Что за ожесточённая схватка.
Цин-няо при свете луны осмотрела следы оставшихся заклинаний, долго молчала, и её лицо становилось всё более мрачным. Наконец, она выронила два слова: — Клан Ци.
Клан Ци?
Первой мыслью было то, что клан Ци как-то связан с происхождением Цин-няо и Цин Фэна.
Верно, Таофу упоминала, что её прежняя семья как раз принадлежала к клану Ци — незначительному роду, который жаждал примкнуть к клану Хэ.
Родовой особняк клана Ци.
Хотя уже миновала вторая стража, во внутренних покоях усадьбы всё еще ярко горели огни.
Служанки и горничные, застывшие у дверей, боялись даже дышать. Они дружно опустили головы, глядя только на собственный нос. Из комнаты доносились гневные упрёки девушки и перебранка, сливавшиеся в сплошной шум.
Глава 10. Ци Шу
Когда я уходила из дома, вы первыми дали на это своё согласие! После моего ухода вам было на всё наплевать, а теперь вы приставили людей следить за Павильон Лазурного Облака, подстерегли нас по дороге в Аньпин и силой притащили сюда. Осмелюсь спросить, осталось ли у клана Ци хоть малейшее подобие достоинства Секты Бессмертных? — девушка спорила слово за словом, произнося всё чётко и внятно.
Замолчи! Что за вы и мы? Ты ехала в одной повозке с каким-то деревенским мужиком, орёшь и пререкаешься с родителями и сородичамии, растеряв все манеры и приличия — разве это подобает благородной девице? Так ты отплачиваешь клану Ци за многолетнюю заботу и воспитание?! — один из сородичей из клана Ци покраснел от гнева до самых корней волос.
Дядя, подбирай слова. Тот человек, коего ты именуешь мужиком — мой почтенный наставник, который учил меня грамоте и провожал на экзамены. А мои родители? Отец, ты ведь сам обещал мне, что я смогу сама выбрать себе возлюбленного для замужества, но потом нарушил слово и приказал мне обручиться с культиватором из клана Хэ, которому уже за сорок, только потому, что он согласился хоть немного поддержать клан Ци! Матушка, когда я плакала и искала у тебя защиты, ты уговаривала меня потерпеть и уверяла, что со временем всё пройдёт! Как я могла стерпеть это?!
Девушкой оказалась сама Таофу. Она перевела разговор, сохранив на лице холодное и спокойное выражение.
Супружеская чета, сидевшая на самых почетных местах, приходилась Таофу родителями. Услышав, как дочь в открытую обращается к ним, минуя остальных, и видя вокруг себя кольцо сородичей из клана Ци, они помрачнели пуще прежнего.
Отец Таофу, Глава клана Ци, долго размышлял, а затем примирительным тоном произмолвил:
— Шу-эр, когда ты решила уйти из дома, отец понимал, что это лишь ребячество. Погуляла бы пару лет на чужбине — и хватит, после церемонии достижения совершеннолетия тебе следовало вернуться в усадьбу. Теперь же ты достигла возраста невестинского, а тот молодой господин из клана Хэ еще несколько месяцев назад снова приходил к нам и, забыв о твоем давнем отказе от помолвки, выразил желание возобновить прежний союз!
Он изобразил на лице крайнюю озабоченность:
— У человека такие искренние намерения, как же наш клан Ци мог отказать?
— Твой отец абсолютно прав. Шу-эр, тот молодой господин до сих пор не женат, наверняка он ждал именно тебя, — поддакнула её мать.
— До сих пор не женат? Скорее уж — до сих пор не женился повторно, — Ци Шу, которую теперь звали Таофу, поправила её. — Тот молодой господин в былые годы избивал беременную жену, а после того, как она умерла при родах, никто больше не соглашался за него идти! К тому же он одержим жаждой обзавестись наследником — если бы не это, стал бы он связываться с такими мелкими домами, как наш? Матушка, разве я не права?
Мать Таофу на мгновение лишилась дар речи, сердито зыркнула на дочь и умолкла.
Заметив, что Таофу снова собирается возражать, её отец перебил её резким окриком:
— Хватит! На сегодня всё закончено, подите кто-нибудь, отведите барышню в комнату! И приставьте стражу, чтобы носу не смела казать за порог!
Тут же вперед выступили две дюжие служанки. Схватив девушку с обеих сторон за плечи, они намеревались в такой манере препроводить её обратно.
Мать бросила на дочь равнодушный взгляд, покачала головой и в сопровождении служанок удалилась, совершив положенный поклон. Отец же больше даже не посмотрел в её сторону — он поднялся с места и принялся о чём-то шептаться с остальными сородичами.
Вырываясь, Таофу расслышала их обрывки их разговора:
— Глава клана, тот мужчина, которого привезли вместе с барышней, сейчас брошен в темницу. Что прикажете с ним делать?..
— А, с ним? Можете не обращать внимания, какой толку ждать от какого-то книгочерчая?
— Слушаюсь. Только... тут несколько слуг по неразумению приложили к нему руку, и теперь... он потерял сознание.
— Какое безобразие! Пусть эти слуги сами идут наказать себя плетьми.
— Слушаюсь, а этот мужчина...
— Главное, чтобы не помер.
Услышав это, Таофу покрылась мурашками с ног до головы. Она изо всех сил попыталась вырваться из хватки державших её служанок и громко крикнула:
— При чём здесь учитель?! Я останусь дома и никуда больше не пойду! Отец! Отпусти его!
Глава клана Ци с отвращением махнул рукой, и кто-то тут же подскочил к девушке, зажав ей рот.
Сдавленные рыдания девушки смолкли, постепенно замирая в безмолвной ночи.
Слуги отворили створки дверей, и процессия зашагала из комнаты, собираясь разойтись. Но один из мужчин случайно обернулся и бросил взгляд назад. Краем глаза заметив какое-то движение над головой, он поднял голову.
На крыше, неизвестно когда появившись, застыли две женские фигуры — одна в зелёном, другая в белом.
Женщина в белом, заметив его взгляд, презрительно усмехнулась и приподняла брови; а стоявшая рядом женщина в зелёном глядела на него леденящим взор, наполовину вытащив меч из ножен — казалось, еще мгновение, и она пустит оружие в ход, чтобы лишить его жизни!
Охваченный паникой, он ткнул пальцем в крышу и испустил дикий вопль, мгновенно привлекая всеобщее внимание к незваным гостьям.
Это были Су Чжэн и Цин-няо.
Глава клана Ци тоже проследил за взглядом остальных. Смешавшись от неожиданности, он испытал даже больший шок: клан Ци всё-таки был бессмертным родом, и большинство слуг в его усадьбе являлись культиваторами с обострёнными чувствами. Каким же образом эти двое бесшумно проникли в резиденцию и сколько времени простояли на крыше, подслушивая их разговор?
Во дворе тут же с криками бросились наперерез стражники. Телохранители окружили Главу клана Ци и его сородичей, указывая на Су Чжэн и Цин-няо:
— Кто такие?!
Цин-няо не желала тратить слова на пустые расспросы и глухим голосом бросила:
— Освободите Цин Фэна и Таофу!
Глава клана Ци тут же сообразил, зачем они пожаловали.
В прошлом году тот самый сородич из побочной ветви клана Хэ снова прислал к нему сватов, справляясь, не намерен ли клан Ци породниться, и прямо называл имя барышни Ци Шу.
Он никак не ожидал, что у его семьи еще останется шанс породниться с кланом Хэ. Мужчина прекрасно знал, что клан Ци с каждым годом катится по наклонной, а оба его сына целыми днями только и делают, что бьют баклуши и ни на что не годны. Не желая упускать подвернувшуюся возможность, он охотно дал согласие.
Но когда сваты удалились, его охватила тревога: несколько лет назад Ци Шу при всех порвала с семьей и публично отреклась от клана Ци. Тогда им овладело уязвленное самолюбие, кровь ударила в голову, и он сгоряча отпустил её на все четыре стороны, больше не интересуясь её судьбой. Теперь же оставалось лишь отыскать её и притащить обратно, даже если на чужбине она уже успела с кем-то обручиться.
Ради этого он потратил немало средств и сил, пока наконец не получил от соглядатая весть о том, что Ци Шу сменила имя на Таофу и обитает в Приюте И неподалеку от Наньциншаня, к счастью, всё еще не выйдя замуж.
Сначала он собирался напрямую послать людей потребовать возвращения Ци Шу, но лазутчики донесли, что хозяйкой Приюта И является некая девица по имени Цин-няо, чьё владение мечом отличалось исключительным мастерством, и недооценивать её не стоило.
Хотя он не придавал этому особого значения, но и наживать лишних хлопот не хотел, поэтому не стал действовать опрометчиво, выжидая удобного момента, чтобы тайком похитить девушку.
И надо же было такому случиться, что после Нового года соглядатай принёс новость: барышня в компании какого-то мужчины уселась в повозку и держит путь в сторону Аньпина!
С одной стороны, он радовался свалившейся с небес удаче, с другой — бесился от того, что дочь ведет себя столь бесстыдно. Как бы то ни было, известие оказалось превосходным, и он приказал устроить засаду. Наконец, этой ночью у обрыва они дождались повозку Ци Шу.
Люди, отправленные за ней, были лучшими бойцами клана Ци. Разделившись, они одновременно сходились в схватке с охранниками повозки и прорывались внутрь, чтобы скрутить беглянку. В конце концов, пусть не обошлось без потерь среди учеников, свою задачу они выполнили и приволокли Ци Шу домой.
Возвращаясь с заданием, несколько подручных особо доложили, что в ходе захвата обнаружили на запястьях Ци Шу и того мужчины браслеты с наложенным Бессмертным искусством. Это были обычные поисковые Магический инструменты сект, которые не только отражали эмоциональное состояние и безопасность владельца, но и позволяли отслеживать его местонахождение.
Поэтому они тут же перерубили их и уничтожили, рассчитывая получить за это награду и похвалу. Глава клана Ци тогда небрежно бросил им немного золота и серебра, внутренне удивившись: раньше до него не доходило слухов о том, что в том самом Павильоне Лазурного Облака кто-то ступил на путь культивации. Откуда же вдруг взялись такие вещи?
Глава 11. Известие о смерти
Скрепя сердце, он подумал, что браслеты всё равно уничтожены, и к тому времени, как люди из Павильона Лазурного Облака отыщут след Ци Шу и её спутника, девушка уже выйдет замуж и дело будет решено. Неужели она станет тягаться с кланом Хэ? В худшем случае можно просто отпустить этого мужчину на все четыре стороны.
Но почему же кто-то явился следом так быстро? По деталям из тайного донесения лазутчика он узнал в девушке с мечом Цин-няо, но кем тогда приходилась та вторая, в белом?
Глава клана Ци не желал ломать над этим голову. Даже если они сумели пробраться в усадьбу благодаря каким-то фокусам, он по-прежнему ни во что их не ставил. Криво усмехнувшись, он шагнул вперед и бросил Цин-няо:
— О ком это вы толкуете? В моем доме отродясь не слыхивали о людях с такими именами.
Цин-няо не собиралась вести с ним пустые споры и уже собиралась броситься в бой, но Су Чжэн знаком остановила её и тихо произнесла:
— Позволь мне сначала поговорить с ним.
Цин-няо бросила на неё взгляд, кивнула, и пальцы её слегка ослабили хваку на рукояти клинка.
Су Чжэн громко и отчетливо обратилась к Главе клана Ци:
— Не слыхивали? Если так, откуда же вам знать, что один из них — мужчина, а вторая — женщина?
Слова попали в самую точку, и Глава клана Ци только теперь сообразил, что сболтнул лишнего. Су Чжэн тут же продолжила:
— Глава клана Ци, только что вы так живо и увлекательно препирались в комнате, и мы, к несчастью, расслышали всё до последнего слова. К чему теперь притворяться дураком? Я спрошу лишь раз: отпустите людей или нет?!
Да кому изволили так дерзить при Главе клана Ци? Он холодно фыркнул:
— Родительское слово — закон, а брак заключается по воле сватов. Моя барышня достигла брачного возраста, и родня имеет полное право решить, за кого ей выйти замуж — это справедливо и естественно! С какой стати вам вмешиваться?
Су Чжэн легкомысленно протянула:
— Вот как, значит, договориться не выйдет? Мы вовсе не хотели раздувать ссору. Праздник Праздник фонарей еще не наступил, год даже толком не кончился, а мы уже собираемся проливать кровь — какая дурная примета. Послушайте моего совета, отпустите людей, и мы разойдёмся с миром. Зачем же идти напролом?
Мать Таофу, намеревавшаяся вернуться в покои через заднюю дверь, услышала шум и поспешила сюда. Служанки тотчас заслонили её, пока она приближалась к Главе клана Ци. Услышав дерзкий тон Су Чжэн, она не удержалась:
— Какая же ты наглая девчонка! Берегись...
Но договорить ей не дал Глава клана Ци, оборвав жену на полуслове.
Поразмыслив немного, он переменил тон:
— Моя младшая дочь уже обручена с молодым господином из клана Хэ, и в скором времени состоится свадьба, так что вернуть её вам клан Ци не позволит. Но что до того мужчины... пожалуй, я сделаю одолжение и отпущу его. Забирайте его с собой и впредь не суйтесь в семейные дела клана Ци, договорились?
Он предлагал им разойтись с миром, взаимно уступив друг другу.
Таофу, лишённая возможности издать хоть звука, оставалась прижатой служанками за ширмой в глубине комнаты. Она отчётливо расслышала каждый звук этого разговора. Сначала, услышав голоса Цин-няо и Су Чжэн, её сердце радостно ёкнуло, а на глаза навернулись слёзы. Но теперь, стоило отцу произнести эти слова, как в ней вскипела невесть откуда взявшаяся сила. Вырвавль из чужих рук, она во весь голос закричала:
— Сестрица Цин-няо! Не заботьтесь обо мне! Уводите учителя!
http://bllate.org/book/33874/4168707
Готово:
