн Цзяхэ думает о свадебной фотосессии, и от волнения чуть не заикалась:
— Вс… всё равно, мне любой подойдет.
Видя её смущение, уголки губ Чэн Цзяхэ тронула легкая улыбка:
— Если ты еще не решила, мы можем на досуге заранее записаться в салон свадебных платьев и посмотреть, какие стили сейчас популярны.
— Мм.
В голосе Му Шуантин послышались нотки радости, а в душе даже забрезжило какое-то робкое предвкушение.
— Кстати, сегодня утром со мной связывался секретарь Лю.
Вспомнив утренние документы, Му Шуантин нервно покусывала кончик палочки, говоря очень тихо:
— О необходимости подписания брачного договора я узнала только сейчас. Тебе не кажется это неприятным?
— Его нужно подписать.
Голос Чэн Цзяхэ звучал совершенно спокойно, а когда она посмотрела на девушку, в ее улыбке таился скрытый смысл:
— Подписание брачного контракта — это гарантия имущественных прав в браке, а также выражение нашего отношения к нему. Я серьезно отношусь к нашему союзу, ты ведь понимаешь это?
— …
Му Шуантин уловила смысл слов Чэн Цзяхэ, и ее сердце забилось быстрее, помимо ее воли.
— Я тоже отношусь к этому серьезно.
Му Шуантин набрала в грудь воздуха и поспешила заверить ее:
— Я тоже настроена серьезно. Пока ты сама не захочешь со мной развестись, я в жизни от тебя не уйду.
— Хорошо.
Чэн Цзяхэ с улыбкой кивнула и положила ей в тарелку креветку:
— Ешь давай.
Глядя на креветку в своей тарелке, Му Шуантин уже хотела было спросить, почему та согласилась отказаться от пятнадцати процентов акций группы, но слова, подступив к самому горлу, застряли.
Ответ уже был очевиден.
Му Шуантин прищурилась и с глуповатой радостью принялась за еду, уплетая все за обе щеки.
Как бы то ни было, она никому не позволит обидеть Чэн Цзяхэ.
Вернется домой — сразу же зароется в сейф.
-
После обеда Му Шуантин предстояло пройти сегодняшний сеанс иглоукалывания.
Чэн Цзяхэ предложила ей подождать в кабинетишке доктора Ван, пообещав сразу после завершения всех дел в Академии вэйци приехать за ней на машине.
Уголки губ Му Шуантин тронула сладкая улыбка:
— Хорошо, тогда я буду ждать тебя.
— Договорились.
Чэн Цзяхэ улыбнулась ей в ответ и кивнула.
Проводив взглядом удаляющуюся машину, Чэн Цзяхэ слегка прищурилась и лишь тогда отвела глаза.
Вечером Чжан Цян звал их на ужин.
Судя по прежним расследованиям Чэн Цзяхэ, нынешний Чжан Цян уже давно строил козни против Му Шуантин, прикрываясь фальшивой отцовской любовью. Надо полагать, сегодняшний вечерний пир не сулил ничего доброго.
Чжан Цян был способен на любые подлости, именно он стал главным виновником, толкнувшим Му Шуантин к гибели. В прошлой жизни Чэн Цзяхэ не смогла собственными руками притащить его к ответу…
Но в этой жизни она ни за что не позволит ему жить так беззаботно.
Последние пару дней Чэн Цзяхэ тайком подсылала людей следить за Чжан Цяном, желая добыть компромат на этого человека — эту смертельную занозу следовало вырвать как можно раньше.
К тому моменту, когда небо начало постепенно темнеть, Чэн Цзяхэ как раз закончила партию в го. Попрощавшись со всеми, она спешно направилась на парковку.
В этот самый момент Чэн Цзяхэ заметила знакомую хрупкую фигурку, и ее сердце испуганно ёкнуло.
— ЦАО Юнь! — окликнула она и, почти не веря своим глазам, быстрым шагом направилась к ней.
ЦАО Юнь, представлявшая Академию вэйци на выездном международном товарищеском матче, только что вышла из машины по возвращении в академию, как вдруг услышала, что ее кто-то зовет.
ЦАО Юнь машинально нахмурилась:
— Зачем ты меня зовешь?
Услышав не слишком дружелюбный тон Цао Юнь, Чэн Цзяхэ неловко замерла.
В прошлой жизни они обе выступали в разных группах, их очки шли ноздря в ноздрю, и многие в академии постоянно сравнивали их друг с другом, из-за чего за спиной у них царили крайне холодные отношения.
Но никто и предположить не мог, что в прошлой жизни, перед самым важным международным турниром, у Цао Юнь вдруг пошла носом кровь и она потеряла сознание. Очнувшись, она узнала, что у нее опухоль в мозгу…
Рак последней стадии, и не прошло и двух месяцев, как ее не стало.
В семье Цао Юнь царило пренебрежение к девочкам, и ради игры в го ей пришлось пережить немало лишений, пробиваясь шаг за шагом из бедной глубинки до профессионального игрока Академии вэйци Ганьду.
Если бы не ее талант к го, родные наверняка давно выдали бы ее замуж по расчету.
Тогда все ужасно сокрушались.
Небеса завидуют талантам.
Если бы болезнь обнаружили чуть раньше, Цао Юнь не ушла бы из жизни так рано.
Бросив взгляд на любопытные лица вокруг, Чэн Цзяхэ мягко улыбнулась Цао Юнь:
— Смотрю я на тебя, а цвет лица у тебя неважный. Ты не замечаешь ничего странного?
Цао Юнь помрачнела:
— Ты можешь сказать хоть что-нибудь хорошее?
— Я не желаю тебе зла.
Чэн Цзяхэ постаралась сделать голос как можно более дружелюбным:
— Может, сходишь в ближайшее время на медицинское обследование? Здоровье превыше всего.
Цао Юнь уставилась на нее так, будто увидела призрак:
— Чего тебе вообще надо?
— У меня нет никаких дурных мыслей.
Чэн Цзяхэ и сама понимала, что ее внезапные «советы» выглядят так, будто она замышляет что-то недоброе, но, стиснув зубы, настояла на своем:
— В общем, если будет возможность, пройди медосмотр в ближайшее время. Здоровье — это самое главное.
У Цао Юнь прихватило живот, и она не придала ее словам никакого значения, считая, что стоящая на пути Чэн Цзяхэ только путается под ногами:
— Знаю я, знаю, отвяжись ты уже.
С этими словами Цао Юнь оттолкнула Чэн Цзяхэ и убежала.
Чэн Цзяхэ: «…»
Ха.
Вот ведь…
Добрыми словами не спасти того, кто сам стремится в могилу.
Чэн Цзяхэ знала, что Цао Юнь ей не поверит.
Оставшееся время прошло гладко: Чэн Цзяхэ забрала Му Шуантин из медицинского центра и повезла ее в дом семьи Чжан.
Цель визита Му Шуантин на этот раз была предельно проста.
Заставить Чжан Цяна раскошелиться и ободрать его как липку.
Чем ближе машина подъезжала к коттеджному поселку Чжан Цяна, тем сильнее нарастала тревога в душе Му Шуантин. Она инстинктивно перевела взгляд на сидевшую за рулем Чэн Цзяхэ, и лишь тогда на сердце стало чуточку спокойнее.
— Чэн Цзяхэ, — в голосе Му Шуантин звучала непривычная серьезность. — Когда мы вернемся, мой отец наверняка наговорит всяких гадостей. Не принимай это близко к сердцу, просто считай, что он пустой звук издает.
Чэн Цзяхэ взглянула на нее, легко улыбнулась и кивнула:
— Хорошо, как скажешь.
Глава 14 Счастье
Глава 14:
Десять минут спустя машина остановилась перед воротами небольшого особняка.
Му Шуантин уже вернула себе строгий вид и под руку с Чэн Цзяхэ вошла во двор.
— Старый Чжан, Шуантин вернулась, — раздался голос Лян Я, которая в сопровождении служанки с огромным животом шествовала к ним со стороны сада.
Стоило Му Шуантин войти во двор, как она тут же заметила беременную Лян Я, и в уголках ее глаз мелькнуло раздражение.
Чжан Цян радостно выплыл из гостиной, толкая перед собой пустое кресло-коляску:
— Знал, что ты вернешься. Смотри, твоя тетушка специально купила для тебя это сокровище — инвалидное кресло, даже украсила его твоими любимыми розовыми стразами. Садись скорее, примерь?
Му Шуантин холодно фыркнула.
Сначала намеренно повредить ей ногу, а потом притворно дарить инвалидное кресло…
И впрямь заботливый папаша.
Чэн Цзяхэ приподняла брови и тут же вежливо отказалась:
— Врачи говорят, что сейчас она находится в периоде восстановления, и ей вредно сидеть в коляске.
Чжан Цян бросил на Чэн Цзяхэ косой взгляд и подумал, что лицо девушки кажется ему смутно знакомым — будто он уже где-то ее видел.
Не успел он ничего сказать, как рядом раздался всхлип Лян Я:
— Ой.
— Что такое?
Обеспокоенный Чжан Цян развернул коляску в другую сторону, усаживая туда Лян Я:
— Малыш снова пинается?
— Что ты такое говоришь, — с кокетливой улыбкой отозвалась Лян Я, словно только сейчас заметив Му Шуантин и остальных. Улыбнувшись, она произнесла: — Шуантин, раз уж кресло тебе не по душе, тетушка подарит тебе пару комплектов украшений, когда вы соберетесь уходить. Твой отец ведь просто переживает за тебя и хочет, чтобы ты поскорее поправилась.
— Прекрасно, — глядя на притворно хрупкий вид Лян Я, Му Шуантин мягко улыбнулась. — Раз уж тетушка решила сделать мне подарок, я сама выберу его, когда придет время. Вы ведь не против, тетушка?
http://bllate.org/book/34061/4192868
Готово:
