– Эту квартиру за пятьсот? — Цзинь Нань принадлежал к тем людям, кто полагался на первое впечатление. Если оно проходило проверку, то выбор был сделан процентов на восемьдесят.
Риелтор, видя, что дело выгорает, тут же выпалил:
– Да уж, дешево, верно? Скажу честно, с такой-то освещенностью и огромной гостиной! Если бы район был получше, с вас бы все четыре-пять тысяч заломили!
– Значит, район плохой, — прямо ответил Цзинь Нань, едва снова не усадив собеседника в лужу своим бесцеремонным ответом.
Риелтор аж поперхнулся. Не успел он прийти в себя, как Цзинь Нань уже принялся расхаживать повсюду: бегло окинул взглядом гостиную и балкон, заглянул на кухню, а вслед за ней — и в единственную на всю квартиру варную комнату.
– Хоть санузел и совмещенный, вы не переживайте, малыш Вэнь обожает наводить порядок. Вам будет совсем не в тягость жить вместе! Посмотрите, как тут все убрано: куда ни глянь — всё сияет. На мой взгляд, Сяо Вэню прямая дорога в клинеры. В наше время на уборке столько заработаешь! Сбегаешь на заказ — и сотня-другая в кармане, не то что мы...
– А спальня где? — Цзинь Нань прервал разглагольствования риелтора.
– Вот здесь, здесь!
Не дожидаясь, пока риелтор проведет его внутрь, молчаливый Сяо Вэнь сам приоткрыл дверь.
Комната оказалась небольшой, при взгляде из дверного проема ее можно было оглядеть целиком. Судя по всему, помещение уже привели в порядок: помимо самой простой кровати и шкафа для одежды, здесь остался лишь деревянный стол у окна, такой убогий, что на нем не нашлось даже настольной лампы.
Цзинь Нань шагнул внутрь и какое-то время стоял без движения. Когда человек молчит, его отношение понять труднее всего. Риелтор попытался завести разговор:
– Хоть эта комнатка и маловата, но хоть и невелика птица, да сильна, верно? С такой ценой и таким освещением за пятьсот юаней вы в другом месте ничего не найдете.
– В соседнем доме есть.
– А?
– В соседнем доме тоже сдают.
Благодаря тому, что он пришел на десяток минут раньше, Цзинь Нань, прежде чем заметить объявления об излечении от бесплодия и воскрешении мертвых, успел увидеть листовки о сдаче жилья, расклеенные в другом месте. В этом захолустье цены были примерно одинаковыми, попадались варианты даже дешевле.
Но Цзинь Нань прекрасно понимал: цена соответствует качеству, и за меньшие деньги столь удобного жилья точно не получить. К тому же его ждал будущий сосед. Цзинь Нань снова обернулся и посмотрел на тот самый зеленый пучок порея.
– Да соседний дом с нашим и рядом не стоял! — Риелтор с воодушевлением замахал обеими руками, расхваливая достоинства квартиры. Цзинь Нань отчетливо заметил: чем сильнее он сам выказывал нерешительность, тем тоскливее и бледнее становилось лицо «порея», который словно бы увядал на глазах.
Будь он настоящим растением, то, пожалуй, уже погиб бы от засухи.
– Ой, да что уж там, скажу вам правду: если бы не спешка, такую квартиру с руками бы оторвали, арендную плату в пятьсот юаней сбросить ни на йоту не выйдет! Предыдущий сожитель попался бессовестный — сорвался с места в карьер и был таков, а ведь скоро вносить плату за полгода вперед. У Сяо Вэня сейчас с деньгами туго, да и дома кое-какие проблемы, в одиночку ему всю сумму не осилить. Этот негодяй перед уходом еще и деньги Сяо Вэня прихватил, бессовестная тварь, просто нелюдь! Договор будем подписывать прямо сейчас, так что если вас все устраивает, давайте оформим всё как можно скорее. Не стану врать, это и вправду редкая удача для здешних мест!
Под фоновый бубнеж риелтора Цзинь Нань словно бы увидел перед собой дрожащего маленького беднягу.
Если он откажется прямо сейчас, то опасается, что этот парень расплачется у него на глазах. Покрутившись с этой мыслью в голове, Цзинь Нань все же решил проявить великодушие.
– Где договор? — он сбавил темп речи, стараясь выговаривать каждое слово максимально четко. — Я подписываю.
Ну и капризы же!
– Вот это здорово!
Плотный риелтор хлопнул себя по бедру, а следом отвесил увесистую оплеуху стоявшему рядом «порею».
Цзинь Нань аж языком цокнул: от такой силы бедолагу, пожалуй, могло в землю впечатать.
– Хозяин квартиры сейчас в отлучке, но мы с ним близкие друзья, так что подписывать договор буду я. Впрочем, можете не переживать: свидетельство о праве собственности и прочее я вам покажу, всё абсолютно чисто, — риелтор извлек откуда-то распечатанный бланк договора, заблаговременно запасшись шариковой ручкой и подушечкой с красной пастой для печатей — словом, подготовился на все сто.
Цзинь Нань от корки до корки изучил документ и, убедившись, что всё в порядке, взял ручку:
– Этот хозяин квартиры — твой родственник, верно?
– С чего вы взяли? — риелтор опешил.
– Догадался, — Цзинь Нань размашисто поставил собственную подпись. После того как на бумагу лев оттиск пальца, договор вступил в официальную силу.
– Ай, так, дальняя родня...
– Тогда сделай скидку на риелторские услуги, — потребовал Цзинь Нань.
– Да ладно тебе, неужто из-за такой мелочи торговаться? — закончив с делами, толстый риелтор расслабился и сбросил маску, явив свое истинное лицо. — Аренда пятьсот, комиссионные — половина, я же с вас всего двести пятьдесят имею!
– Двести пятьдесят — больно обидное число, — со времен своего изгнания Цзинь Нань остался без гроша в кармане, а потому, руководствуясь принципом «копейка рубль бережет», был готов сбивать цену на каждом шагу. — К тому же ты помогаешь на добровольных началах, в обход компании же.
Будь это обычный риелтор, он вряд ли стал бы так глубоко вникать в детали. Тем более что квартира и так уже сдана, а речь шла лишь о подселении соседа — возни много, а выгоды никакой. Какой риелтор станет утруждать себя поездкой ради такого пустяка?
Видя, что Цзинь Нань не из тех, кого легко обвести вокруг пальца, толстый риелтор тяжело вздохнул.
– Надо же было мне в этом году родиться под несчастливой звездой для общения с мужчинами, — уныло протянул он. — Ладно-ладно, двести — пойдет? Я тут с вами полдня вожусь, а зарабатываю меньше, чем стоит одна ваша рубашка!
Цзинь Нань покосился на броский логотип на груди:
– Может, отдать тебе рубашку в уплату?
Риелтор пробормотал себе под нос:
– Да я бы и рад, да в нее не влезу.
Комиссионные в двести юаней были уплачены на месте. Арендная плата за полгода составила три тысячи, плюс залог в пятьсот — итого три тысячи семьсот юаней упорхнули в неизвестном направлении.
Раньше Цзинь Нань и тридцать семь тысяч потратил бы не моргнув глазом, но нынче времена изменились. Стоило расстаться с тремя тысячами семьюстами, как у него в кармане и вправду не осталось ни гроша. И тем не менее из всех доступных вариантов этот был лучшим — в любом другом районе за три с половиной тысячи даже комнату на месяц снять проблематично.
Взглянув на остаток средств на экране телефона — 2341.7 юаня, — Цзинь Нань тоскливо воззрился в небеса.
– Когда переезжаешь? Помощь нужна?
– От тебя?
– Ну, ясное дело, не от меня, — усмехнулся толстый риелтор. — Малыш Вэнь поможет, он человек добрый, только позови — сразу откликнется.
Цзинь Нань бросил сомнительный взгляд на «порей»: после разрешения кризиса тот вроде бы даже ожил.
Словам толстяка он не особо верил: судя по всему, если он позовет соседа, того скорее сдунет легким ветерком, чем он обратит внимание на оклик.
Для человека с нарушением слуха это было из разряда пустых любезностей. Из тех щедростей за чужой счет, которые позволяют проявить великодушие, не неся никакой ответственности за обещания.
Глубоко прочувствовав всю многогранность языка, Цзинь Нань остался безмолвен.
И в этот самый момент из коридора донеслись какие-то шуршащие звуки.
Бряк-дзынь — словно пластиковые бутылки вперемешку с чем-то еще непрестанно колотились о пол и стены.
Входную дверь не закрыли, и шум становился все громче. Вскоре в проеме показалась чья-то фигура, а вслед за ней — огромный баул с разным хламом.
У Цзинь Наня было стопроцентное зрение, и он отлично разглядел эту кучу рухляди: здесь были и сплющенные пластиковые бутылки, и скомканный картон, и какая-то жестяная и алюминиевая утварь, издававшая оглушительный грохот.
Ноша оказалась настолько огромной, что практически полностью скрывала человека за собой. Цзинь Нань наблюдал, как тот с трудом забирается по ступенькам и замирает на площадке. Перед ним предстало слегка сморщенное лицо мужчины лет пятидесяти на вид, с наполовину поседевшими волосами, квадратными чертами лица и крошечными глазами, из-за чего черты казались странно расплывчатыми.
Мужчина, похоже, живо заинтересовался тем, что происходило внутри квартиры, и, склонив голову набок, заглянул в прихожую. В этот момент из коридора в комнату пахнуло тяжелым зловонием.
На горбу у него висел не только мешок с хламом, но и ведро, сплошь покрытое жирными потеками и заляпанное грязью так, что первоначальный цвет угадать было уже невозможно. Неприятный запах, судя по всему, исходил именно оттуда.
– Ишь ты, народу понабилось! Я человек старый, по ночам сплю чутко, так что мне тут не шуметь!
Цзинь Нань приподнял брови, с холодным презрением уставившись на бесцеремонного соседа.
Заметив это, толстый риелтор шепнул на ушко Цзинь Наню:
– Из напротив. Мужик вредный, палец в рот не клади, вечно ему надо куда-то нос сунуть!
Выслушав его, Цзинь Нань перевел взгляд обратно на риелтора:
– Он вечно во все лезет?
– Время от времени, время от времени, ха-ха... — уловив тон Цзинь Наня, риелтор снова принялся отшучиваться, явно не желая, чтобы квартиру считали проблемной. При этом он поспешно убрал подписанный договор подальше, опасаясь, как бы испуганный клиент не вздумал дать задний ход.
– Ой, да ступай ты к себе! Только и знаешь, что всякую дрянь по помойкам собирать, из-за тебя во всем подъезде вонь стоит! — спрятав бумаги, риелтор сменил гнев на милость и рявкнул на пришельца: — Много ли выручишь за этот мусор? Тоже мне сокровища, каждый день в хату тащит!
– Да что ты понимаешь! — возмутился сосед, с грохотом сваливая тяжелый полотняный мешок на пол.
Снова раздался отвратительный, резкий грохот вперемешку со смрадом. Цзинь Нань прикрыл глаза, чувствуя себя бессовестно обманутым.
Первое впечатление и правда не подвело: это мерзкое местечко оказалось грязным, запущенным и вонючим. И даже вид сносной, в общем-то, квартиры не мог изменить общую убогую обстановку вокруг.
А ведь он рассчитывал перекантоваться здесь какое-то время. Теперь же стало очевидно: снаружи золото, а внутри гниль.
Вспомнив жуткие грязные разводы на площадке перед входом, Цзинь Нань мог с закрытыми глазами угадать, чьих это рук дело.
Глядя на наглую физиономию соседа, застывшего в нескольких шагах от них, Цзинь Нань уже отчетливо представлял себе, какая веселая жизнь начнется здесь после заселения.
Он с юных лет отличался буйным нравом, и в его жизненном кодексе отроду не было пункта о проглатывании обид. Но здесь дело не ограничивалось кулачным боем с ровесником — соседи ведь, лицами друг перед другом мозолить глаза...
Чем дольше он думал, тем мрачнее казалось будущее. Цзинь Нань всерьез задумался о возможности расторгнуть договор. Но куда идти потом? Подходящих под его запросы и по карману вариантов оставались считанные единицы, не говоря уже о том, что в любом другом месте на пороге мог поджидать точно такой же любитель таскать мусор.
Жаль только соседа напротив: тот ведет себя столь агрессивно, а его будущий сожитель — глухой, который всё равно ничего не услышит. Наверное, ему и горя мало, а сражаться с этим сбродом придется в одиночку.
Какую бы каверзу придумать, чтобы та сторона заткнулась раз и навсегда? Цзинь Нань качнулся на каблуке, размышляя о «мирных» методах воздействия без применения грубой силы и брани.
В обществе, живущем по законам, вообще дозволено пересчитать кому-то ребра в темном переулке?
http://bllate.org/book/33936/4175836
Готово:
