— Что? — Цин Юэбай поднял руку и указал на собственный уголок глаза.
Мгновенно сообразив, в чем дело, Цин Юэбай провел пальцем по уголку глаза и стремительно влетел во Дворец Белого Нефрита.
В Секте Тяньи имелось одно святилище, два зала и три пика, расположенных на холмах. Дворец Белого Нефрита служил резиденцией Цин Юэбая, под двумя залами подразумевались Зал Лотаня и Зал Трех Жизней, а три пика носили названия Пик Юньцин, Пик Юйцин и Пик Белых Облаков.
Нынче желавших вступить в секту адептов привели в Зал Трех Жизней, где у каждого по очереди проверяли духовные корни.
Юй Хуайци затесался в толпе, беззаботно прислонившись спиной к дверному косяку, и разглядывал стоявших перед ним юношей с самыми разными выражениями лиц.
На этот раз он переоделся в старые одежды, а лицо прикрыл полумаской. Несмотря на маскировку, его непринужденная манера держаться выдавала в нем молодого господина из бессмертной обители, из-за чего многие то и дело косились в его сторону.
И хозяин Пика Юньцин — Сюэ Юньцин — заметил его с первого же взгляда.
— Как тебя зовут? Подойди ближе.
Чистый и звонкий голос раздался прямо над ухом Юй Хуайци. Подняв голову, он увидел человека в белых одеждах с тремя золотыми кольцами, стягивающими запястья.
В тот же миг в сознании Юй Хуайци всплыло имя этого молодого мужчины.
Сюэ Юньцин.
Сюэ Юньцин был мастером меча и сильнейшим во всей секте, если не считать главу Фа Лотаня.
Взгляд Юй Хуайци чуть дрогнул и скользнул по сидевшим на возвышении достопочтенным старшим, но подходить к Сюэ Юньци он вовсе не собирался.
Он слегка помедлил, как вдруг снаружи кто-то воскликнул:
— Ой! Почему это пожаловал Глава Дворца?
Принцесса? Юй Хуайци на мгновение замер: откуда в этой секте взялась принцесса?
Инстинктивно он поднял голову — и в зале подобный жест совершил не он один.
Сотни пар глаз в тот же миг устремились к выходу, стремясь разглядеть, кто же эта принцесса. Однако в окутанных туманом дверях показался всего лишь один человек.
На нем было черно-красное одеяние, а длинные волосы удерживала на затылке простая ветка весеннего цветка. В ладони он сжимал белоснежный веер из бамбуковых костей.
Шел он легко и грациозно, напоминая парящую, невесомую ноту.
— Почему это его лицо прикрыто полумаской? — недоуменно произнес кто-то.
Взгляд же Юй Хуайци в ту самую секунду, как он увидел вошедшего, замер.
— А? — Цин Юэбай слегка склонил голову набок и уставился на Сюэ Юньцин. — Вторая старший брат, а где глава?
При виде его лицо Сюэ Юньцин помрачнел, а в голосе прорезалось скрытое раздражение:
— Цин Юэбай, кто тебя звал?
Рука Цин Юэбая, взмахивавшая веером, замерла.
Этот вопрос заставил атмосферу в зале стать странной и напряженной.
Кто-то широко раскрыл глаза и зашептал соседу, делясь сплетнями:
— Цин Юэбай?! Так это и есть Цин Юэбай?
— Ну и что с того, что Цин Юэбай? Чему вы так удивляетесь?
— Да вы что? — тот оглянулся с недоуменным видом и зашептал в ответ: — Вы что, романов-свитков не читали? Он же хозяин Дворца Белого Нефрита!
Судя по такому отношению, неужели народные слухи правдивы?
Ходили слухи, что Сюэ Юньцин тайно влюблен в главу Фа Лотаня, но тот всем сердцем благоволит лишь никчемному младшему соученику, из-за чего Сюэ Юньцин и Цин Юэбай не ладят друг с другом.
— Разумеется, меня позвал старший брат глава, — Цин Юэбай прикрыл веером половину лица, а его глаза под маской лукаво изогнулись в улыбку.
Лицо Сюэ Юньцин позеленело, и он поднялся со своего места.
— Старший брат ушел в затворничество еще два дня назад и даже дела Сходства Облачного Заракала переложил на меня! С чего бы ему звать тебя?! Хотел прийти поразвлечься — так и скажи, не прикрывайся именем главы!
Он и прежде терпеть не мог Цин Юэбай: во-первых, из-за того, что тот уступал ему в силе, а во-вторых, он считал Цин Юэбая дармоедом, который сидит на шее у секты. За столько лет он создал лишь одно заклинание, с гор спускался считанные разы, а целыми днями только и делал, что торчал в своем Дворце Белого Нефрита на отведенном клочке земли.
Кроме как есть и спать, он только и умел, что прыгать повсюду в пределах секты!
Подумав об этом, Сюэ Юньцин еще раз неприязненно зыркнул на него, и отвращение так и читалось на его лице.
Он и не подозревал, что на сей раз Цин Юэбай и впрямь был несправедливо обижен, но к счастью, тот обладал превосходной способностью адаптироваться к обстоятельствам. Сделав шаг в сторону, он перевел взгляд на толпу стоявших в зале адептов.
— С чего это — поразвлечься? Разве я не могу тоже захотеть взять ученика?
При упоминании учеников Сюэ Юньцин наконец вспомнил, зачем собирался это сделать, и его взгляд вновь упал на того юношу, которого он хотел забрать к себе.
Вытащив меч, он указал ножнами на Юй Хуайци.
— Ты, иди сюда, я посмотрю твои духовные корни.
Если не вглядываться, то и не заметишь, а пригляделся — и этот тоже в маске. Сюэ Юньцин тут же нахмурился, выражая крайнее недовольство:
— Почему прячешь лицо под маской и боишься показаться людям?
Цин Юэбай заподозрил, что тот намекает на него самого, и тихо кашлянул:
— Вторая старший брат, я…
— Я не о тебе! — перебил его Сюэ Юньцин. — Я знаю, почему ты ношишь маску!
— А почему эта бессмертная достопочтенная особа носит маску? — подал голос Юй Хуайци, проявляя некоторое любопытство.
— Скрывает уродство, — без малейших колебаний ответил Сюэ Юньцин, и на его лице отчетливо проступило отвращение.
Брови Юй Хуайци слегка приподнялись, а в глазах мелькнуло нечто вроде насмешки.
Сюэ Юньцин все такой же нетерпимый к нему, как и прежде… — ворчал про себя Цин Юэбай, снова переводя взгляд на толпу.
Он-то вовсе не собирался никого брать в ученики, а явился лишь для виду.
Но все же — то ли тот адепт перепутал слова, то ли Сюэ Юньцин нарочно заставил его явиться сюда и выставить себя посмешищем?
Цин Юэбай нахмурился и, размышляя над этим, краем глаза заметил, как Сюэ Юньцин проверяет духовные корни того адепта в маске.
Он помнил описание духовных корней в этом романе под названием «Непревзойденный владыка демонов»: существовали Святой Духовный Корень и обычные корни металлической, деревянной, водяной, огненной и земляной стихий, причем Святой Духовный Корень считался наилучшим.
«Непревзойденный владыка демонов» была книгой, которую смотритель зоопарка читал и слушал чаще всего, когда он еще жил в современности. В ней рассказывалось о полукровке, прошедшем путь от полного ничтожества до обладателя всего на свете, причем на этом пути погибло множество людей.
Когда он услышал в аудиокниге момент гибели родителей главного героя, крошечный, размером с ладошку павлин искренне пожалел его и даже уронил две слезинки.
Тогда этот случай даже сняли на видео пользователи сети с заголовком: Нажми и смотри! Неземные слезы нефритового павлина из такого-то зоопарка!
Позже он и вовсе очерствел.
Каждый раз, когда главный герой сталкивался с кризисом, включая, но не ограничиваясь смертью жены, смертью родителей, смертью приемных родителей…
Короче говоря, стоило принести в жертву кого-то из близких, как магическая сила героя становилась беспредельной.
Каждая подобная жертва делала способности главного героя все мощнее и мощнее.
Мысленно иронизируя над этим, Цин Юэбай воспользовался тем, что смотритель отсутствовал, и тайком листал его телефон, читая роман, отчего даже заработал близорукость.
Изначально он был обычным диким павлином, обитавшим на воле, но позже попал в зоопарк, и многие говорили, что у него особая порода — вроде бы павлин, а вроде и нет.
Впрочем, почему павлин, страдающий близорукостью и обладающий собственной волей, не может считаться особенным?
— У тебя Святой Духовный Корень. — Голос Сюэ Юньцина внезапно вернул Цин Юэбая из раздумий в реальность.
Святой Духовный Корень? Во взгляде Цин Юэбая мелькнуло удивление, и он посмотрел на адепта в маске: неужели этот парень точно так же, как и главный герой, обладает Святым Духовным Корнем?
Однако он отчетливо помнил, что в оригинальной книге главный герой вообще не приходил в Секту Тяньи, а сама секта служила лишь фоном для финальной битвы бессмертных и демонов, упоминаясь лишь сухой фразой: погибли бесчисленные адепты, и секта канула в лету.
Неужели это и есть главный герой? Цин Юэбай прищурил глаза.
Со Святым Духовным Корнем можно было культивировать абсолютно все, все зависело лишь от выбранного пути. За тысячелетия в этом мире появлялось всего пять обладателей Святого Духовного Корня.
И каждый из этих пятерых был известен на весь свет.
— Святой Духовный Корень встретишь нечасто, — подал голос поднявшийся со своего места хозяин Пика Белых Облаков Линь Байюнь. Будучи мастером пилюль, он круглый год носил небесно-голубые одежды, и от него разило ароматом лекарственных эликсиров, стоило только подойти поближе.
Воспользовавшись тем, что всеобщее внимание переключилось на Юй Хуайци, Цин Юэбай, напротив, вздохнул с облегчением. Он вальяжно откинулся на спинку своего кресла достопочтенного владыки, слегка покачивая в руке складной веер, и с усмешкой произнес:
— Подумать только, среди нынешних адептов нашелся обладатель Святого Духовного Корня — старшие братья, на этот раз вам несказанно повезло.
Практикующие в этом мире делились на ступени Очищения Дыхания, Закладки Основания, Золотого Ядра, Зарождающейся Души, Превращения Божества, Великой Колесницы и Преодоления Скорби.
Сюэ Юньцин был мастером меча Стадии Превращения Божества и уже разменял вторую сотню лет, а сила Линь Байюня ни в чем не уступала силе Сюэ Юньцина.
Эти два фанатика культивации безумно любили одаренных учеников, так что теперь наверняка начнут драться за него, — с улыбкой прищурился Цин Юэбай.
К счастью, его это не касалось: он и не помышлял брать учеников, а та девчонка Сюань Лин была лишь головной болью, оставшейся от прежнего хозяина тела.
Из-за истории с духовными корнями атмосфера в зале мгновенно накалилась, и почти все взгляды сосредоточились на Юй Хуайци.
— Желаешь поступить ко мне? Я подберу для тебя лучший меч во всем бессмертном мире. — Как и ожидалось, Сюэ Юньцин уже пустил в ход заманчивые посулы, а в его глазах зажегся фанатичный блеск.
Линь Байюнь фыркнул и первым схватил Юй Хуайци за запястье:
— Мастера меча вечно машут клинками и легко получают ранения. Лучше иди ко мне в ученики на путь пилюль: не придется тратить слишком много сил, чтобы оказаться выше десяти тысяч человек и ниже лишь одного.
Юй Хуайци давно привык к подобным взглядам и не выказал ни капли смущения, лишь спокойно высвободив свое запястье из ладони Линь Байюня.
— Благодарю обоих бессмертных достопочтенных за добрые намерения, но я не хочу идти к вам.
С этими словами по залу прокатился ропот, зазвучали приглушенные перешептывания — все присутствующие были до крайности поражены.
— О небеса, он понимает, что говорит? Это же старейшины Стадии Превращения Божества!
— Два мастера Стадии Превращения Божества делят одного ученика… Я что, еще не проснулся?
— …И самое главное, этот парень их просто игнорирует?!
— Зачем же он тогда явился сюда? Неужели хочет поклоняться главе? Но глава — тоже мастер меча Стадии Превращения Божества!
— Неужели он хочет в ученики к Цю Вэньшэну? Но ведь Цю Вэньшэн всего лишь на Поздней ступени Зарождающейся Души! Или наконец настала весна для нас, мастеров звуковых искусств?!
Цю Вэньшэн замер — хозяин Зала Трех Жизней медленно поднялся на ноги, сжав кулаки, и явно выглядел взволнованным.
Густые брови Сюэ Юньцина сошлись на переносице, во взгляде проступила злость. Ему еще ни разу не доводилось встречать столь непонятливых адептов, да и никто не смел выказывать ему неуважение.
— Строишь из себя невесть что, сперва сними маску! — Сюэ Юньцин сделал молниеносный выпад, в его ладони вспыхнула багровая вспышка ци, и он со злостью полоснул воздух перед собой —
Раздался треск!
Маска Юй Хуайци раскололась от удара, и вместе с этим звуком треска раздался его непреклонный голос —
http://bllate.org/book/33998/4184612
Готово:
