Драматичный Инь Гуйху обнаружил, что на него никто не обращает внимания, и с скучающим видом взял отчёт о вскрытии, чтобы полистать его.
Пришли результаты сопоставления ДНК: погибшего звали Хоу Канчжэн, ему было восемьдесят... то есть восемь лет... восемьдесят — нет, восемь, простите, восемьдесят — это перебор... Восемнадцать лет, он пропал пять дней назад, став самой последней жертвой.
Он пропал 26 мая, а умер 29-го. Преступник продержал заложника всего три дня и убил его, не дожидаясь выходных.
Эта бомба замедленного действия рванула раньше срока.
Если убийцу не найдут, Хоу Канчжэн определенно окажется не последним в списке пропавших без вести.
Инь Гуйху выпрямился и углубился в чтение отчёта о вскрытии.
Вскрытие показало, что в желудке погибшего ничего не было, а смерть наступила от полиорганной недостаточности, вызванной массивной кровопотерей.
Экспертиза установила, что Хоу Канчжэн умер 29 мая в промежуток с восьми до одиннадцати часов вечера. На краях культей имелась прижизненная тканевая реакция, а это значило, что конечности отрубили, пока жертва была еще жива.
Все профили, составленные Инь Гуйху, сошлись один в один.
— Мы поймали кое-кого под утро. Он расплатился краденой банковской картой Хоу Канчжэна и заявил, что кошелёк взял пять дней назад, как раз в день исчезновения Хоу Канчжэна, — сказал Инь Гуйху Сян Мяню.
Сян Мянь от удивления широко раскрыл глаза — он понял, насколько устарела его информация. Он спросил Инь Гуйху:
— Как вы его поймали? Где этот человек сейчас?
— Его вычислили ночные совы из техразведки нашего Особого следственного отдела, — ответил Инь Гуйху. — Сам он находится в Участке улицы Пинтао. Мы уже допросили его: похоже, он просто стянул кошелёк на месте преступления.
— Он видел убийцу? — Сян Мянь тоже воспрянул духом и поспешно перешел к допросу.
— Видел, но лица не разглядел, — ответил Инь Гуйху.
— Эх! — Сян Мяню, у которого уже почти получилось забить решающий гол, словно вылили за шиворот ушат ледяной воды, и он разочарованно вздохнул.
— Зато он видел часы убийцы, — добавил Инь Гуйху.
— Нельзя ли изъясняться без таких долгих пауз? — возмутился Сян Мянь.
— Нельзя, — отрезал Инь Гуйху.
Слова расходились у него с делом: пока во рту звучал категоричный отказ, руки уже доставали телефон в поисках фотографий Rolex Daytona Panda.
Обыск результатов не дал — это оказались совсем не те часы, что он видел, и Инь Гуйху разочарованно вздохнул.
— Чего ты вздыхаешь? — спросил Сян Мянь.
— Не те часы, что носит благотворитель, — ответил тот.
— Благотворитель? С чего это ты вдруг заподозрил благотворителя? — поинтересовался Сян Мянь.
— Двадцать шестого мая убийца ещё вовсю охотился, а двадцать девятого уже убил и избавился от тела. Почему изменился график его преступлений? Хотя до этого всё шло как по часам, — размышлял вслух Инь Гуйху, не отвечая напрямую на вопрос Сян Мяня.
— Темп преступлений ускорился, — нахмурился Си Чжэнь.
— Возможно, мы уже подобрались к нему слишком близко, и он решил покончить с этим делом, после чего затаиться — по крайней мере, на какое-то время прекратить совершать преступления, — взвешивая каждое слово, произнес Инь Гуйху.
— Думаешь, именно это и разозлило убийцу? — спросил Си Чжэнь.
— Да, — кивнул Инь Гуйху. — Он пошёл на нарушение целостности тела и отрубил конечности, пока жертва была жива, лишь потому, что понял: за ним следят. Он рассвирепел и решил выместить злость еще более жестоким способом.
— Убийца знает, что вмешался Особый следственный отдел, — констатировал Си Чжэнь.
— В СМИ об этом деле не сообщалось. Либо у преступника есть свои люди в системе общественной безопасности, которые сливают ему информацию о наших действиях, либо он — один из тех, с кем мы общались и кого допрашивали в последние дни, — предположил Инь Гуйху. — Лично я склоняюсь ко второму варианту.
— Значит, ты подозреваешь благотворителя Сюй Вэйбиня? — уточнил Сян Мянь.
— Угу, — подтвердил Инь Гуйху. — Сейчас самые подозрительные фигуры — это благотворитель Сюй Вэйбиня и его бывший парень. Насколько я помню, кожа на запястье у бывшего парня без следов загара, он вообще не носит часов. А вот благотворитель носит, только модель не та.
— О, кстати, — Сян Мянь вдруг кое о чем вспомнил. — Я тут поручил людям выяснить, почему бывший парень Сюй Вэйбиня первого мая возвращался в Йоуань. Говорит, забыл паспорт и приехал за ним.
— Разве можно забыть паспорт? — усомнился Инь Гуйху. — Неужели это просто отговорка на скорую руку?
Ответить на этот вопрос никто не смог.
— Почтовый ящик, который мониторит Мэн Сяоси, по-прежнему молчит? — обратился Си Чжэнь к Инь Гуйху.
— Ничего, — ответил тот. — Он говорил, что закинул фишинговую ссылку, чтобы выманить убийцу. Пойду спрошу у него, как успехи.
С этими словами Инь Гуйху схватил телефон и принялся строчить сообщение Мэн Сяоси.
Мэн Сяоси ответил мгновенно:
— Письмо до сих пор не прочитано.
— Никакой реакции, — резюмировал Инь Гуйху. — Десять против одного, он действительно просёк, что мы ведем за ним слежку.
Но даже в этом несчастье была своя удача — раньше они выбрали верное направление.
— И как вы намерены расследовать дальше? — спросил Сян Мянь.
Подумав немного, Инь Гуйху ответил:
— Я хочу съездить в крематорий.
— В крематорий? — удивился Сян Мянь. — Ты что, собрался еще раз на труп посмотреть?
— Нет.
Инь Гуйху медленно покачал головой и пояснил:
— До того как начать убивать, преступник наверняка добывал расчлененные останки каким-то другим способом. Так что мне нужно наведаться в крематорий.
Си Чжэнь разделял точку зрения Инь Гуйху. Он захлопнул отчёт о вскрытии, вернул его Сян Мяню и бросил Инь Гуйху:
— Погнали.
Глава 16. МОРГ
Снова оказавшись в крематории центрального района Йоуаня, Инь Гуйху и Си Чжэнь на этот раз направились не в секционную, а прямиком в морг.
У дверей морга дежурили двое сотрудников: они сидели на стульях, лузгали семечки и болтали. Подойдя ближе, Инь Гуйху произнес:
— Здравствуйте, Особый следственный отдел, проводим расследование.
Двое дежурных тут же забросили семечки и поднялись на ноги. Выражение лица у одного было настороженным, а второй выглядел виноватым.
Обоим было лет по сорок-пятьдесят. Тот, что выглядел настороженным, был худощавым и высоким, а его напарник — невысоким и полным.
К немалому удивлению, на запястье у худого красовались массивные золотые часы, а на шее пухлого висела толстая золотая цепь.
При зарплате простых дежурных такое добро им было не по карману.
Они пришли по адресу. Инь Гуйху расплылся в лукавой улыбке: откуда же у этих двоих деньжищи на вещи, совершенно не соответствующие их доходам?
— Здравствуйте, товарищи из Особого следственного отдела, что вас интересует? — первым подал голос худой.
— Нам поступил донос, что здесь приторговывают трупами. Мы прибыли с проверкой, — брякнул первое, что пришло в голову, Инь Гуйху.
При этих словах пухлый перепугался так сильно, что это стало заметно невооруженным глазом.
Инь Гуйху перевел взгляд с худого на толстяка. С такими слабыми нервами этот тип станет отличной мишенью для прорыва.
Ухмыляясь, Инь Гуйху обвел взглядом массивную цепь на шее толстяка и протянул:
— Похоже, работа в крематории приносит неплохой навар. Эта золотая цепь поди граммов сто весит? Глядя на вас, самому захочется сюда устроится подзаработать.
— Э-э, это... это мне отец дал поносить! — испуганно огрызнулся толстяк, пытаясь сохранить хорошую мишу.
Инь Гуйху повернулся к худому:
— А твои золотые часы?
— Фальшивые, под краску, — лаконично отрезал тот.
— Ха! — хмыкнул Инь Гуйху. — Настоящие или нет, одолженные или купленные — неужели вы думаете, что мы не станем проверять?
— Чистосердечное признание облегчает наказание, упорствование — усугубляет, — сурово добавил Си Чжэнь.
— Мы присматриваем за телами, а родственники иногда суют нам красные конверты с деньгами, так сказать, на удачу, — пояснил худой.
Разве с одних красных конвертов от родственников может набежать столько богатства?
Видя, что те по-прежнему не желают во всем сознаваться, Инь Гуйху пригрозил:
— Зовите вашего директора. Посмотрим, знает ли он, как вы здесь подрабатываете на стороне.
услышав это, пухлый исподтишка толкнул худого локтем в бок. Худой не отреагировал, тогда толстяк принялся строить ему страшные рожи и делать знаки глазами, но тот сделал вид, что ничего не замечает.
— Давай лучше расскажем, — прошептал пухлый, нагнувшись к самому уху напарника.
Но слух у Си Чжэня и Инь Гуйху был отменным, они расслышали каждое слово.
Худой зыркнул на напарника, а затем обратился к Си Чжэню и Инь Гуйху:
— Ладно, мы позовем директора.
Судя по всему, взятки эти двое брали наличными, не оставляя никаких улик, поэтому худой и держался так уверенно.
Вытащив телефон, он набрал номер руководства:
— Алло, директор, тут люди из Особого следственного отдела пришли, говорят, расследование проводят. Вы не сможете подъехать?
— Утверждают, что у нас в крематории трупами торгуют.
— Ага, хорошо, хорошо.
Закончив разговор, худой сбросил вызов и сообщил Си Чжэню и Инь Гуйху:
— Директор сказал, что скоро будет.
— Отлично, — бросил Инь Гуйху и уселся на стул у входа в морг, извлекая из кармана телефон, чтобы скоротать время, оставив двух дежурных стоять в неловких позах.
Толстяк судорожно вцепился пальцами в полы форменной одежды, а худой вытянулся в струнку — до того напряженно он выглядел. Становилось очевидно, что напускное спокойствие ему лишь казалось.
— Сейчас директор придет, стой на своем, говори, что ничего не знаешь, — снова зашептал худой на ухо подельнику.
Си Чжэнь и Инь Гуйху вновь предпочли сделать вид, что ничего не слышат.
Минут через полчаса быстрым шагом появился плотный мужчина средних лет с зажатым подмышкой портфелем.
— Здравствуйте, здравствуйте, — подойдя к Си Чжэню и Инь Гуйху, расплылся в любезной улыбке мужчина. — Проверяйте сколько угодно, мы законопослушные граждане и никогда не опустимся до торговли трупами.
Инь Гуйху спрятал телефон и обратился к директору крематория:
— Хорошо, тогда ведите нас внутрь, проведем сверку тел — проверим, сойдется ли количество.
— Без проблем.
Директор кивнул, сделал знак подбородком худому и скомандовал:
— Отпирай.
Худой достал ключ, вставил в замочную скважину и пару раз повернул. Раздался глухой щелчок — замок открылся.
Когда худой распаххнул дверь морга, оттуда пахнуло ледяным холодом. Внутри рядами стояли катафалки, накрытые белыми простынями; из-под ткани кое-где торчали мертвенно-бледные кисти и ступни, а силуэты под простынями угадывались с пугающей четкостью. Неизвестный ужас висел в воздухе, заставляя ежиться от тревоги.
Директор явно тоже не жаловал это место — от здешней мрачной атмосферы его передернуло. Поежившись, он сказал Си Чжэню и Инь Гуйху:
— Прошу вас.
Вся компания шагнула внутрь морга, и Си Чжэнь отдал приказ:
— Несите журнал регистрации, начинаем перекличку.
Худой с толстяком даже не шелохнулись — они по-прежнему лихорадочно соображали, как выпутаться из ситуации.
http://bllate.org/book/33889/4170319
Готово:
