Поместье Тангсена представляло собой обширный частный сад, и Му Таньтань приехала сюда, чтобы навестить госпожу Тангсен, много лет жившую в этом уединённом уголке.
Она стояла у ворот и молча смотрела на старинные деревянные створки, по обе стороны которых мягко светились два оранжевых фонарика.
Внезапно память хлынула на неё, как волна, — и время словно повернуло вспять, унося её в то самое лето семнадцать лет назад.
Ей тогда только исполнилось восемь. Родители разошлись, и мать увезла её в Сен-Тропе. Именно в тот год она впервые встретила лучшую подругу матери — госпожу Тангсен.
Тогда она тоже часто стояла здесь, задрав голову, и ждала, когда тётушка Тангсен наденет ей на голову цветочный венок и протянет изящную конфету в яркой обёртке.
Сейчас, спустя девять лет, всё осталось неизменным — даже нацарапанная ею в детстве собачка по имени Хапи всё ещё чётко виднелась на деревянной поверхности двери.
Неожиданно раздался ликующий возглас, оборвавший нить воспоминаний. Му Таньтань ещё немного постояла в тишине, а затем нажала на звонок.
Дверь открыл пожилой господин. Его белоснежная борода подрагивала при каждом слове, и от этого он выглядел забавно — почти как знаменитый дедушка из рекламы KFC.
Он заговорил на безупречном французском и вежливо спросил, кого она ищет.
Му Таньтань провела в этой стране почти половину детства, и когда она свободно ответила по-французски, что приехала повидать госпожу Тангсен, старик явно удивился: он никак не ожидал, что её французский окажется таким родным и чистым.
Он велел ей подождать и вскоре вернулся, сопровождая саму госпожу Тангсен.
В тот миг, когда Му Таньтань увидела её, она вдруг осознала: эти девять лет действительно были долгими — настолько долгими, что успели оставить на лице и волосах другого человека тонкие, но неизгладимые следы времени.
Госпожа Тангсен была глубоко растрогана и поражена. Она шагнула вперёд и крепко обняла Му Таньтань, будто прижимая к себе родное дитя:
— О, моя девочка…
Му Таньтань мягко похлопала её по спине, и её пальцы на мгновение замерли, коснувшись седых прядей. Спустя долгую паузу она тихо произнесла:
— Тётушка Тангсен, давно не виделись.
***
После отъезда Му Таньтань из Марселя Хань Сюя срочно вызвали домой — брат Хань Яньчжи настаивал на этом без промедления.
В тот день, когда он убирал за своими собаками Цзяцзи и Пивом, он случайно обнаружил ключ Му Таньтань, мирно лежавший среди их игрушек и поводков.
Хань Сюй немедленно вызвал двух виновников к ответу.
Цзяцзи и Пиво выстроились рядом, полуприсев на задние лапы, с жалобными мордашками, будто школьники, ожидающие выговора.
Хань Сюй поднёс блестящий ключ прямо к их носам:
— Кто это сделал?
Обе собаки в унисон опустили головы и жалобно завыли.
Хань Сюй усмехнулся и энергично потрепал их по головам:
— Молодцы! Отлично сработали!
Наивные псы, услышав похвалу, тут же радостно завиляли хвостами, не подозревая, что их только что втянули в заговор с хозяином, полный коварных замыслов.
В день отлёта Хань Сюя встречали его друг Цзян Цзо и младший брат Хань Цзыгао.
Цзян Цзо зашёл по дороге за кофе и, уходя, строго велел Хань Цзыгао не спускать глаз с выхода из зала прилёта. Но когда он вернулся с кофе, оказалось, что его предостережение было совершенно напрасным.
Появление Хань Сюя оказалось настолько эффектным, что мгновенно привлекло внимание всех вокруг.
На нём было длинное чёрное пальто, подчёркивающее стройную фигуру, а лицо скрывали чёрные солнцезащитные очки — он выглядел как настоящий агент 007.
Слева от него бежала Цзяцзи, гордо развевая шерсть; справа — Пиво, глуповато и наивно уставившееся вперёд.
Человек и две собаки мгновенно стали центром всеобщего внимания в аэропорту.
Хань Цзыгао остолбенел и потянул Цзян Цзо за рукав, с отвращением прошептав:
— Левый брат, можем мы притвориться, что не знаем его?
Цзян Цзо лишь рассмеялся — для него это было привычным зрелищем:
— Кажется, уже поздно.
Цзяцзи и Пиво первыми бросились к Хань Цзыгао. Хань Сюй передал им поводки, взял у Цзян Цзо кофе и спросил:
— Юридическое уведомление ей отправили?
«Она» — это, конечно же, Му Таньтань.
Цзян Цзо не понимал, почему Хань Сюй так упорно преследует эту девушку, и, сохраняя деловой тон, посоветовал ему:
— Хань Сюй, за такое пустяковое дело не стоит отправлять юридическое уведомление.
Хань Сюй посмотрел на него:
— Пустяк? Тебя-то не тронули, так что можешь себе позволить говорить такие вещи.
Затем добавил:
— Или, может, тебе, великому адвокату Цзян Цзо, неприятно заниматься такой ерундой?
Он похлопал друга по плечу:
— Не волнуйся, разве я когда-нибудь не платил тебе? Ты же мой лучший друг.
— Катись! — Цзян Цзо без церемоний оттолкнул его руку. Каждый раз, когда Хань Сюй выводил его из себя, Цзян Цзо думал одно и то же: этот рот у него просто создан для того, чтобы его прихлопнули.
Хань Сюй улыбнулся и убрал руку. Он не стал объяснять Цзян Цзо, что это, на первый взгляд, абсурдное поведение — всего лишь один из способов завоевать Му Таньтань.
А Цзян Цзо, по мнению Хань Сюя, был слишком туповат, чтобы всё понять сам — пусть уж лучше сам додумается.
***
В последующие несколько дней Му Таньтань будто испарилась — ни единого следа, ни единого сообщения.
Цянь Додо осталась в маленькой гостинице и никуда не выходила. Она следовала указаниям Му Таньтань и время от времени публиковала в Weibo записи от её имени: сегодня — цветы и растения, завтра — кошки и собачки. Главная цель была одна — доказать поклонникам в Китае, что с Му Таньтань всё в порядке, а заодно и поддеть Су Цзин.
Закончив с постом, Цянь Додо немного пообщалась с другой ассистенткой компании — Ху Сяошань, осторожно выведывая новости о Вэнь Лай и Су Цзин.
Ху Сяошань всё ещё была стажёром, но, как слышно, её уже перевели в команду Лу Цюн, так что она знала немало.
Она рассказала, что вскоре после аварии Вэнь Лай и Су Цзин устроили жаркий спор на корпоративном собрании и в итоге разошлись враждебно. После этого Вэнь Лай со всей своей командой объявила забастовку.
Цянь Додо внутренне ликовала — казалось, план Му Таньтань вот-вот сработает.
Су Цзин, конечно, не сможет усидеть на месте!
Но пользователи интернета всегда обладают острым глазом. Уже на следующий день случилось непоправимое.
Проницательные пользователи быстро распознали по опубликованным Цянь Додо фотографиям, что это — Франция, и выложили сравнительные изображения, где совпадения были поразительны!
Цянь Додо листала комментарии и всё больше паниковала. Она ведь чётко следовала инструкциям Му Таньтань — избегала всех узнаваемых зданий и достопримечательностей. Как же они умудрились определить Францию только по цветам, кошкам и собакам?!
Боже, пользователи интернета — поистине страшные существа.
Му Таньтань перед отъездом особо подчеркнула: всё, что связано с Францией, должно оставаться в секрете. Если это всплывёт, Су Цзин наверняка догадается, зачем они приехали сюда, и непременно воспользуется моментом, чтобы всё испортить.
Что делать? Цянь Додо металась по комнате, как безголовая курица, сжимая в руках телефон.
Она только что стала официальным ассистентом и впервые сопровождала звезду в командировке. Если она всё испортит, её точно уволят.
А дома…
Цянь Додо была в отчаянии. Она не знала, где искать Му Таньтань, и могла лишь ждать.
Прошёл всего один день. Всего один! Цянь Додо безжизненно рухнула на диван, будто мёртвая.
Внезапно её телефон громко завибрировал, заставив дрожать даже стол.
Цянь Додо вздрогнула от неожиданности и поспешно схватила аппарат. Звонила Вэнь Лай.
Спасительница явилась.
— Алло, сестра Лай, помоги мне, пожалуйста! — голос Цянь Додо дрожал, на грани слёз. Она была ещё совсем юной выпускницей, и для неё любая ошибка казалась концом света.
Вэнь Лай узнала о происшествии лишь к вечеру. Су Цзин сама позвонила ей и потребовала объяснений: что задумали она и Му Таньтань?
На этот вопрос Вэнь Лай не могла ответить. Она и сама не знала, что задумала Му Таньтань, и даже о том, что та находится во Франции, узнала только от Су Цзин.
Однако то, что Су Цзин так нервничает и сама звонит с расспросами, дало Вэнь Лай понять, к чему клонит Му Таньтань.
Вэнь Лай уже собиралась увольняться, так что ей не было смысла терпеть грубости бывшей начальницы. Она просто повесила трубку.
И почувствовала — какое же это наслаждение!
— Вы во Франции? — спросила Вэнь Лай.
Цянь Додо немного успокоилась:
— Да, я и сестра Таньтань действительно во Франции. Теперь нас раскрыли в сети, и я не знаю, что делать. Сестра Лай, есть ли способ скрыть это от Су Цзин? Сейчас нельзя, чтобы она узнала.
Вэнь Лай холодно ответила:
— Поздно. Су Цзин уже знает.
***
Ночь в Сен-Тропе всегда полна шума и движения.
Снизу доносились возгласы — возможно, какая-то красавица только что вошла в бар. Кто-то хлопал, кто-то свистел, а кто-то громко стучал по столу. Каждый удар отдавался в сердце Цянь Додо, заставляя его всё глубже погружаться в бездну страха.
Наконец, дрожащим голосом она спросила:
— Что теперь делать? Су Цзин наверняка всё поймёт. А вдруг… вдруг она…
Цянь Додо была в ужасе, будто Су Цзин уже сжимала её горло, и даже вдохнуть стало невозможно.
Она даже подумала удалить все посты в Weibo, но понимала: это лишь подтвердит подозрения. Такое поведение выглядело бы как признание вины.
— Цянь Додо, немедленно успокойся! — голос Вэнь Лай прозвучал так громко, что заглушил весь шум снизу.
— Сейчас же соберись и внимательно меня выслушай!
Вэнь Лай отдавала приказ — её тон был решительным и безапелляционным. В такие моменты не было времени на утешения. Главное — действовать быстро и эффективно.
— Продолжай публиковать посты так, как учила тебя Таньтань. На все комментарии в сети не отвечай — я сама позабочусь о том, чтобы их убрали. Что до Су Цзин — я постараюсь её сдержать.
В конце она строго напомнила:
— Цянь Додо, ты должна понимать: Таньтань выбрала именно тебя, потому что доверяет тебе.
И добавила:
— Сегодняшний инцидент не так уж страшен. Как ассистентка, ты вполне могла бы справиться с ним сама, но вместо этого впала в панику. Это непростительно. Ты выбрала этот путь сама, и подобных ситуаций в будущем будет ещё немало. Не всегда рядом окажется тот, кто поможет. Ты должна быстро взрослеть и научиться справляться самостоятельно! Такого больше не должно повториться.
Два дня пролетели незаметно, и настал день, когда Му Таньтань должна была вернуться.
В пять часов утра по французскому времени Цянь Додо уже ехала на машине к месту встречи.
Небо ещё не начало светлеть. Яхты у причала молчали, лишь огни, не погашенные после бурной ночи, напоминали о вчерашнем веселье.
Наверняка это была ночь, полная страстей и соблазнов.
С моря дул ветер, а на горизонте уже алел рассвет. Город, сливающийся с морем, медленно просыпался.
Цянь Додо опустила стекло, позволяя холодному воздуху ворваться в салон, вместе с ним в голову возвращались слова Вэнь Лай.
Та была права: как ассистентка, она провалилась.
В конце четвёртого курса университета она целыми днями бегала по собеседованиям, изводя себя в поисках работы.
Однажды ей предложили попробовать силы в качестве стажёра-ассистента звезды. Друзья отговаривали её: мол, шоу-бизнес — это ад, слишком сложный и коварный мир, ей там не место. Но она настаивала: ведь именно здесь легче всего заработать. Иногда одна сплетня о знаменитости стоит шестизначной суммы. Да и вообще — разве есть хоть один круг, где вода не глубока? Только пройдя через всё самой, поймёшь, сможешь ли ты в нём удержаться.
Поэтому она пошла туда без колебаний.
Тогда она не имела нужного образования, да и внешность её не выделялась. Среди конкурентов она была самой слабой. Поэтому до сих пор не могла понять, почему именно она привлекла внимание Му Таньтань, когда та лично пришла выбирать стажёров.
Она отчётливо помнила: Му Таньтань подошла к ней и выбрала её. Вэнь Лай тогда была против.
http://bllate.org/book/3379/372303
Готово:
