Сегодняшней целью был другой уездный город в двух встах восьмидесяти километрах от поселка Юаньси. По дороге вглубь поселка навигатор подсказал, что неподалеку есть водопад. Сюй Цихань припарковался и размял уставшее тело.
— Сходим подышать свежим воздухом?
У подножия водопада бежал длинный ручей, и веявшее от воды дуновение сдувало изнуряющую жару. У Сюй Циханя от долгого сидения затекли поясница и спина, и он, усевшись на камень, слегка постукивал себя по ним.
Юнь Шо, шлепая босиком по гальке, прошел немного ближе к глубокой воде, набрал красивых камешков, завернул их в полу одежды и, словно преподнося сокровище, подошел к Сюй Циханю.
Сюй Цихань повертел в руках камушки, поднял один из них и спросил Юнь Шо:
— Что это за камень?
Юнь Шо босиком отступил на шаг. В ушах стоял оглушительный грохот падающей воды, и они не заметили, как в густой траве раздалось шуршание.
Под ногой вдруг кольнуло, словно что-то сильно ужалило. Юнь Шо нахмурился, опустил взгляд и успел лишь заметить мелькнувший в траве и стремительно скрывающийся изумрудно-зеленый змеиный хвост.
На голени из двух следов от зубов сочились капельки крови. Рана, словно опаленная огнем, быстро занемела, и тупая боль поползла вверх по ноге к колену.
— Плохо дело, похоже на бамбуковую куфию... — Лицо Юнь Шо мгновенно изменилось. Терпеть быстро распространяющееся жжение и онемение было тяжело, и он запрыгал назад на одной ноге.
— Юнь Шо! — Голос Сюй Циханя сорвался от испуга, он в несколько шагов подбежал к нему. Сами слова «бамбуковая куфия» вонзились ему в уши ледяными шипами — это же ядовитая змея.
В голове у него зазвенело, мысли словно остановились. Он судорожно стянул с себя рубашку и, дрожащими руками, совершенно не слушающимися от паники, принялся перетягивать ногу выше раны.
— Ты уверен, болит, голова кружится? — дрожащим голосом засыпал его вопросами Сюй Цихань.
Он опустился на колени у ручья и стал непрерывно промывать рану Юнь Шо чистой водой, осторожно выдавливая кровь подушечками пальцев вокруг повреждения. Вода с примесью крови уносилась прочь, но паника в груди становилась все гуще.
— Не совсем уверен, она слишком быстро уползла, голова пока не кружится. — Юнь Шо судорожно втянул воздух от боли.
«Не уверен» прозвучало для Сюй Циханя как самый опасный сигнал, от тревоги на его лбу выступил пот.
Покраснение и опухоль вокруг раны начали постепенно расплываться. В этот момент все научные методы обработки напрочь вылетели из головы, и в сознании Сюй Циханя осталось лишь самое первобытное, устрашающее знание: яд необходимо извлечь.
Глядя на распухшую и покрасневшую кожу вокруг ранки, он почувствовал, как его сковали огромный страх и чувство ответственности. Ведь это он захотел поехать к водопаду, это из-за него Юнь Шо ступил в траву...
Он неосознанно сжал сильнее, и Юнь Шо тихо шикнул от боли, рефлекторно пытаясь отдернуть ногу, но Сюй Цихань мягко зажал его пальцы и успокоил:
— Потерпи немного, сейчас пройдет.
Страх подавил всякий рассудок, и в тот миг в его голове билась лишь одна смутная мысль: отсосать яд.
Почти повинуясь инстинкту спасителя, он резко наклонился, и его теплые губы коснулись кожи. Чуть примерившись, он легонько втянул воздух.
Юнь Шо всем телом замер — дело было не в боли, а в том, что дыхание Сюй Циханя щекотало кожу. От этого легкого зуда затрепетали ресницы, и он, сжав зубы, спросил:
— Ты что делаешь?
Он увидел, как Сюй Цихань хмурится: втянув яд один раз, тот отвернулся и сплюнул, а на солнце отчетливо было видно, как качнулся его кадык.
— Не надо... — голос Юнь Шо напрягся, он протянул руку, ухватил его за подбородок и остановил: — Грязно.
Сплюнув несколько раз, Сюй Цихань подбежал к ручью прополоскать рот. Юнь Шо глубоко вздохнул, в его тоне звучала срочность, в которой подавлялся гнев:
— Ты понимаешь, что если там яд, ты и сам вляпаешься?
— Знаю. — Голос Сюй Циханя был тихим, в нем еще сквозил страх, но он твердо стоял на своем: — Я тогда не думал об этом... Ты сказал, что это могла быть куфия, я не мог сидеть сложа руки и смотреть, как ты страдаешь.
Выплюнув воду из рта и убедившись, что пока чувствует себя нормально, он бережно поддержал Юнь Шо и повел к машине.
Добравшись до автомобиля, он быстро достал из аптечки йодпирон и тщательно обработал кожу вокруг раны. Йодпирон щипал не сильно, так что Юнь Шо лишь поморщился — стерпеть было можно.
— До ближайшей больницы семнадцать километров, нужно немедленно выезжать. — Сюй Цихань аккуратно опустил ногу Юнь Шо, включил навигатор и сразу же тронулся с места.
Все это время Сюй Цихань суетился как на иголках и вовсе не дал Юнь Шо возможности вставить хоть слово. Голова немного кружилась — то ли от змеиного укуса, то ли от чего-то еще.
Юнь Шо повернулся к Сюй Циханю, его грудь все еще часто вздымалась от остатков гнева:
— Тебе не следовало отсасывать мне кровь. — Повторил он.
— Знаю. — Сюй Цихань сильнее вдавил педаль газа, в его голосе все еще слышалась паника. — Но я тогда испугался. Ты сказал, что не уверен, а я боялся, что это и вправду ядовитая змея.
— Тем более не стоило этого делать! Какой же ты глупый, так рисковать ради человека, которого знаешь всего несколько дней? — Юнь Шо повысил голос, почти сорвшись на крик.
Сюй Цихань не был профессиональным врачом, он знал лишь основы первой помощи. Тогда они были вдвоем, и помочь Юнь Шо мог только он один, поэтому сохранить привычное хладнокровие не получилось бы. В подобной ситуации он поступил бы так с кем угодно.
Боясь, что из-за излишнего волнения Юнь Шо рана растревожится еще сильнее, Сюй Цихань больше не стал с ним спорить. Крепко сжав руль, он молча вел машину. Через двадцать минут автомобиль плавно остановился у входа в больницу.
После врачебного осмотра и обработки выяснилось, что это вовсе не бамбуковая куфия, а обыкновенная зеленая куфия. Змея оказалась неядовитой, состояние было несерьезным — достаточно сделать прививку от столбняка и ввести противозмеиную сыворотку, после чего можно понаблюдать за пациентом в больнице некоторое время.
Натянутая струна внезапно ослабла, и Сюй Цихань обессиленно опустился на стул в приемном покое. Его хрупкая фигура тонула в просторной футболке.
Глядя на его потерянный вид, Юнь Шо присел на корточки. Сначала он молча поднял маленький камешек, выпавший из кармана Сюй Циханя, а затем поднял взгляд, и его глаза со сложным выражением остановились на губах Сюй Циханя.
— Прости, — тихо произвел Юнь Шо, выдержал паузу и добавил: — Не стоило на тебя кричать.
— Тогда я подойду еще ближе
Сюй Цихань сначала опешил, и лишь спустя пару секунд заторможенно посмотрел на Юнь Шо.
— Прости, — голос Юнь Шо стал еще тише. — Я знаю, что ты переживал за меня, но вдруг это действительно оказалась бы ядовитая змея...
Сюй Цихань ошеломленно слушал, не сразу находя слова. Извинения Юнь Шо прозвучали словно ключ, который с тихим щелчком отпер его рассудок, заблокированный до этого адреналином и диким страхом.
Нахлынувшая с опозданием волна ужаса заставила его руки и ноги ослабеть. Рефлекторно подняв руку, он коснулся кончиками пальцев собственных губ, словно только сейчас по-настоящему осознал весь риск, которому подвергся.
— Это мне нужно извиняться, — голос Сюй Циханя звучал хрипло. Он вовсе не сердился на Юнь Шо за крик, его страшило лишь одно — чтобы с Юнь Шо ничего не случилось. Случись с тем что-нибудь, он бы казнил себя до конца дней.
Юнь Шо тихо усмехнулся и вдруг сунул ему в губы леденец. На губах осталась сладкая липкая глазурь, и Сюй Цихань машинально приоткрыл рот.
— Откуда у тебя конфеты?
— Медсестра дала. — Юнь Шо сел рядом с ним, бросил взгляд на мятую рубашку Сюй Циханя, висевшую на локте, и уже собирался снять собственную куртку, но Сюй Цихань его остановил.
— Сколько раз ты уже отдавал мне свою верхнюю одежду? — Сюй Цихань придержал его руку, пытающуюся расстегнуть пуговицу. — Я не настолько хрупкий.
Юнь Шо уголки губ дернулись в приглушенной улыбке, а пальцы подцепили край рубашки Сюй Циханя:
— Пойдем.
Они остановились на ночлег в местной гостинице. Сюй Цихань все еще беспокоился, поэтому, когда Юнь Шо протянул удостоверение личности и попросил два отдельных номера, неожиданно перебил:
— Хватит одного стандартного.
Юнь Шо удивленно посмотрел на него, бросив с легкой издевкой:
— Наш бюджет вроде не настолько ограничен.
Сюй Цихань забрал удостоверение и с глухим стуком положил его на стойку:
— Один стандартный номер, пожалуйста.
Забрав у администратора карточку-ключ, Сюй Цихань за рукав потащил Юнь Шо наверх. Тот словно внезапно разучился думать и покорно следовал за каждым его движением.
— Эй. — Сюй Цихань открыл дверь комнаты и слегка толкнул Юнь Шо вперед, отчего тот оступился и осел на край кровати.
— Оглох, что ли? — Сюй Цихань помахал рукой перед его глазами, озадаченно спрашивая: — У тебя это... часом не побочный эффект?
Только тогда Юнь Шо моргнул и перевел взгляд на Сюй Циханя:
— Ты снял номер с двумя кроватями?
— А что не так? — Сюй Цихань оставил рюкзак на диване, решив, что тот против ночевки в одной комнате. — Я просто подумал, что если ночью тебе вдруг станет хуже, вдвоем в одной комнате будет удобнее.
Движение рук Юнь Шо, расстегивавшего куртку, замерло, а на лице промелькнуло разочарование:
— Во... вот оно как?
Сюй Цихань отвернулся к выключателю и, услышав лишь интонацию, не заметил выражения его лица:
— Если тебе неуютно, я могу устроиться в соседнем номере. Но если среди ночи почувствуешь недомогание, обязательно сразу скажи мне.
Сообразив, что из-за излишнего беспокойства мог сморозить глупость, Сюй Цихань поднял рюкзак, собираясь вернуться на ресепшен и снять еще один номер.
— Ой... — Стоило ему взяться за дверную ручку, как позади раздался голос Юнь Шо.
Он машинально обернулся и увидел, что Юнь Шо поднимается, поморщившись от боли. — Что такое? — Сюй Цихань быстро подошел к нему.
Просто из-за того, что Сюй Цихань собрался уходить, Юнь Шо резко встал и потревожил рану. Хитро блеснув глазами, он тихо выдохнул:
— Болит...
Рюкзак безвольно упал на ковер. Сюй Цихань усадил его за плечи на край кровати, опустился на колени и принялся бережно осматривать место под марлевой повязкой.
Кровь не проступала, но, глядя на скривившееся от боли лицо Юнь Шо, он растерялся и легонько коснулся пальцами кожи вокруг раны.
Тусклый свет падал на макушку Сюй Циханя. Опустив ресницы, он отбрасывал на лицо бледную тень, его большой палец медленногладил место укуса, а вторая рука нежно и невесомо прикрывала бедро сбоку.
Мимолетное покалывание и зуд отдавались прямо в сердце Юнь Шо. Глядя на Сюй Циханя, он невольно задышал тяжелее.
От этого легчайшего прикосновения костяшки пальцев Сюй Циханя казались едва розоватыми. Вдруг Сюй Цихань слегка приоткрыл сомкнутые губы, и его теплое дыхание коснулось кожи возле раны.
Выдыхая на рану, он делал это невероятно медленно, словно специально обходя стороной покрасневшее место. Опустив уголки глаз, он после каждого легкого выдоха поднимал взгляд на Юнь Шо, и в самом его дыхании чувствовалась намеренная мягкость.
Юнь Шо так сжал край одежды, что побелели пальцы, но Сюй Цихань внезапно замер. Кончиками пальцев он легонько коснулся щеки Юнь Шо и тихо спросил:
— Почему у тебя такое бледное лицо? Я слишком слабо дул? Тогда я... подойду еще ближе?
http://bllate.org/book/33871/4168458
Готово:
