— Снегг. — Словно и не было паузы, Снегг скрестил руки на груди и холодно назвал своё имя.
— Что ж, — Чу Сюань окинул взглядом окрестности. Сейчас поблизости оставалось всего четверо. — Мы ещё не успели обсудить, в чём каждый из вас силён?
Баван и Лин Дянь переглянулись. Если бы они не задержались на месте со Снеггом, то наверняка присоединились бы к той группе, но из-за этой заминки момент для знакомства и перечисления своих профессий и навыков оказался упущен.
— Баван, наёмник, элитный стрелок тяжёлого вооружения.
— Лин Дянь, убийца.
После этого все трое снова перевели взгляд на Снегга.
— Профессор Хогвартса.
Чу Сюань пропустил мимо ушей раздражение Бавана и молчание Лин Дяня.
— Судя по твоей позе, ты привык к бою. Хотя оружие тебе не под стать, видно, что в собственных силах ты уверен более чем. Долгое сохранение беспристрастности выдаёт профессиональную подготовку, дыхание контролируешь отлично, постоянно наблюдаешь за обстановкой вокруг. Наёмник? Убийца? Ни то ни сё. Ты — шпион.
Длинная тирада прозвучала совершенно монотонно, тон Чу Сюаня больше походил на доклад на научной конференции. Лин Дянь в мгновение ока бросил на него восхищённый взгляд, а Баван инстинктивно отступил на полшага назад.
Снегг с удивлением посмотрел на этого Маггла. Верно, тот угадал почти всё до мелочей, но что с того? Происходящее здесь не имело к нему никакого отношения, рано или поздно он отсюда выберется.
— Полагаю, мы друг другу чужие. — Смысл слов Снегга был прост: они не нуждаются в лишнем общении.
— Боюсь, ты ещё не до конца осознаешь ситуацию. — Чу Сюань ни капли не смутился холодной отповеди. — На этом корабле, помимо нас, есть и другие монстры. Если мы ничего не предпримем, эти твари рано или поздно нас убьют. Вот доказательство. — С этими словами Чу Сюань поднял запястье — на нём красовались необычные на вид часы.
Он кивнул Бавану и Лин Дяню, и те по привычке вскинули руки, демонстрируя свои браслеты.
— Понятия не имею, что это такое, но… боюсь, вы ошиблись адресом. — Суховато произнёс Снегг, поднимая руку — его запястье было абсолютно пустым.
— Этого не может быть! @#￥%
Последовавшая за этим череда беглых ругательств на русском языке звучала как фирменное национальное ругательство. Лин Дянь повёл бровью, бросил короткий взгляд на Снегга, а затем перевёл глаза на Чу Сюаня. Притом что среди них фигура Чу Сюаня казалась самой тщедушной, исходившее от него ощущение угрозы было сильнее всего.
— Твоё происхождение отличается от нашего. — Чу Сюань вёл себя так, будто ничего не заметил; при ближайшем рассмотрении можно было даже заметить, что это открытие его чрезвычайно обрадовало. — И тем не менее, очевидно, что ты не сможешь уйти отсюда в одиночку — разве что попытаешься выжить вместе с нами.
Внимательно наблюдая за окружавшей обстановкой, Снегг пришёл к неизбежному и невесёлому выводу:
— Если бы вы не состояли сплошь из мускулов, как те гриффиндорцы, мой ответ был: да.
— Какие ещё… финдорцы? — Баван попытался выговорить незнакомое слово. Господи боже, он русский, и ладно бы они изъяснялись по-китайски, но теперь ещё слушать лондонский выговор с аристократическим акцентом — это же просто невыносимо.
— Гриффиндор. — Обречённо вздохнул Лин Дянь: в конце концов, с кем ещё им было водиться, если один в очках, а второй бледный как вампир, и оба не любители поболтать?
— И всё же, что тебе известно об Чужом? Точнее говоря, что ты вообще знаешь? — Чу Сюань поправил очки, в упор глядя на Снегга. Именно поэтому он и не стал объединяться с Чжэн Чжа и остальными: пусть те и были Опытными участниками, пусть обладали огромной силой, этот человек внушал ему куда более мощное предчувствие — хотя он и сам не мог объяснить почему. Впрочем, Чу Сюань привык полагаться на собственную интуицию. Нет, пожалуй, это уже давно перестало быть интуицией: анализировать чужие поступки, вычислять их возможные модели поведения и предысторию стало для него сродни инстинкту. К тому же, даже ошибись он в расчётах — судя по тем двоим мужчинам и одной женщине (ну и, пожалуй, ещё какому-то приложению к ним), — шансы той группы выжить в этом фильме ужасов самостоятельно были близки к нулю. Чу Сюань не боялся, что те откажутся от союза — когда придёт время, можно будет просто заломить цену.
— Снегг, двойной агент, Волшебник. — В конце концов Снегг произнёс это вслух. Маггл был прав: не имея иных вариантов, ему оставалось лишь попытаться положиться на них. А что до попыток обмануть его — хм, вытянуть «правду» из головы какого-то Маггла для мастера, в совершенстве владеющего Окклюменцией, не составляло ни малейшего труда.
— Волшебник? Это те грязные бабки, что летают на мётлах и варют зелья в разбитых котлах? — Рот Бавана явно работал быстрее мозга; эта фраза сорвалась у него с языка в ту же секунду, как он дослушал Снегга, не оставив никому ни единого шанса затормозить.
Лин Дянь стремительно отскочил от Бавана подальше, и почти мгновенно они увидели, как Снегг вскинул палочку. Вспыхнул яркий свет.
— Круциатус!
Слова Бавана задели самые болезненные струны души Снегга: мётлы, разбитые котлы, грязь, старухи… Если бы не то обстоятельство, что Баван пока ещё мог сослужить службу, Снегг не задумываясь применил бы Авада Кедавра.
Баван глухо застонал, его тело согнулось от боли, а со лба крупными каплям закапал холодный пот.
Лица Лин Дяня и Чу Сюаня при виде Снегга неуловимо переменились: один выказывал настороженность, другой — чистейший фанатизм.
— О, да это же магия! Настоящая магия! Волшебники действительно существуют! — В отличие от Лин Дяня, сделавшего ещё один шаг назад, Чу Сюань тут же подался вперёд — его очки едва не ткнулись в выдающийся нос Снегга, который был куда крупнее, чем у обычных людей.
— Сейчас существуют лишь так называемые обладатели особых способностей, но они ни на что не годятся и могут лишь примитивно заимствовать силу стихий. Раз уж существуют Волшебники, значит, должен открыться и Генетический блок человечества, а это эволюция… — Чу Сюань затараторил, перечисляя бесчисленные научные термины, и под конец уже откровенно разговаривал сам с собой. Во взгляде, которым он смотрел на Снегга, читалось такое выражение, будто перед ним предстало редчайшее сокровище.
Лин Дянь невольно придвинулся поближе к Бавану. Пусть этот русский гигант и не отличался умом, по крайней мере, он выглядел нормальным человеком. Корчившийся под воздействием заклятия Круцио Баван чувствовал себя и вовсе обескураженным: вообще-то меня тут пытают, алло! Какого чёрта вы оба рассуждаете в таком научно-исследовательском ключе?!
Даже сам Снегг едва выносил этот пронизывающий, словно прожектор, взгляд Чу Сюаня. Самого страшного профессора зельеварения Хогвартса всегда опасались и никогда не смели разглядывать в упор; с самого детства никто и никогда не пялился на него с таким изучением, будто он был единственным солнцем во вселенной.
— Энервате! — бросил он, и Баван, наконец утратив остатки сил, безвольно осел на колени. Руководствуясь первыми впечатлениями от только что завязавшегося знакомства с Чу Сюанем и Снеггом, Лин Дянь благородно поддержал его под локоть.
— Спасибо, — просипел Баван. — Мать твою, как же больно.
— Следи за языком! — Припомнив всё случившееся, даже хладнокровный Лин Дянь не удержался от того, чтобы скривить губы в усмешке. Впрочем, завести в таком месте сильных союзников при любом раскладе было неплохо — разумеется, если они действительно станут союзниками.
Не успел Чу Сюань произнести хоть слово, как из-за двери донёсся суматошный топот ног. Практически одновременно Баван и Лин Дянь заняли позиции на флангах, встав идеальным клином, а Чу Сюань шагнул прямо перед Снеггом, наглухо закрыв его от чужих глаз.
Всё произошло молниеносно, но в душе Снегга эта сцена породила бурю. Быстро, хладнокровно, вовремя и… — он покосился на спину заслонившего его Чу Сюаня, — не раскрывая своих козырей. С каких это пор Магглы стали такими опасными?
Следом за этим в поле зрения появились несколько донельзя растрёпанных и потрепанных знакомых фигур. Последним шёл тот самый мужчина, которого Снегг секундами ранее счёл самым слабым звеном — весь он был с головы до ног залит кровью, хотя с первого же взгляда было понятно, что кровь эта принадлежала вовсе не ему.
— Давайте объединимся, — произвёл лидер группировки. К удивлению Снегга, Лин Дянь тут же придвинулся к нему ближе и вполголоса принялся переводить каждую фразу. Зельеварер с острым прозрением отметил, что Чу Сюань только что бросил на Лин Дяня короткий взгляд, на что тот кивнул в ответ.
Даже Баван, которого он совсем недавно пытал Круциатусом, теперь прикрывал их с фланга, приняв боевую стойку — в его руке блеснул холодный металл клинка.
— Что ж, каким образом мы, новички, должны объединяться с вами, Опытными участниками, которые уже прошли через одно или несколько испытаний? Иными словами, каков наш козырь? — Голос Чу Сюаня звучал всё так же бесстрастно, однако он исподволь взял на себя роль представителя всей их четвёрки. Люди, выросшие в тени, обладают особой чуйкой — их инстинкты безошибочно подсказывали, как поступить правильно.
http://bllate.org/book/33808/4158881
Готово:
