— Сначала подожди. Я хочу, чтобы, когда Чжан Цзушэн выйдет на свободу, ты намекнул ему вскользь, мол, я в уезде Хуан... — Чэнь Лидун сорвал третью травинку и принялся её теребить. — Посмотрим, вернётся ли он в родные края...
Чжоу Сыли вздохнул, не зная, что на это ответить, лишь произнёс:
— Сейчас ситуация неясна, решающих доказательств его вины нет. А если он, прижатый к стенке, пойдёт на крайние меры?
— Я буду очень осторожен, — Чэнь Лидун едва не общипал всю траву вокруг. — Я буду очень внимателен.
— ...Хорошо. Но в день, когда его выпустят, я тоже приеду в уезд Хуан. — Чжоу Сыли взглянул на часы, на самом деле до этого оставалось всего два дня. — А до тех пор не делай ничего слишком опасного.
Чэнь Лидун заверил его:
— Конечно, нет, я же просто приехал на отдых.
Истинно, просто отдых!
Сяо Юаньцю рядом пребывал в полнейшем недоумении, его процессор был готов перегреться, но даже после долгого поиска в базе данных ответа не нашлось.
[Только потому, что он тебя спонсирует, ты так его слушаешься и боишься?]
Чэнь Лидун моргнул:
— Разве?
Сяо Юаньцю ответил:
[Да!]
Лучше бы ты посмотрел на себя в зеркало. Ты ни с кем другим не вёл себя настолько осторожно.
Чэнь Лидун перевёл тему, достал телефон:
— Будем заходить в каждый магазин по порядку... Какой бы предлог придумать?
Сяо Юаньцю после короткого поиска предложил:
[Может, купишь лампочку?]
Чэнь Лидун слегка закатил глаза.
Он отправился в первый же магазин, хозяйственный магазин Фанфан. Когда он подошёл, женщина средних лет как раз поливала цветы у входа. Стоило взглянуть на неё, и он сразу понял — пришёл по адресу.
Приходилось признать, гены семьи Чжан Цзушэна были весьма стабильными: у всех было лицо, похожее процентов на пятьдесят.
Магазинчик был невелик, около пятидесяти квадратных метров, заставлен товарами так плотно, что казался тесным. С первого взгляда можно было заметить множество бытовых мелочей, у входа громоздились мусорные вёдра, вешалки, тазы и тому подобное.
Обычно покупатели просто стояли у входа и озвучивали, что им нужно, а хозяин помогал подобрать нужную модель или цену.
Как только Чэнь Лидун встал у входа, женщина средних лет обернулась и с любопытством спросила:
— Что-то нужно купить?
Чэнь Лидун слегка коснулся носа, немного смущённо:
— Можно просто посмотреть?
Женщина на секунду замерла, издав удивлённое а, но тут же опомнилась и махнула рукой:
— Смотри, только внутри тесновато, смотри не споткнись.
— Спасибо. — Чэнь Лидун сказал, что посмотрит, но на самом деле просто крутился у входа, заглядывая внутрь, а затем внезапно обернулся. — Сестра, можно я сфотографирую ваш магазинчик? Мне кажется, он очень колоритный. Вы продолжайте поливать цветы, я постараюсь не снимать ваше лицо, можно?
Хотя просьба была странной, женщина знала, что их уезд теперь считается туристическим, сюда часто приезжают за фруктами, и фотографировать всё подряд стало нормой. Она видела немало людей, которые ходили с кучей оборудования и что-то вещали на камеру.
— Снимай. — Женщина наклонилась и продолжила поливать цветы.
Это был красивый пышный куст: мелкие нежно-голубые пятилепестковые цветы собрались в соцветия, а ветки хаотично тянулись во все стороны.
— Как красиво, вы, наверное, давно его растите? — Чэнь Лидун менял ракурсы, интуитивно находя удачные кадры.
На снимке женщина, слегка согнувшись, поливала цветы, тёплый солнечный свет пробивался сквозь навес и ложился на волосы, создавая лёгкое золотистое сияние. Лейка была наклонена, мелкие капли воды орошали цветы, а на листьях играли радужные блики.
Сяо Юаньцю подлетел ближе и с удивлением отметил:
[Ты сделал отличный снимок.]
— Правда? — Чэнь Лидун даже немного загордился. Ему показалось, что он открыл в себе какой-то невероятный талант к фотографии, и, ожидая похвалы, показал снимки женщине. — Как вам?
Женщина посмотрела несколько раз и воскликнула:
— Ой, как красиво! И правда, замечательно получилось!
Чэнь Лидун решил ковать железо, пока горячо:
— Может, добавите меня в Вичате, я перешлю вам фото? Или мне зайти в копицентр и распечатать для вас?
Женщина посмотрела на молодого человека — совсем юный, улыбка приятная, вряд ли мошенник. К тому же соседи рядом, стоит позвать, и тут же набегут местные.
Она успокоилась:
— Давай добавляй.
Чэнь Лидун успешно добавил её в друзья, отправил оригиналы фотографий и заодно сделал комплимент:
— Сразу видно, что вы очень любите жизнь.
Женщина смущённо улыбнулась.
В этот момент маленькая девочка с хвостиком, потирая глаза, спустилась по лестнице со второго этажа. Подойдя ближе, она позвала маму, зевнула, привычно подставила маленький табурет у входа и подпёрла подбородок.
Женщина слегка потянула её за ухо:
— Опять не умылась? — Затем достала из кармана пять юаней. — Купи завтрак, поешь. Если что случится, звони.
Девочка взяла деньги, радостно кивнула и умчалась.
Чэнь Лидун захлопал глазами, с любопытством спросив:
— Эй, малышка не ходит в школу?
Женщина дёрнула уголком рта, улыбка вышла поверхностной и немного дежурной:
— Приболела, скоро снова пойдёт.
Чэнь Лидун решил не лезть с расспросами. Попрощавшись, он ушёл.
Девочка вприпрыжку добежала до ближайшей лавки с лапшой, купила порцию супа с лапшой за пять юаней навынос, попросив добавить побольше маринованной кислой редьки собственного приготовления. По пути она весело махала знакомым старшим и с радостью направилась домой.
Чэнь Лидун последовал за ней и тоже заказал миску лапши, усевшись прямо в лавке. В уши тут же полетели перешёптывания посетителей:
— Сяо Я, эта девчушка, всё ещё не ходит в школу?
— Нет, прячется от дедушки с бабушкой.
— Так ведь нельзя, как же ребёнок без школы?
— Кто бы спорил... Но дед с бабкой тоже перегибают палку!
— Ну, она ещё маленькая, ничего страшного, потом наверстает...
Чэнь Лидун прислушался, ничего не понимая, и решил с любопытством встрять в разговор:
— Прячется от дедушки с бабушкой? Почему это?
Местные за соседним столиком замялись, но один из них, любитель поболтать, с энтузиазмом взялся просветить:
— Эх, кто в уезде Хуан этого не знает? История долгая... Чжан Дая с родителями не в ладах. Недавно они приходили требовать денег, а когда не дали, заявились прямо в начальную школу к ребёнку. Чжан Дая так перепугалась, что вот уже несколько дней держит девочку дома.
Чэнь Лидун протянул о-о, притворяясь любопытным, хотя на самом деле так оно и было:
— А почему они не в ладах?
Глава 13
Раз уж делать всё равно нечего, а парень выглядит порядочным и разговорчивым — то и дело вставляет: О, вот как, Как много вы знаете, Вы так мудры, — почему бы не ответить? К тому же, это все и так знали.
Самый болтливый понизил голос и зашептал:
— Я слышал, что Чжан Даю тогда, по сути, продали старому Хуану. Иначе как сорокалетний мужик мог жениться на восемнадцатилетней девчонке?
Кто-то подхватил:
— Всё так и было. Я слышал, как родители старого Хуана рассказывали, скандал был жуткий. Тридцать лет назад, представляешь? Запросили с семьи Хуан двадцать восемь тысяч. Тогда приданое и выкуп обычно составляли две-три тысячи, сумма была огромная.
— Да уж, кто бы спорил. Хорошо, что старый Хуан любил жену, даже пошёл против своих родителей ради неё... Жизнь Чжан Даи потихоньку наладилась, а если бы нет...
Чэнь Лидун склонил голову:
— Раз так, почему родители Даи имеют наглость заявляться к ней?
— Тоже мне загадка... — один из мужиков, громко втягивая лапшу, вытер жир с губ и тоже недоумевал. — По идее, они ещё могут работать. Раньше ведь неплохо зарабатывали в Цзянчэне, а потом вдруг осели в деревне. Ладно бы урожай хороший выращивали, но у них там три-пять му — еле-еле хватает, чтобы с голоду не помереть, так, перебиваются случайными заработками... Вот и припёрло с деньгами, решили обобрать замужнюю дочь, да ещё и ту, которую сами же и продали. Приезжают два-три раза в год, вымогают деньги, неизвестно, что у них на уме — явно не хотят, чтобы ребёнок нормально жил.
Чэнь Лидун задумался, уткнувшись в свою лапшу. Ему даже не нужно было поддакивать — остальные сами продолжали сплетничать:
— Скупые до ужаса! Каждый раз приходят с пустыми руками, а из лавки Даи постоянно что-нибудь утаскивают. В прошлый раз Дая не выдержала, схватилась за метлу и выгнала их!
— А разве у них нет младшей сестры, которая, кажется, уехала в Цзянчэн?
— Далеко, не достать, вот и прицепились к Дае.
— А сын разве не остался? Почему к нему не идут?
— Эх, ты не знал? Этого сына никто в глаза не видел. Дая, кажется, как раз и вышла замуж потому, что этот сын натворил дел, кажется, выколол глаз однокласснику, нужны были деньги на лечение... подробностей не знаю, но итог такой. А когда бабушка Даи умерла, этот сын, похоже, украл деньги и сбежал, с концами...
— Воздаяние... — прошептал кто-то.
Наслушавшись вдоволь, Чэнь Лидун тихо сменил тему:
— Сяо Я такая послушная, она у них одна в семье?
— Да, одна. Дая с неё пылинки сдувает, боится, что что-нибудь случится.
— Когда в доме один ребёнок, присматривают внимательнее.
Доев лапшу, Чэнь Лидун снова оседлал велосипед и поехал кататься по окрестностям.
Сяо Юаньцю влетел в корзину на руле, с любопытством оглядываясь:
[Есть зацепки?]
— Не совсем ясные, но одно меня беспокоит.
[Что?]
— Чжан Яоцзу с женой, почему они сидят в деревне и боятся выйти на заработки? Они настолько бедны, что дошли до вымогательства денег у практически чужой им дочери. Неужели гордость совсем ничего не значит?
[Может, они... ленивые?]
— Не похоже. Тридцать лет назад им было всего по тридцать-сорок лет.
— Судя по словам соседей, Чжан Яоцзу и его жена, как только умерли их родители, а Чжан Цзушэн украл деньги и сбежал, похоронив стариков, вернулись в деревню и с тех пор почти не выходили оттуда.
http://bllate.org/book/34040/4190089
Готово:
