Видя, что Вэнь Юэфу ему не верит, он назвал другое имя:
— Ху Чжоу, это он обманул моего папу.
Вэнь Юэфу прикрыла рукой улыбку:
— Ну надо же, какое правдоподобное имя ты для своей выдумки подобрал.
— Я правду говорю, — поморщился Фан Сюньнань.
— Ладно-ладно, правду, — сдавшись, кивнула Вэнь Юэфу. — Я бы ещё поверила, скажи ты мне, что переродился.
— Мам! — Фан Сюньнань испугался, а затем понизил голос: — Я действительно переродился. В тот момент, когда я вернулся, я только сдал выпускной диплом в университете — спустя шесть лет после выпуска, сдал со второго раза.
Вэнь Юэфу кивала.
Высказав секрет, что таился на самом деле в глубине души, Фан Сюньнань почувствовал себя гораздо легче:
— Так что, мам, помоги мне уговорить старших братьев, а?
— Я бы с радостью, — вздохнула Вэнь Юэфу. — Но твои братья улетели сегодня на самолёте ранним утром, они уже за границей.
— ?
— !
Фан Сюньнань замер добрых полминуты, да так разозлился, что готов был выругаться.
Уговаривали же использовать мягкий и жесткий подход, собирались сражаться с ним целый летний месяц — с чего это они сбежали?!
Он же всю ночную смену убил на составление плана!
Разве это люди?!
— Мам! Быстро верни их назад, учёба же важнее! — Фан Сюньнань вцепился в руку Вэнь Юэфу, ухватившись за неё как за последнюю соломинку, и посмотрел на неё полными надежды глазами.
Вэнь Юэфу с нежностью погладила его по голове:
— Твои братья даже сим-карты от телефонов с собой не взяли, только деньги.
— Разве нельзя отследить по банковской карте, где они совершают покупки и всё такое? — не сдаваясь, снова спросил Фан Сюньнань.
Вэнь Юэфу гладила его по макушке:
— Глупый ты мой ребёнок, будь я на их месте, сразу по прилёте оформила бы новую банковскую карту и перевела деньги туда.
Новый номер никто не знал, и даже будь они членами семьи, без веской причины проверить это не получилось бы.
У Фан Сюньнаня плечи опали сами собой: он никак не ожидал, что брат, способный до перерождения по полгода не выходить из дома, после перерождения удерёт так далеко.
Раз уж вернуть человека не получится, сколько бы планов у него ни было — толку от них ноль.
— Нань-Нань, — успокаивала она его, — это ведь тоже к лучшему. Если твои братья не вернутся, то в будущем, когда наша семья обанкротится, им хотя бы не придется ради погашения долгов заключать браки по расчету.
Мертвенно-тусклые глаза Фан Сюньнаня внезапно снова загорелись.
— Мам! Ты права! Если бы наша семья не обанкротилась, то и всего остального бы не произошло.
Вэнь Юэфу с облегчением кивнула, в глубине души беззвучно выдохнув.
— Значит, отправляйся с папой на какие-нибудь курсы изучать управление, — Фан Сюньнань с искренним выражением сжал руку матери.
Красота
И речи не могло быть о том, чтобы идти на какие-то курсы.
К тому же фирма никуда не делась, каждый день приходилось наведываться туда и проверять дела, а Фан Сун не мог просто взять и сбежать вместе с женой.
К детям они всегда относились по принципу попустительства и не имели духу силой заставить Фан Сюньнаня отказаться от его задумок и выставить того вон.
Целый месяц ежедневных уговоров Фан Сюньнаня измотал супругов так, что они заметно осунулись.
Вэнь Юэфу немного поразмыслила: если так пойдет и дальше, то дело даже не в банкротстве семьи — всякое желание заниматься бизнесом у них точно пропадет.
Тогда она снова обсудила это с Фан Суном:
— Отец, может, запишемся на курсы для вида, просто чтобы отметиться? Всё равно ведь, даже если пойдем, ничего там не поймем.
Фан Сун потёр лоб, настроенный вовсе не так оптимистично, как она:
— Независимо от того, сумеем ли мы чему-то научиться, ходить туда нам обоим нельзя. Забыл, как именно наша семья разбогатела?
Такие важные вещи Вэнь Юэфу, конечно же, не забыла.
Она тут же помрачнела.
В те времена, когда она вышла замуж за Фан Суна, тот был всего-навсего крестьянином.
Лучший работник на поле в радиусе десяти ли, способный вынести любую тяжелую работу, старательный и работящий.
А главное — красавец.
Вэнь Юэфу и сама славилась на всю округу знатной красавицей, так что в тот момент приглянулась ей именно эта черта Фан Суна.
После их свадьбы друг Фан Суна заглянул занять денег на бизнес; доверяя порядочности этого человека, их семья без лишних слов одолжила нужную сумму.
Долг не возвращали три года, и они уже сами начали сомневаться, не сбежал ли тот товарищ с деньгами.
В итоге на третий год, под Новый год, этот человек заявился к ним на порог с подарками, а заодно принёс с собой контракт.
Двадцать процентов акций компании Тэнхуа и дивиденды за тот самый год.
Целых два миллиона.
Вслед за этим на счет стали поступать всё новые и новые выплаты.
Семья Фан в одночасье сказочно разбогатела.
Сами муж с женой до конца так и не поняли, как всё это произошло.
Позже тот друг Фан Суна уехал за границу развивать карьеру, и Фан Сун просто выкупил компанию целиком.
Он думал лишь о том, чтобы получить хоть какую-то прибыль в роли владельца, но стоило ему пару раз побывать на светских приёмах, как контракты стали заключаться сами собой, словно в тумане.
Дальше всё пошло ещё гладко: находились влиятельные покровители, что постоянно оказывали их семье услугу и брали с собой.
— Короче говоря, учиться нельзя, — твердо заявил Фан Сун.
— Раньше мы в этом ничего не понимали, поэтому вкладывали деньги исключительно из доверия к людям. Если же мы вдруг начнём хоть что-то смыслить, то каждый раз, когда кто-то станет звать нас в бизнес, обязательно начнем рассуждать, хорош ли он. Стоит повториться этому пару раз, и люди больше не захотят брать нас с собой.
Хотя Фан Сун и не изучал никаких управленческих премудростей, прожитые годы даром не прошли — у него внутри всегда имелись собственные весы, которые он держал крепко и ровно.
— К тому же после учёбы нам точно расхочется продолжать жить так, как сейчас.
Семья Фан в городе Ц. считалась довольно известной, но если взглянуть на страну в целом, людей богаче их найдётся немало.
К тому же ему уже доводилось видеть манеры знатных семейств, с которыми таким новоявленным нуворишам, как они, тягаться было бесполезно.
Вэнь Юэфу кивнула:
— Разве Четвёртый не говорил, что в конце концов мы обанкротимся? Давай-ка сперва купим гору.
— Да и банкротство — это не так уж плохо. Когда такие деньги лежат у нас в руках, на душе почему-то всё равно неспокойно.
Словно с неба свалились.
— А что говорит Четвёртый? — Фан Сун прожил с ней в браке много лет в полном согласии, в вопросах важных решений они всегда придерживались одного мнения, так что и сейчас возражений не возникло.
— Дай-ка подумать, — опустив голову, Вэнь Юэфу призадумалась. — Давай сделаем так...
Фан Сюньнань за завтраком завёл свою привычную пластинку.
http://bllate.org/book/33741/4149527
Готово:
