Я ведь изо всех сил старался в это верить...
Музыка звучала по-прежнему, но главный герой уже остановился и в растерянности задрал голову. Потолок Храма Божеств был сделан из прозрачного стекла, и сквозь него он видел ночное небо, похожее на густые чернила.
Наступила темнота, и Божество, должно быть, уже не придёт.
Стоявший рядом с Вэй Дуанем человек вдруг усмехнулся и пробормотал себе под нос: — Какая жалость...
Чёрная жидкость хлынула потоком, словно бурная река. Она осознанно оставляла свободное пространство вокруг Вэй Дуаня, не позволяя грязи коснуться хотя бы частички его тела, а вот Бянь Чжогуан оказался поглощён целиком: он растворился и исчез вместе с жидкостью, целенаправленно устремившись к растерянному юноше в самом центре массива.
— Какой толк молиться богам? Лучше помолись мне.
Побег из Туманного Городка. Часть 13.
— Что это такое! — Резкие перемены повергли людей в панику, перед лицом внезапно появившейся чёрной жидкости в глазах каждого читался страх.
Лицо Янь Цзяньвэя помрачнело, он попытался выхватить Меч из персикового дерева, но обнаружил, что из-за смены одежды меча при нём не оказалось.
Старик тоже не ожидал, что Бянь Чжогуан внезапно перейдёт к нападению. Мгновение спустя грязь уже скрыла подошвы обуви людей, однако она лишь мягко их окутывала, не проявляя свирепых разъедающих свойств, и тогда он сообразил, в чём дело: — Цзяньвэй, используй талисманы, чтобы изгнать нечисть!
— Но учитель, разве вы сами не говорили, что против такого типа нечисти талисманы не...
Янь Цзяньвэй не успел договорить, как старик оборвал его, сунув ему в руки пачку Жёлтых талисманов и гневно сверкнув глазами: — Божество уже даровало тебе своё благословение, теперь и талисманы заработают!
Опять двадцать пять, какое-то несуществующее благословение.
Бянь Чжогуан наблюдал за тем, как послушный мальчик всё же исполнил указание и швырнул бесполезную макулатуру в кишащую чёрную грязь, что-то бормоча себе под нос, и не удержался от смеха: — Тебе уже больше десятка лет, почему тебя до сих пор так легко обмануть?
Он поднял руку, и чёрная грязь весьма любезно подыграла Янь Цзяньвэю, изобразив вид, будто её отбросили назад. Очень скоро она собралась в одном месте и была запечатана в специальный сосуд.
Испуганные люди пришли в себя, и волна ликований с восхищением хлынула в сторону Янь Цзяньвэя — они совершенно забыли, что совсем недавно ставили под сомнение авторитет Храма Божеств.
Вэй Дуань нахмурился: — Выходит, с самого начала никаких богов не было?
Бянь Чжогуан удивленно приподнял бровь, взмахнул рукой, и грязь в узком проходе начала подбираться к Вэй Дуаню — это была самая наглая угроза: — Хочешь, я и тебя утешу точно так же, как только что?
— Боюсь, я бы отдал концы еще до того, как успел дочитать молитву. — Вэй Дуань скрестил руки на груди и хладнокровно противостоял стоявшему перед ним сумасшедшему, чье настроение менялось по сто раз на дню. — Ты что, хочешь замести следы?
— Как я могу пожелать этого.
Улыбаясь, Бянь Чжогуан плавной походкой приблизился. Его фигура на фоне контрового света заставляла вспомнить злого духа, требующего чужую душу, но при этом он нарочито изображал глубокую преданность и нежно приподнял подбородок Вэй Дуаня: — Разве я тебе не говорил? По сравнению с Янь Цзяньвэем ты нравишься мне куда больше.
— Умный, изворотливый, с ненасытным любопытством... Ты просто полная противоположность какому-нибудь тихому и послушному пай-мальчику.
На этот раз Вэй Дуань не стал уворачиваться от двусмысленного жеста Бянь Чжогуана. Он широко раскрыл глаза — его круглые глаза казались совершенно безобидными, — и с любопытством спросил, как и предсказывал Бянь Чжогуан: — Если богов нет, тогда как используется эта штука?
На раскрытой ладони лежали три изящных защитных амулета. Одно лишь их появление заставило чёрную грязь действовать с опаской и не сметь продвигаться дальше.
Бянь Чжогуан узнал вещицу Янь Цзяньвэя, улыбка наконец исчезла с его лица, а глаза опасно сузились: — Он отдал тебе даже это.
[Благосклонность Бянь Чжогуана -5]
Вэй Дуань:! Система, это же неправильно! С чего это он снижает мою благосклонность?!
Система растерянно ответила: Возможно... приревновал?
Вэй Дуань: Ты издеваешься?! С какой стати ревнует он, а штрафуют меня!
Вспомнив странные перемещения Бянь Чжогуана, Вэй Дуань смутно догадался о чём-то. Сохраняя на лице невозмутимость, он переложил защитный амулет из правой руки в левую, и взгляд Бянь Чжогуана, разумеется, последовал за ним.
Неудивительно, что во время прохождения ветки Янь Цзяньвэя он вечно натыкался на этого грёбаного извращенца...
Вэй Дуань осторожно прощупал почву: — Ты случайно не сохнешь по Янь Цзяньвэю?
Бянь Чжогуан посмотрел на него так, будто перед ним уже покойник, и лишь спустя долгое время зловеще произнес: — Ты и впрямь думаешь, что три амулета смогут тебя защитить?
Подозрения подтвердились: глухонемая страсть.
Вэй Дуань с некоторой неловкостью взмахнул рукой: — Вообще-то, нас с ним связывают исключительно чистые товарищеские отношения.
— Разумеется, я знаю. — Выражение лица Бянь Чжогуана говорило: «Иначе стал бы я терпеть тебя до сих пор».
Как раз во время этого противостояния за стеной послышался встревоженный голос: — Вэй Дуань! Вэй Дуань! Черт, да он что, и вправду сдох?!
Бянь Чжогуан с сожалением убрал руку, стена снова стала совершенно ровной, а рядом с Вэй Дуанем появилась дверь — стоило её открыть, как он сразу же увидел бы Янь Цзяньвэя.
Вэй Дуань не сдвинулся с места, лишь настороженно глядя на человека, на чьё лицо снова вернулась улыбка: — Это ты устроил те похищения, о которых в последние дни гудит весь городок?
— Городские легенды в таких маленьких городках, как наш, не работают. — Бянь Чжогуан с лукавой улыбкой ушёл от ответа. — Я всего лишь тихий и добропорядочный ученик.
Вэй Дуань откровенно продемонстрировал сомнение в его словах, а Бянь Чжогуан джентльменски распахнул перед ним дверь, после чего грубо схватил за воротник школьной формы и вышвырнул прямо за порог.
Услышав за спиной звук упавшего тела, Янь Цзяньвэй резко обернулся и увидел, что тот, кого он искал, сидит на земле, явно сильно приложившись при падении. Он яростно подскочил к нему, в один миг схватил Вэй Дуаня за воротник — причем ровно в том же месте, за которое его держал Бянь Чжогуан, — и завопил так громко, что у Вэй Дуаня чуть не заложило уши: — Где тебя носила нелёгкая?! Здесь так опасно, а ты —
Вэй Дуань зажал уши руками и скорчил обиженную физиономию: — Я только что встретил бешеную собаку, она гонялась за мной битый час.
— Откуда в Храме Божеств взяться бешеным собакам? — Янь Цзяньвэй на мгновение опешил, но всё же участливо спросил: — Не укусила?
Видя, насколько тот наивен, Вэй Дуань даже почувствовал легкие муки совести и сам перевел тему: — Твой ритуал уже закончился?
— Угу, там возникла небольшая заминка, но всё прошло успешно. — Янь Цзяньвэй вспомнил, зачем привёл его сюда, и потащил Вэй Дуаня за собой: — Как раз мой учитель ещё здесь, пусть он осмотрит тебя и проверит, не привязалась ли какая нечисть.
Хотя Бянь Чжогуан утверждал, что в Храме Божеств одни шарлатаны, Мистическое искусство и привидение в ожерелье подсказывали, что в этом игровом мире всё же существуют потусторонние силы, и Вэй Дуань был не уверен, удастся ли ему надуть этого старейшину.
Осторожно сохранившись, Вэй Дуань последовал за Янь Цзяньвэем. Пользующийся огромным уважением старейшина и вправду оказался окружен толпой: верующие, жаждавшие его наставлений, пылали фанатичным восторгом, а их шумные расспросы действовали на нервы.
Янь Цзяньвэй дважды обошёл толпу по кругу и, с сожалением поняв, что пробиться не удастся, вернулся к Вэй Дуаню и возмущенно бросил: — Совести у них совсем нет, что ли...
Уж у Юного Владыки Божества неужели нет привилегии пролезть без очереди?!
Вэй Дуань уставился на стены здания: красные кирпичи, выдержанные в стиле Храма Божеств, выглядели прочными, и трудно было поверить, что он только что разгуливал прямо сквозь них...
Его взгляд внезапно стал сосредоточенным. Он посмотрел на всё ещё недоумевающего Янь Цзяньвэя и произнес несколько напряжённым голосом: — А ты не пробовал применить ту магию прямо здесь, в Храме Божеств?
— С чего бы? В храме ведь не может быть всякой нечисти. — Янь Цзяньвэй посмотрел на него как на дурака. Пообщавшись так глазами ещё пару секунд, Янь Цзяньвэй слегка отступил и испуганно втянул голову в плечи: — К чему это ты? Ты что, тоже сомневаешься в богах?
— Нет. — Вэй Дуань смягчил голос, заискивающе уговаривая охваченного подозрениями юношу: — Я только что слышал, будто в Храме Божеств колдовство действует сильнее. Попробуй еще разок, и если результат будет прежним, я тебе поверю.
Янь Цзяньвэй бросил взгляд на старика, вспомнив, что во время сегодняшнего жертвоприношения Божество так и не даровало благословение, и его кадык судорожно дерзнулся: — Ладно, давай отойдем туда и попробуем.
Всё необходимое для массива в храме имелось. Янь Цзяньвэй начертил линии на земле с помощью деревянной ветки в качестве кисти, а затем заполнил зазоры киноварью. Видимо, в нём играло тайное желание покрасоваться перед Вэй Дуанем, поэтому на этот раз массив получился огромным.
Вэй Дуань молча зафиксировал в памяти начертание массива, а система рядом восхищенно протянула: Хозяин, у вас такая хорошая память?
Вэй Дуань небрежно бросил: Нормально, если запоминать блоками, то это легко, к тому же его манера рисования очень похожа на черчение из точных наук, направление линий подчиняется базовой логике...
При этой мысли Вэй Дуань наконец осознал, что здесь не так: Янь Цзяньвэй выводил всё настолько чётко и аккуратно, что это было совсем не похоже на создание магического массива, скорее напоминая строгий научный эксперимент.
Он украдкой коснулся пальцем субстанции в ведре: на ощупь она оказалась твердой, с крупными крупинками, которые не растирались в пыль — совсем не похоже на обычную киноварь.
Янь Цзяньвэй закрыл глаза и принялся читать заклинание. Спустя пару секунд вновь появились красные клубы дыма, и те частички, что прилипли к бумаге Вэй Дуаня, тоже начали изменяться, однако долго не могли собраться воедино и указать направление, как это было утром в классе.
— Странно, почему так? — Янь Цзяньвэй нахмурился и протянул руку к дыму, но тот стал обтекать его, словно обладал собственной волей. Визуально это выглядело так, будто Янь Цзяньвэй ударом кулака разогнал газ.
Зрение у Вэй Дуаня оказалось острее, чем у Янь Цзяньвэя, и он быстро заметил, что дым вовсе не рассеялся — он распался на крошечные крупицы размером с кунжутное зернышко, которые разлетелись во все стороны, смутно вырисовывая очертания человеческих рук.
Он немедленно заслонил собой Янь Цзяньвэя, жестом предлагая тому взглянуть на него: — Смотри, со мной-то точно всё в порядке.
— Уже девять часов, уходить так поздно слишком опасно, нам пора собираться, — с улыбкой произнес Вэй Дуань. — Учитель биологии, должно быть, уже заждался тебя на улице.
При упоминании отца на лице Янь Цзяньвэя промелькнуло с трудом скрываемое радостное выражение: — И то верно, нельзя заставлять папу ждать слишком долго. Я переоденусь, а по пути заодно подброшу тебя.
Вэй Дуань отмахнулся: — Тогда я подожду тебя здесь.
Уже сделавший несколько шагов юноша внезапно обернулся, а его лицо покрылось еле заметным румянцем: — В общем... мой папа сегодня приготовил мясные фрикадельки в супе. Если хочешь, я могу скрепя сердце пригласить тебя к нам домой...
[Янь Цзяньвэй приглашает вас: А. Согласиться (+10 к благосклонности) Б. Вежливо отказаться (+5 к благосклонности)]
Вэй Дуань посмотрел на эти пункты, где в любом случае повышалась благосклонность, затем перевел взгляд на юношу, который от отсутствия ответа постепенно заливался краской, и легко подтолкнул Янь Цзяньвэя в спину: — В другой раз. У меня сегодня вечером кое-какие дела, спасибо за приглашение.
Янь Цзяньвэй надул губы и удалился.
Только тогда Вэй Дуань обернулся. Красный дым теперь виднелся еще отчетливее: тысячи крошечных рук указывали во все стороны, молча обвиняя Храм Божеств в грязи и мерзости. От этой плотной пелены у Вэй Дуаня мурашки побежали по коже, и он быстро отвел глаза.
http://bllate.org/book/33976/4181821
Готово:
