— Конечно, можно, у кого не бывает срочных дел? — усмехнулся Чжо Раундун. — Босс, как ощущения от первой ночи в статусе женатого человека?
— Какие ощущения? — Чэн Цзичжи встретился взглядом с насмешливыми глазами Чжо Раундуна и честно ответил: — Усталость.
Чжо Раундун вытаращил глаза:
— Черт, босс, ты и твой супруг по брачному контракту…
Поняв, к чему клонит собеседник, Чэн Цзичжи пояснил:
— Мы провели ночь так: один на кровати, другой на полу.
Чжай Мин осторожно уточнил:
— Босс, надеюсь, на полу спал не ты?
Чэн Цзичжи промолчал.
— Не может быть, босс, зачем ты уступаешь этому Янь Чжи? Позавчера, когда мы выполняли задание в баре Фэйли, он выпил немало алкоголя. И то, что он крутился в таком месте с сыном из дома Дуань, Дуань Ичэном, — это выглядит подозрительно, — сказал Чжай Мин. — Совсем не похоже на поведение учителя.
— Они с Дуань Ичэном и так родственники, неудивительно, что он развлекался в баре, — равнодушно ответил Чэн Цзичжи. — К тому же, что он там делал — меня не касается. Мы с ним сейчас максимум — незнакомцы, вынужденные жить под одной крышей.
— Тоже верно, чувств-то нет, — хмыкнул Чжо Раундун. — Брачные союзы — это просто ужас. Я бы ни за что не женился на той, кого не люблю.
— Чего вы с самого утра разболтались? — Чэн Цзичжи ускорил шаг, переступил порог здания и, повернув в сторону своего кабинета, бросил: — Докладывайте, как продвигается задание.
Услышав это, Чжай Мин оставил свой небрежный тон, достал телефон и, взглянув на экран, произнёс:
— Мы выяснили, кем была та женщина, что сбежала позавчера из бара Фэйли. Её зовут Сун Цин, ей двадцать два года. Какое-то время она работала в баре Фэйли, видимо, тогда и столкнулась с препаратом Орок. Она пропадала на некоторое время, но непонятно, почему вернулась сейчас.
Чэн Цзичжи спросил:
— Что насчёт её окружения?
— Круг общения довольно узкий, друзей почти нет. Во время работы в баре она даже ссорилась с посетителями. Бывшие коллеги говорят, что Сун Цин была молчаливой, с непростым характером, ладить с ней было сложно.
Чжай Мин пролистал экран:
— У неё остались отец и младший брат. Отца зовут Сун Юаньдэ, брата — Сун Мэнмэн. Мы с Чжо Раундуном навели справки об отце — безработный. А Сун Мэнмэн учится во Второй средней школе Ваньюя.
Чэн Цзичжи замер:
— Во Второй средней школе Ваньюя?
Чжай Мин, держа в руках досье Сун Цин, подтвердил:
— Да, именно там.
Янь Чжи преподавал как раз во Второй средней школе Ваньюя. Чэн Цзичжи потёр виски, подумав, что это слишком уж большое совпадение: только решил, что днём не придётся с ним пересекаться, как возникла такая ситуация.
— Что случилось, босс?
Чэн Цзичжи ответил:
— Янь Чжи работает там учителем.
— Вот это совпадение, — сказал Чжай Мин. — В таком случае работать будет гораздо проще.
Чжо Раундун добавил:
— Босс, когда выдвигаемся? Сун Цин может заявиться к брату уже сегодня. Если мы заранее возьмём под наблюдение Сун Мэнмэна, возможно, быстро выйдем на след Сун Цин.
Чэн Цзичжи, что-то вспомнив, спросил:
— А где Вэй Сяо?
— Он всё ещё занят личными делами, в ближайшие дни не вернётся.
— Ладно, тогда выдвигаемся во Вторую среднюю школу Ваньюя прямо сейчас, — Чэн Цзичжи посмотрел на двоих подчинённых. — Переоденьтесь в гражданское, не пугайте учеников.
— Есть, — кивнул Чжай Мин, и они с Чжо Раундуном ушли.
Чэн Цзичжи вошёл в кабинет, открыл шкаф, достал припасённую там одежду, а пиджак бросил на диван. Он ловко сбросил верхнюю одежду, и зеркало отразило мощные, рельефные мышцы, которые в сочетании с оливковой кожей создавали образ идеально здорового мужского тела.
Жаль только, что эта прекрасная кожа была испорчена шрамами разного размера на груди и спине. Они переплетались, словно лианы, выглядели пугающе и чужеродно. Среди множества рубцов особенно выделялся шрам на правой руке длиной около восьми сантиметров — он тянулся от предплечья к внутренней стороне, был намного светлее остальных, что говорило о его глубокой давности.
Зрелище было впечатляющим, но Чэн Цзичжи давно к нему привык. Он переоделся перед зеркалом и без промедления поспешил вниз.
***
Вторая пара во Второй средней школе Ваньюя у Янь Чжи прошла спокойно. Возможно, госпожа Дуань всё-таки пригрозила Дуань Ичэну, так как со вчерашнего дня не было ни единого сообщения с требованием о встрече. Подобное затишье означало, что Дуань Ичэн надолго заляжет на дно, а значит, у Янь Чжи наконец-то появится время отдохнуть.
Он уже собирался уходить после окончания рабочего дня, как, выйдя из учебного корпуса, столкнулся с Чэн Цзичжи, который только что вышел из кабинета директора.
Янь Чжи не знал, что именно привело его сюда, но, судя по двум сопровождающим, это было связано с делом об Орок, которым они занимались. Он мало что знал об Управлении Орок, но был в курсе, что там строгое разделение труда, и группа А, где состоял Чэн Цзичжи, специализировалась именно на препарате Орок.
Препарат Орок — это запрещённое вещество, появившееся пару лет назад. Оно действовало исключительно на Орок. При введении инъекции человек испытывал лёгкое помутнение сознания, слабость во всём теле и ощущение экстремального психофизического удовольствия. Однако частое употребление наносило огромный вред здоровью, и те, кто долго сидел на этом препарате, часто теряли контроль, выпуская наружу скрытую животную сущность и навсегда лишаясь человеческого разума, что приводило к непоправимым ошибкам.
Неужели школа оказалась замешана в делах с этим препаратом? Пока Янь Чжи погрузился в раздумья, раздался звучный голос директора:
— Учитель Янь, а я думал, вы уже ушли.
Янь Чжи поднял голову и увидел директора, идущего в их сторону вместе с Чэн Цзичжи и его спутниками. Он вежливо поздоровался:
— Здравствуйте, директор.
Директор кивнул и с улыбкой представил гостя:
— Это капитан Чэн из Управления Орок.
Он был подчёркнуто вежлив, даже излишне осторожен — казалось, это Чэн Цзичжи здесь главный, а директор лишь просит его об одолжении. Впрочем, учитывая, что дом Чэн финансировал школу, такая обходительность директора была неудивительна — человек, занимающий столь высокую должность, не мог не быть изворотливым.
— Мы знакомы, — Чэн Цзичжи сжал губы в усмешке. — Это мой супруг, мы только позавчера зарегистрировали брак.
Директор был поражён:
— Оказывается, учитель Янь — супруг молодого господина Чэна! Почему же вы не поделились с нами такой радостью? Мы бы хоть подарок на свадьбу подготовили.
Янь Чжи слегка дёрнул уголком губ:
— Директор, вы слишком любезны. Мы с молодым господином Чэном только расписались, ещё не успели объявить об этом.
Стоявший позади Чжо Раундун толкнул локтем Чжай Мина, с интересом наблюдая за разворачивающейся сценой. Но «представление» не состоялось: Янь Чжи тут же перевёл тему:
— Директор, вы что-то хотели?
Директор поспешно ответил:
— Да, тут вопрос касательно анкеты по исследованию препарата Орок. У меня сегодня срочные дела, совсем нет времени, не могли бы вы взять это на себя?
— Хорошо, — ответил Янь Чжи.
— Тогда я пойду, если что — обязательно звоните, — директор быстрым шагом удалился.
Как только он отошёл на приличное расстояние, Янь Чжи прямо спросил:
— Акции с анкетированием проводятся раз в полгода, и вряд ли таким занятым людям, как вы, нужно лично заниматься опросами.
— И правда, дело не в анкете. Просто не хотелось, чтобы новости распространились и встревожили учеников, — Чэн Цзичжи перешёл к делу. — Я пришёл спросить: есть ли у вас в школе ученик по имени Сун Мэнмэн?
Янь Чжи ответил:
— В школе много учеников с одинаковыми именами.
Чжай Мин сделал шаг вперёд и показал телефон:
— Сун Мэнмэн, ученик второго класса пятой группы, Орок с атрибутом медведя.
На экране было фото с недавнего студенческого билета: впалые щёки и потухший, полный пугливости взгляд. Это был именно тот Сун Мэнмэн, которого он знал.
— Зачем он вам?
Чжо Раундун кашлянул и пояснил:
— Его сестра — постоянная потребительница препарата Орок. Кто-то видел, как она принимала его в полуразвалившейся съёмной квартире. Она чудом сбежала, а недавно появилась в баре Фэйли, после чего след её простыл. Мы можем найти зацепки только через её родственников.
Значит, позавчера Чэн Цзичжи появился в баре Фэйли, чтобы найти Сун Цин, а когда ничего не добился, устроил там облаву. Янь Чжи преподавал здесь уже несколько месяцев и ни разу не видел, чтобы кто-то навещал Сун Мэнмэна. Мальчик всегда был один, неразговорчив, жизнь его явно не баловала.
Янь Чжи спросил:
— Вы хотите, чтобы я позвал его?
Чэн Цзичжи кивнул:
— Вы учитель, если вы его вызовете и посидите рядом, он будет спокойнее. К тому же, кроме вас, в этой школе больше нет учителей-Орок.
Янь Чжи не хотел в это ввязываться, но, раз уж обещал директору, уйти было нельзя.
— Ждите в кабинете директора, я сейчас его приведу.
Сказав это, он развернулся и направился в учебный корпус. Глядя ему в спину, Чжай Мин заметил:
— Босс, а он холодный как лёд.
— Да уж, — Чэн Цзичжи повысил голос. — С ним невозможно общаться. Вчера ни в какую не пускал меня на кровать. Оба Орок, оба мужчины — что такого, если мы поспим вместе? Сказал, что не привык спать с другими, по-моему, специально вредничает.
Чжо Раундун положил руку на плечо Чэн Цзичжи:
— Босс, ты всё-таки слишком мягкосердечен.
— Я что, похож на того, кто обижает слабых?
— Нет.
— Посмотри, какой он худощавый. Я просто уступаю ему.
Чжай Мин и Чжо Раундун переглянулись.
— Не зря вы наш босс, широкой души человек.
***
Когда Янь Чжи позвал Сун Мэнмэна, в пятой группе как раз шёл урок самоподготовки. Сун Мэнмэн сидел на задней парте у окна, один, уткнувшись носом в тетрадь. Янь Чжи окликнул его от задней двери, и подросток, слишком увлечённый учёбой, вздрогнул от неожиданности. Увидев Янь Чжи, он сменил испуг на облегчение, поднялся и на цыпочках вышел из класса.
— Учитель Янь, вы меня звали? — Сун Мэнмэн слегка ссутулился, хотя даже в таком положении был на голову выше Янь Чжи.
Рост под метр девяносто при весе, явно не достигающем шестидесяти килограммов, делал его фигуру непропорциональной, словно он мог рассыпаться при каждом шаге.
Янь Чжи посмотрел на его длинную чёлку и, помедлив несколько секунд, произнёс:
— Пришли люди из Управления Орок. Они хотят поговорить с тобой… о твоей сестре.
http://bllate.org/book/33849/4165136
Готово:
