Кон Ту за первые двадцать пять лет своей жизни съел столько тушеной курицы в горшочке, что из костей можно было бы построить птицефабрику. Не то чтобы он её безумно любил, просто это блюдо было невероятно популярным: стоило пройтись по любой улице с едой, как на каждые три шага обязательно попадалось две такие забегаловки. Он и в страшном сне не мог представить, что, оказавшись в 404, не сможет расстаться с этим кушаньем.
И хозяином заведения, и поваром был Байли Си.
Войдя, Кон Ту не поверил своим глазам:
— Почему это ты?
— А почему это не я? — Байли Си, завязав передник и закинув ногу на ногу, ковырялся в смартфоне. — Ешь давай.
— Едим, едим! — Янь Линфэй быстренько отыскал свободный стул и застучал пальцами по столешнице. — Давай две порции тушеной курицы, поживее, нам еще на собрание идти.
Байли Си неторопливо возился в телефоне:
— Не спешите.
Янь Линфэй переспросил:
— Готовить будешь или нет?
Байли Си промолчал.
Тогда Янь Линфэй подтянул к себе Кон Ту:
— Ладно, делать нечего, пойдем в другое место.
Кон Ту подумал про себя: «Что тут вообще происходит?» — и тоже послушно поднялся, как вдруг Байли Си с явным раздражением отложил телефон:
— Сели.
Янь Линфэй тут же плюхнулся обратно на стул:
— Чуть поострее, без кинзы. — Затем повернулся к Кон Ту: — А тебе как?
Кон Ту пришлось снова сесть. Устало вздохнув, он произнес:
— Мне всё равно.
Байли Си закатил глаза:
— Всё равно не бывает.
Янь Линфэй кивнул:
— Тогда мне как обычно. Между прочим, у тебя отвратительный сервис, смотри, оставлю плохой отзыв.
Байли Си хлопнул себя по фартуку и скрылся на кухне:
— Испугал ежа голой жопой.
Как выяснилось, испугал — потому что в конце концов к заказу бесплатно приложили две бутылки газировки.
Кон Ту всё никак не мог взять в толк:
— С чего это ты вдруг научился готовить такую еду?
— Рецепт купил, — всё с тем же отстраненным видом ответил Байли Си, развалившись на стуле со смартфоном в руках. — Раньше сюда попал один парень из вашего двадцатого века, у него и перекупил.
Кон Ту с любопытством спросил:
— Кто?
Байли Си лениво бросил:
— Забыл, он всё равно быстро загнулся.
Кон Ту:
— ……
Байли Си вдруг о чем-то вспомнил:
— А у тебя есть еще какие-нибудь рецепты? Могу купить за деньги.
В голове у Кон Ту раздался мелодичный звон, и загорелась лампочка.
Байли Си мгновенно раскусил его мысли и с крайним недовольством предупредил:
— Сразу говорю, весь общепит здесь монополизирован мной. Если посмеешь составить мне конкуренцию, смотри, я тебя засужу и уничтожу.
Кон Ту помолчал немного и произнес:
— Помню, в студенческие годы я вами очень восхищался.
Подразумевалось, что нынешнее поведение старшего товарища вызывает лишь глубокое разочарование.
— Ох, — бесстрастно отозвался Байли Си. — Так продаешь или нет?
— У меня ничего нет, — Кон Ту откусил кусочек курицы. — Да даже если бы и было, ты всё равно не смог бы приготовить. Такие простые блюда — и те умудряешься испортить.
Байли Си:
— ……
Янь Линфэй грохнул со смеху:
— Ха-ха-ха-ха-ха-ха, кхе-кхе-кхе! — он неожиданно поперхнулся и зашелся кашлем, глаза мгновенно налились слезами. Приняв из рук Кон Ту стакан воды, он сделал пару глотков, но еще долго не мог отдышаться.
Байли Си бросил на него ледяной взгляд и снова уткнулся в телефон.
Забегаловка была крошечной, всего-то четыре-пять столиков на всё помещение. Кроме них двоих, посетителей не было, так что бизнес, судя по всему, шел неважно.
Кон Ту прекрасно понимал причину такой непопулярности — готовил-то повар действительно отвратительно. Зато Янь Линфэй уплетав за обе щеки с таким видом, будто сроду ничего вкуснее не пробовал. Видимо, в древности с деликатесами было совсем туго.
Включив спасительный режим духовной защиты а-ля Ань Цюй, Кон Ту утешил себя тем, что по крайней мере в его эпохе дефицита вкусной еды не наблюдалось: всё, что полагалось, он попробовал, все положенные радости жизни познал, так что жизнь прожита не зря.
За ужин в итоге платил Кон Ту. Янь Линфэй пытался расплатиться сам, но тот не позволил и списал один балл выработки.
Янь Линфэй протянул:
— Ой, мне прямо неудобно перед тобой, Кан-цзай.
У Кон Ту сердце кровью обливалось — он ведь зарабатывал всего по баллу в день! Но вслух пришлось лишь выдавить:
— Ничего страшного, всё в порядке.
Увидев, что они закончили, Байли Си сбросил фартук, кое-как прибрался на столах и молча увязался за ними следом к выходу.
Кон Ту между делом бросил:
— Домой смены идешь?
— Какой к черту домой, — буркнул Байли Си. — На собрание иду.
Кон Ту взглянул на часы: девять пятьдесят. Возразить было нечего.
Янь Линфэй обнял его за плечи:
— Вот видишь, даже они вечно опаздывают.
Мысли Кон Ту в этот момент: «Да ты и сам не лучше».
Улицы тонули в тишине, троица неспешно направлялась к площади.
Сначала Кон Ту опасался, что из-за незнакомых людей атмосфера будет неловкой, но Янь Линфэй болтал без умолку всю дорогу, так что Кон Ту постепенно расслабился и, ввернув пару шуток-прибауток, тоже втянулся в разговор.
По дороге Байли Си снова вернулся к наболевшему:
— У тебя правда нет никаких рецептов?
Кон Ту с беззаботной улыбкой парировал:
— А как твои дела с бизнесом?
Байли Си тут же настороженно покосился на него.
— Да я не собираюсь отбирать у тебя хлеб, — успокоил его Кон Ту. — Сам-то я готовить не умею, просто интересно, как идут дела. Хотелось оценить, до какой степени жители 404 способны терпеть ужасную стряпню.
Байли Си:
— ……
Янь Линфэй снова громогласно расхохотался:
— Ха-ха-ха-ха-ха!
Когда они неторопливой, расслабленной походкой дошли до площади, там уже собралась приличная толпа.
Оуян Гэн сидел на краешке скамьи и, заметив их, приветливо мазнул рукой:
— О, явились.
Янь Линфэй отозвался:
— Ага, Кан-цзай угостил меня тушеной курицей.
— Неплохо, — кивнул Оуян Гэн. — Кан-цзай щедрой души человек.
Кон Ту чуть со страху не помер:
— Нет-нет-нет! Хотите, я и вас угощу? За мой счет!
Оуян Гэн покачал головой:
— Не надо, она невкусная.
Байли Си взревел белугой:
— Жить надоело, Оуян Гэн?!
Кон Ту опустился на землю прямо рядом с ними и поддакнул:
— И правда невкусная.
Янь Линфэй:
— Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!
Среди этой ночной прохлады Кон Ту вдруг с легким туманом в голове подумал, что такая жизнь на самом деле чертовски хороша. Общаться с умными людьми — сплошное удовольствие. Независимо от того, было ли это намеренным или нет, он не чувствовал ни малейшего отторжения или презрения с их стороны. За исключением чокнутого Байли Си, все держались приветливо и соблюдали комфортную дистанцию.
И это было прекрасно. Раньше Кон Ту и помыслить не мог, что человеческое общение способно приносить столько уюта.
Чжао Чжэн явился ровно в четверть одиннадцатого. Сходу подсев к их компании, он с легким удивлением произнес:
— Сегодня что-то рано собрались.— И не говори, — Чан Минмин отвинтил крышку бутылки и сделал жадный глоток. — А я уж думал, до одиннадцати проторчим.
— У меня есть вопрос, — подал голос Лу Банем. — Вы не заметили... Комаров тут не дофига ли?
Байли Си хмыкнул:
— Ты что, совсем дурак? Лишь когда тебе всю физиономию искусали в бугры, додумался заметить?
Янь Линфэй поднял руку с предложением:
— А давайте вокруг площади пару кругов пробежим, а?
— Кто хочет, тот пусть и бегает, — отрезал Байли Си.
Янь Линфэй поджал губы и пару раз смахнул воздух рукой.
Чан Минмин завел короткую прядь за ухо, и в свете уличного фонаря этот жест отчего-то показался почти мягким:
— К тридцатому веку комаров можно будет отыскать разве что в лабораториях. До того как попасть в 404, я отроду их не видела.
Лу Банем задумчиво протянул:
— Это в очередной раз подтверждает нашу догадку: этот город был построен еще до наступления тридцатого века.
— Не факт, — Чжао Чжэн небрежно закинул руку на колено; в отличие от своей обычной прямой осанки, сейчас он выглядел непринужденно и очень стильно. — Вполне возможно, что он возведен в неизведанном трехмерном пространстве. Мы провели здесь тридцать лет, и никто из нас не постарел — а подобное невозможно ни в одну эпоху.
Компания расселась под фонарем, отвлекаясь на периодические шлепки — народ вовсю отмахивался от комаров, продолжая дискуссию. Кон Ту поначалу планировал дождаться конца их дебатов, но вскоре понял, что тема уходит всё дальше в дебри и финала ждать придется до второго пришествия. Не выдержав, он робко предложил:
— Репеллент нужен кому-нибудь?
Все:
— ……
— Ты притащил с собой? — Чжао Чжэн застыл в полуулыбке. — Раньше не мог достать?
Кон Ту покрылся испариной:
— Я думал, он вам без надобности.
Оуян Гэн вздохнул:
— Кан-цзай, нас вообще-то тоже кусают, и зудит точно так же.
Янь Линфэй:
— Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!
— Да хватит тебе хахать! — не выдержал Байли Си. — Ты что, уошник?
Янь Линфэй демонстративно вытащил телефон:
— Смотри, отзыв тебе испорчу.
И пока на всей остальной площади то тут, то там раздавались шлепки по телам, в их маленьком уголке царила идиллия, густо сдобренная резким запахом репеллента.
В тот момент Кон Ту еще не осознавал, что в происходящем есть какой-то подвох, наивно полагая, что эти люди просто случайно сбились в кучку. Лишь когда официальная часть собрания наконец началась, до него дошло: похоже, перед ним замкнутая тусовка.
И он, судя по всему, в эту тусовку случайно втетехался.
— Бай Цзин мертв, — мягким, негромким голосом произнесла какая-то женщина. — Неизвестно, кто его прикончил. У кого какие соображения?
Кто-то выкрикнул из толпы:
— Да стопудово Байли Си!
Народ дружно заржал.
Кон Ту сперва ничего не понял и покосился на Байли Си, но тот с абсолютно наплевательским видом лишь презрительно фыркнул и продолжил пялиться в экран телефона.
— Хватит балаганить, — снова заговорила женщина. — Время позднее, все наверняка устали.
Кон Ту проследил за звуком и обнаружил обладательницу голоса: высокая темноволосая дама со стройной фигурой и фарфорово-белой кожей — воплощение классической восточной красавицы. Он понятия не имел, кто она такая и какую роль играет в этих собраниях.
— Докладываю, — внезапно поднял руку сидевший рядом с Кон Ту Янь Линфэй. — Мне кажется, это Бай Юйвэй.
Женщина перевела на него взгляд и улыбнулась:
— Обоснуй.
Кон Ту машинально посмотрел на Янь Линфэя и услышал, как тот полушутя-полусерьезно произнес:
— Когда мы участвовали в командных боях звездолетов, он был в перчатках, и я случайно заметил сочащуюся сквозь ткань кровь.
Женщина обратилась к сидевшему в самом углу мужчине с волосами до плеч:
— Бай Юйвэй, тебе есть что сказать в свое оправдание?
Бай Юйвэй медленно поднялся. Он обладал необычайно высоким ростом и широкими плечами, и даже простая футболка сидела на нем безупречно. Чуть вьющиеся волосы падали на плечи, смягчая черты его красивого, мужественного лица; от всего его облика исходила мощная, бьющая через край энергетика.
Кон Ту подумал о том, как же несправедлива судьба. Мало того что человеку отсыпали выдающегося ума, так еще и внешность подарили царственную.
Если не считать Чжао Чжэна и Янь Линфэя, то даже такие типы, как Лу Банем, Оуян Гэн или Байли Си, обладали вполне себе незаурядной внешностью.
Бай Юйвэй неторопливо поднял руки, демонстрируя их собравшимся:
— Кровь была чужая, шрамов на моих руках нет. Тогда я прикончил одного из рядовых бойцов флотилии, его кровь и брызнула мне на руки.
Янь Линфэй тут же парировал:
— А где ты был в момент гибели Бай Цзина?
— На звездолете, — ровным, лишенным эмоций голосом ответил Бай Юйвэй. — Мы шли по курсу, направляясь на помощь твоей армии.
— И ты был один.
— Только я один.
— Я подал сигнал тревоги в три часа дня, а Бай Цзин погиб в десять минут третьего. Ты что, взошел на борт заранее?
— Первым я получил сигнал тревоги не от тебя, а от Оуян Гэна.
При этих словах все вокруг разом уставились на Оуян Гэна.
Оуян Гэн с улыбкой отмахнулся:
— Я получил сведения о том, что готовится засада на планету, где находился Бай Юйвэй. Зная, что если передам всё как есть, он сорвется сломя голову, я намеренно передал ему искаженную военную сводку.
Дырки в этой версии торчали отовсюду. Женщина тут же уточнила:
— Откуда у тебя эти сведения?
— Это у нее надо спросить, — небрежно бросил Оуян Гэн. — Мы же вдвоем зачищали вражеские корабли. Неужели ты перед уничтожением не заглядывала в их полетные карты?
— Маршруты масштабного наступления на планету Бай Юйвэя были расписаны на три дня вперед, как раз на три часа дня.
Женщина холодно заметила:
— Я не заглядывала. У меня нет такой паранойи, как у господина Оуяна.
Оуян Гэн лишь усмехнулся и оставил реплику без ответа.
Кто-то из толпы крикнул:
— Господин Оуян, а номер звездолета вы помните?
— AX5784.
Все знали о феноменальной памяти Оуян Гэна, поэтому никто не усомнился в точности его слов.
— Планета Оракл, — произнес кто-то. — Планета Бай Юйвэя и этот мир враждуют уже много лет.
— Именно так, — подтвердил Оуян Гэн. — Поэтому я и не заподозрил подвоха. Но теперь судя по всему, это была дезинформация — в итоге та война так и не началась.
— Впрочем, ее могли отменить из-за тяжелых потерь в предыдущем столкновении.
Ситуация вновь зашла в тупик.
— В момент гибели Бай Цзина все его очки обнулились, кто-то присвоил его баллы, — женщина посмотрела на Бай Юйвэя. — Могу я взглянуть на твой баланс?
Бай Юйвэй перевел взгляд и в упор посмотрел на нее:
— Нет.
Отказ не сильно удивил женщину; пожав плечами, она протянула:
— Что ж, есть ли у тебя еще какие-то доказательства невиновности?
Кон Ту же был потрясен до глубины души. Тихонько качнувшись в сторону Чжао Чжэна, он шепотом спросил:
— После смерти баллы переходят к кому-то другому?
— Бывает и такое, — тоже понизив голос, объяснил Чжао Чжэн. — Если человека убил кто-то из местных, баллы забирает убийца. Но если это случайная смерть от рук внешних сил или естественный конец, очки остаются нетронутыми.
По спине Кон Ту пробежал липкий пот. Он ошеломленно уставился на собеседника.
Чжао Чжэн усмехнулся и похлопал его по плечу:
— Не переживай, такое случается редко. К тому же у тебя баллов кот наплакал, никто в здравом уме не станет тратить силы ради твоей мелочи.
Кон Ту даже не сообразил, радоваться ему или горевать.
«Ладно, пожалуй, порадуюсь», — подумал он.
http://bllate.org/book/34043/4190383
Готово:
