Они в основном отвечали за подачу напитков; еду приносили отдельные официанты. В «Шанли» обязанности распределяли с ювелирной точностью, и управление здесь было построено на чёткой системе. Су Вань вошла в кабинет C09 с уже раскупоренной бутылкой красного вина — едва распахнув дверь, она ощутила резкий запах табачного дыма.
— О, да это же Су Вань! — Мэн Ципин, затягиваясь сигаретой, тут же заговорил с насмешливой интонацией, заметив её.
Су Вань бросила на него короткий взгляд. Большинство гостей в этом кабинете выглядели чересчур юными — она даже усомнилась, достигли ли они восемнадцати лет. В «Шанли» строго запрещалось пускать несовершеннолетних. Неужели они проникли сюда по чужим паспортам?
Она поставила бутылку и уже собиралась уйти, но Мэн Ципин схватил её за запястье.
— Не уходи так быстро. Выпей со мной пару бокалов. Чем больше вина мы закажем, тем выше твоя зарплата, верно? У вас ведь процент от продаж? Посиди с нами — закажем ещё пару бутылок.
— У нас нет процентов. Зарплата фиксированная, независимо от количества заказов. К тому же официанткам здесь запрещено пить с гостями — за это штрафуют, — ответила Су Вань, мягко вырвав руку. Она вежливо поклонилась и улыбнулась. — Приятного вечера.
— Ципин, ты опять за своё? — спросил кто-то из компании.
Мэн Ципин сделал глубокую затяжку.
— Разве вы не замечаете, какая у неё особенная внешность? Совсем не похожа на обычных официанток.
— Но она же на год-два старше тебя. Тебе что, нравятся отношения с девушками постарше?
— На год-два — это не «постарше»! С такой девушкой, как Су Вань, я бы смотрелся очень выгодно. Она умеет держать марку. Как только я её добьюсь — сами увидите.
Вернувшись на ресепшен, Су Вань не удержалась и спросила у сотрудницы:
— Эти ребята из кабинета C09 — им точно есть восемнадцать? Выглядят как подростки. Один из них — Мэн Ципин.
— О, про них не волнуйся, — ответила Чэнь Ифан, сотрудница ресепшена. — Все они совершеннолетние. «Шанли» строго следит за этим. Им по девятнадцать–двадцать лет. Просто богатенькие мажоры, которые тратят родительские деньги без счёта.
Чэнь Ифан хорошо помнила Мэн Ципина — постоянных гостей она всегда отмечала для себя.
Су Вань кивнула в знак согласия.
По дороге домой вечером она снова столкнулась с Мэн Ципином — на этот раз он был один и сидел за рулём.
Пьёт и за руль? Эти парни, похоже, совсем не боятся смерти.
— Су Вань, подвезти тебя?
— Нет, спасибо. Но дам тебе добрый совет: за руль в нетрезвом виде нельзя.
Мэн Ципин усмехнулся:
— Сегодня я не пил. Хочешь, подойди поближе и понюхай — нет ли у меня запаха алкоголя?
Су Вань не стала вступать в спор и направилась прямиком к автобусной остановке.
Мэн Ципин припарковался у обочины, вышел из машины и пошёл за ней, на сей раз не пытаясь прикоснуться.
— Давай будем встречаться? Я буду давать тебе деньги — и тебе не придётся мучиться с этой работой.
Су Вань сделала шаг назад и спросила:
— Сколько тебе лет?
— Двадцать один по восточному счёту.
Су Вань улыбнулась без тени искренности:
— Мне двадцать три по восточному счёту. Я не люблю отношения, где девушка старше. И откуда у тебя деньги? От родителей или твои собственные? Если от родителей, то, может, сначала научись сам зарабатывать? Лучше учись, а не слоняйся по таким местам.
С этими словами она приблизилась, коротко понюхала его и тут же отступила:
— Ты точно пил! Врать — занятие для маленьких детей.
Мэн Ципин не ожидал такого поворота и на мгновение растерялся.
— Ладно, тогда вызову водителя. Ты правда не хочешь со мной встречаться? Но ведь деньги родителей — это мои деньги. В чём разница?
Су Вань с облегчением подумала, что, хоть Мэн Ципин и типичный мажор, в глубине души он, кажется, не злой. Иначе, будь он настойчивее, она, возможно, даже не осталась бы работать в «Шанли».
— Лучше вызови водителя и поезжай домой. У нас с тобой ничего не выйдет. Учись и не шляйся по таким заведениям.
Су Вань не придала значения его признанию и на следующий день вовремя прибыла на съёмочную площадку. Три дня подряд она снималась в эпизодах, где произносила по одной–две реплики, а затем следовали крупные планы. После съёмок она сразу уходила, а зарплату ей переводил У Юнцзин.
Днём Су Вань, проснувшись, получила звонок от директора Яна из школы Линь Ши Миня. Ей сообщили, что Линь Ши Минь подрался с кем-то и её просят срочно приехать.
Су Вань схватилась за голову. Раньше она не думала, что быть опекуном так хлопотно. Учительница звонит каждые два–три дня. Выйдя из подъезда, она поймала такси и поехала в школу.
В кабинете она увидела Линь Ши Миня, стоявшего тихо и опустив голову. Услышав шаги, он поднял глаза. Су Вань ахнула: на его виске текла кровь, правая щека была в крови, даже ресницы прилипли от неё. Под ногами у него растеклась лужа крови.
Гнев вспыхнул в ней, как пламя. Она бросилась к нему и прижала ладонь к ране.
— Вы что, мёртвые? Не можете перевязать?! Пойдём, срочно в больницу!
У Линь Ши Миня было крайне слабое здоровье. Неужели от такой потери крови ему станет хуже?
Цзян Сысы преградила им путь, надменно выпятив подбородок:
— Никуда не пойдёте, пока он не извинится перед моим братом!
Опять эта женщина! С детства они не ладили, и всё же учились в одном классе со школы до старших курсов. Глаза Су Вань вспыхнули яростью. Она перевела взгляд на Цзян Сыханя, стоявшего рядом в школьной форме. На нём не было ни царапины — лишь помятая одежда.
Цзян Сыхань выглядел крепким и мускулистым, в то время как Линь Ши Минь, хоть и был почти под метр восемьдесят, весил всего чуть больше пятидесяти килограммов. Его форма болталась на худом теле, словно на вешалке. Очевидно, он проиграл в драке.
Су Вань прижимала рану, хотя кровь, казалось, уже не текла, но без повязки ей было неспокойно. Она бросила холодный взгляд на директора Яна:
— Позовите медсестру!
— Никого не звать! Сначала пусть извинится! — Цзян Сысы сверкнула глазами на директора, явно угрожая.
Директор Ян был в замешательстве. Он всего лишь учитель, а в этой школе учились дети из богатых и влиятельных семей. По сравнению с семьёй Цзян, Су Вань и Линь Ши Минь были никем. Но рана у Линь Ши Миня была слишком серьёзной — Цзян Сыхань ударил его стулом с такой силой...
Поколебавшись, директор всё же вышел за медсестрой.
Цзян Сысы в ярости топнула ногой.
— Больно? — участливо спросила Су Вань у Линь Ши Миня. — Они не разрешили тебе перевязаться?
Линь Ши Минь вдруг закатил глаза и рухнул на пол.
Су Вань не успела его подхватить и едва не упала сама.
Цзян Сысы и Цзян Сыхань не ожидали, что он потеряет сознание.
Школа немедленно вызвала скорую. Су Вань села в машину и сопроводила Линь Ши Миня в больницу.
Цзян Сысы похолодела спиной: взгляд, брошенный Су Вань перед уходом, был полон ледяной ярости, будто она хотела разорвать её на куски.
Род Линь пал, но Гу Ханьчэн остался. Су Вань была лучшей подругой Гу Ханьчэна — они росли вместе с детства.
Цзян Сысы становилось всё тревожнее. Она тут же набрала отца и взволнованно рассказала всё, что произошло.
Её отец, выслушав, не придал значения инциденту. Корпорация «Линь» обанкротилась — значит, у Су Вань и её брата больше нет покровителей. Гу Ханьчэн и Су Вань — всего лишь друзья, даже не пара. Всем известно, что Гу Ханьчэн — ловелас, ставящий интересы выше чувств. Он вряд ли станет из-за простой подруги портить отношения с семьёй Цзян, с которой у него есть деловые связи.
Тем временем Су Вань металась в коридоре больницы, молясь, чтобы с Линь Ши Минем всё было в порядке. Меньше чем за две недели он потерял сознание уже второй раз. Его здоровье вызывало серьёзные опасения, хотя обследования не выявляли серьёзных проблем.
Она боялась потерять ещё одного близкого человека — больше она этого не вынесет.
Через полчаса врач вышел из палаты и сообщил, что Линь Ши Минь потерял сознание из-за большой потери крови, но теперь с ним всё в порядке. Госпитализация не требуется — достаточно домашнего ухода.
Су Вань вошла в палату. Рану на лбу уже обработали и заклеили белой повязкой.
Пока Линь Ши Минь спал, она позвонила директору Яну, чтобы узнать подробности.
Оказалось, драка началась потому, что Цзян Сыхань назвал Су Вань «чёрной вдовой» — мол, с тех пор как она появилась в семье Линь, один за другим умирали её члены, даже её родной отец. Её называли «роковой звездой» ещё со смерти деда Линя — тогда ей и её отцу прошло чуть больше года в этом доме.
Су Вань повесила трубку и вернулась в палату. Линь Ши Минь уже проснулся.
— Где-то болит?
Линь Ши Минь покачал головой.
— А ты хоть ударил в ответ?
Он кивнул.
— Молодец. Я сейчас схожу в аптеку за лекарствами, потом поедем домой.
Спустившись в аптеку, Су Вань встала в очередь. В это время по лестнице спускался Хэ Юаньцин — за лекарствами для матери, которая часто жаловалась на головные боли. Предыдущее лекарство не помогло, и врач выписал новое. Увидев Су Вань, он подумал, что они встречаются слишком часто, чтобы это было случайностью.
— Привет, Су Вань, — произнёс он низким голосом.
Су Вань подняла глаза, улыбнулась в ответ и, получив лекарства, ушла.
Дома они с Линь Ши Минем сварили лапшу — в холодильнике осталось немного. После ужина Линь Ши Минь направился в свою комнату, но Су Вань окликнула его.
Он остановился на деревянной лестнице второго этажа и посмотрел вниз.
— У меня остался только ты, — сказала она. — Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. Ты понимаешь?
Линь Ши Минь мрачно кивнул и продолжил подъём.
Когда он скрылся в комнате, Су Вань осталась одна в гостиной. Она огляделась вокруг. Когда были живы её отец и тётя Линь, дом не казался пустым. Сейчас же он стал слишком тихим и просторным — настолько, что она слышала собственное дыхание.
В день смерти отца она была дома. Она видела, как он судорожно дергался, а потом замер, с открытыми глазами. Она пыталась спасти его, но он так и остался лежать на полу, без движения, а её руки были в крови.
В последующий месяц, с помощью Гу Ханьчэна, она хладнокровно занималась похоронами, разбиралась с юристами по вопросам банкротства Корпорации «Линь», оформляла дом на своё имя и спокойно выслушивала, как все называли её «роковой звездой» и «неблагодарной выскочкой», которая присвоила всё наследство, не думая о Линь Ши Мине.
Она была настолько спокойной, насколько это вообще возможно.
И ненавидела отца за то, что он заставил её расти и становиться самостоятельной таким жестоким способом.
Скандал с дракой Линь Ши Миня и Цзян Сыханя ещё не улегся, как Линь Гочунь с женой подали на Су Вань в суд. Они обвиняли её в незаконном захвате частной собственности и подделке завещания. Суд прислал ей повестку явиться за официальным извещением.
Ради этого особняка они готовы были на всё. Су Вань не понимала: какое отношение к наследству Линя имеет эта пара? Большая часть активов была заработана лично тётей Линь, а Линь Гочунь и его жена ни копейки не внесли на содержание родителей Линя.
Первыми наследниками по закону были она и Линь Ши Минь. Даже будучи падчерицей, она имела полное право на наследство. Пока она жива, наследство не переходит к другим. Более того, тётя Линь составила завещание, передав всё имущество мужу (отцу Су Вань), а тот, в свою очередь, завещал всё ей. Линь Ши Минь в этом документе не упоминался. Попытки Линь Гочуня через несовершеннолетнего Линь Ши Миня разделить активы были совершенно безнадёжны.
Тем не менее, игнорировать суд было нельзя. Днём она сходила в суд за повесткой, а затем встретилась с адвокатом, чтобы обсудить дальнейшие шаги.
Она не рассказала об этом Линь Ши Миню, велев ему спокойно оставаться дома и выздоравливать, а через пару дней вернуться в школу.
Судебные издержки были немалыми, но к счастью, она уже получила первую зарплату от «Шанли» — деньги едва успели согреться в кошельке, как пришлось их тратить.
У Юнцзин предложил ей ещё одну роль в сериале — снова эпизодическую, по триста юаней в день. Су Вань сейчас соглашалась на любую работу, если график и место подходили.
Ожидая начала съёмок, она вдруг заметила, что к ней подошёл человек и протянул визитку.
— Я Ли Ин, менеджер Чжун Чжихэна. Мы уже встречались.
Чжун Чжихэн играл главную роль в её прошлой сцене, где она изображала первую любовь. Она запомнила его менеджера. Су Вань двумя руками приняла визитку, не понимая, зачем та к ней обратилась.
— Дело в том, что я считаю: у вас есть потенциал стать актрисой. Вы не думали о том, чтобы подписать контракт?
http://bllate.org/book/3389/372907
Готово:
