Сердце Гу Цзюньи пропустило удар. Она была единственной в Клане Гу, кто знал о происходившем между Пэй Шу и Ло Жаньсин. Услышав это, она глубоко взглянула на Пэй Шу, но та смотрела исключительно на Цзян Чэна и, казалось, совершенно не ведала о том, что́ натворила Гу Цзюньи.
Ло Жаньсин ничего ей не сказала.
Выслушав слова Пэй Шу, Цзян Чэн почувствовал, как в груди сгустился комок раскаленного пламени, готовый прожечь его горло. В этот момент он не мог вымолвить ни слова, всё внутри него нещадно полыхало.
Пэй Шу посмотрела на исказившееся от боли лицо мужчины и с усмешкой продолжила:
— Или ты хочешь сказать, что Ло Жаньсин собирается жениться на Гу Синьян исключительно из любви к ней, а не ради Клана Гу?
С этими словами Пэй Шу убрала руку с виска, небрежно сложила руки перед грудью и едко усмехнулась:
— То, на что положил глаз Ло Жаньсин — это Клан Гу, и когда всё и так очевидно, к чему эта маскировка? Что же до того, приглянулся ли Гу Синьян Клан Ло или сам Ло Жаньсин, это уже ее личные дела.
Подразумевалось, что к ней самой это не имеет ровно никакого отношения.
Цзян Чэн почувствовал, как жжение в груди немного утихло, но стоило ему дослушать ее, как его снова скрутил приступ кашля.
На этот раз Пэй Шу ничего не добавила, лишь молча дожидалась, пока он придет в себя.
Тяжело и шумно выдохнув, Цзян Чэн заговорил:
— Чего ты добиваешься? Хочешь, чтобы все вокруг смеялись над Кланом Гу? Ты же впервые встретила Ло Жаньсин только сегодня, только не говори мне, что она тебе приглянулась! Затеяла всё это нарочно? Отобрала у Синьян двор, а теперь хочешь забрать и ее возлюбленного?
— Это я-то отобрала?
Пэй Шу слегка передернула плечами и легко усмехнулась. В ее глазах не было и следа веселья — ледяной, погруженный во мрак взгляд упал на Цзян Чэна, заставив того вздрогнуть от испуга и невольно перевести испуганный взгляд на Гу Цзюньи.
Услышав этот глухой, задавленный смех Пэй Шу, Гу Цзюньи почувствовала, как ее сердце пронзила острая боль. Если вдуматься, разве можно было назвать это грабежом со стороны Пэй Шу?
В конце концов, всё это изначально должно было принадлежать ей…
Гу Цзюньи терзало чувство вины, иначе она никогда бы не согласилась позволить Пэй Шу переехать во двор Синьян. И даже когда Пэй Шу избавилась от вещей Синьян, Гу Цзюньи лишь помогла навести порядок и перевезла остатки в другое место, думая лишь о том, что у ребенка на душе накопилось много обиды и ей нужно дать выход своим эмоциям.
Когда она впервые узнала правду, она тоже пришла в ярость — злилась из-за того, что их ребенка подменили и бросили в приюте.
Только вот… спустя эти несколько месяцев, глядя на лежащую в больнице Синьян, она понимала: привязанность длиной в двадцать с лишним лет не была фальшивкой.
Мучилась не только Пэй Шу, мучились и они сами, родители.
Она не хотела говорить об этом, да и не было в таких разговорах никакого смысла. В будущем она обязательно постарается сполна восполнить всё то, чего Пэй Шу была лишена все эти годы. И насчет ее замужества Гу Цзюньи тоже строила самые серьезные планы, искренне желая добра.
Смягчив тон, она произнесла:
— Пэй Шу, Ло Жаньсин тебе не пара. Ты только вернулась в Клан Гу, многого еще не понимаешь… Мама желает тебе добра. С барышней из Семьи Ци ты уже виделась — девушка прекрасная, а главное, Семья Ци сможет оказать тебе куда большую поддержку.
Она выражалась сравнительно мягко, ведь все внутренние сложности невозможно было разъяснить в два счета, но как мать она уж точно не стала бы вредить собственной дочери.
Пэй Шу посмотрела на женщину, которая, дождавшись окончания гнусной роли мужа, сама принялась играть роль доброй и понимающей. Ее ослабевшие пальцы легонько застучали по колену — тук-тук, словно пытаясь отыскать уходящие силы.
— Почему же тогда ты не уговаривала так Гу Синьян?
Раз уж Семья Ло не подходила, раз уж Ло Жаньсин была не пары.
Гу Цзюньи на мгновение замерла, мысленно возвращаясь в прошлое.
На самом деле, тогда она тоже пыталась отговаривать Синьян. Только вот дочь была непреклонна, а видя, как сильно та привязана к Ло Жаньсин, Гу Цзюньи проявила слабость… Более того, когда позже Синьян стала умолять ее о помощи, она действительно «помогла»…
Гу Цзюньи крепко сжала руки, не зная, как ответить на этот вопрос.
Цзян Чэн, кое-как переведя дыхание, выпалил:
— Разве вы с Синьян равны? Будь ты такой же талантливой и послушной, чтобы нам не о чем было беспокоиться, мы бы позволили тебе любить кого угодно!
Стучавшие по колену пальцы Пэй Шу резко замерли. Она подняла взгляд на говорившего, и ледяная стужа, затаившаяся в глубине ее глаз, мгновенно сковала всё вокруг толстым льдом, словно налетела внезапная буря.
Гу Цзюньи неодобрительно посмотрела на Цзян Чэна — его слова явно переходили все границы. Она понимала, что у Пэй Шу было немало недостатков, но ведь это происходило лишь потому, что та росла вдали от семьи и не получила должного воспитания.
А уж по какой причине дочь оказалась разлучена с ними? Виной всему был сам Цзян Чэн. От этой мысли лицо Гу Цзюньи помрачнело:
— Ты перегнул палку. Ошибки ребенка нужно исправлять постепенно.
Отчитав мужа, Гу Цзюньи перевела взгляд на Пэй Шу. Хотя слова Цзян Чэна были неправы, но и отношение Пэй Шу в этот вечер тоже оставляло желать лучшего — хороши были оба.
— Твой отец —
Не успела она договорить, как Пэй Шу холодно фыркнула. Звук получился негромким, но откровенно издевательским — так смеются над тем, кто совершенно не заслуживает звания отца.
Цзян Чэн, разумеется, прекрасно всё понял. У него перехватило дыхание, грудь сдавило спазмом, и он потерял сознание.
Гу Цзюньи в панике принялась звать на помощь, и во Дворе Цзэнхэ тотчас поднялся переполох.
Пэй Шу сидела неподвижно, наблюдая, как примчался семейный врач и как бесчувственного мужчину поспешно погрузили в машину, чтобы отправить в больницу.
…
Ло Жаньсин получила известие лишь на следующий день около полудня. Она только проснулась, когда ей позвонила Ло Юньюй.
Ее мать действительно вкладывала всю душу в дела, связанные с Кланом Гу. И раньше было точно так же: стоило в Клане Гу случиться малейшей неприятности, как она тут же мчалась впереди всех.
Господин Цзян угодил в больницу, а поскольку самой Ло Юньюй не было в стране, навещать больного выпало на долю Ло Жаньсин.
Если подумать, то само знакомство их Семьи Ло с Кланом Гу началось именно благодаря господину Цзяну.
Изначально скромные торговцы вроде Семьи Ло и вряд ли могли рассчитывать на хоть какое-то общение с такими гигантами, как Клан Гу. Всё изменил один случай.
В свое время предприниматели Цзиньчэна получили приглашение за рубеж для изучения инвестиционного климата. Семья Ло, задействовав множество связей на разных уровнях, тоже смогла заполучить заветную квоту — отец Ло Жаньсин преследовал цель войти в состав делегации и обзавестись полезными знакомствами.
Вот только за границей они угодили в самый разгар местного вооруженного мятежа и едва не лишились жизни.
Телохранитель господина Цзяна погиб, защищая его, а сам он получил тяжелые ранения. Отец Ло Жаньсин оказался удачливее — отделался лишь легкими травмами. Он выхаживал господина Цзяна и подбадривал его, и в конце концов обоим удалось дождаться спасения и остаться в живых.
Позднее, вероятно, из-за пережитого вместе испытания, господин Цзян стал то и дело приглашать отца Ло Жаньсин к себе в гости. Мало-помалу между ними завязалось пусть отдаленное, но вполне реальное приятельство с Кланом Гу.
А в один прекрасный день Госпожа Гу заметила, как сильно Гу Синьян привязана к Ло Жаньсин, и в шутку предложила той остаться. Ло Юньюй, не раздумывая ни секунды, тут же собрала вещи дочери и отправила ее в Клан Гу…
Так Ло Жаньсин и прожила в старой усадьбе Клана Гу с семи до десяти лет — целых три года. Если бы не проблемы со здоровьем господина Цзяна, потребовавшие лечения за границей, куда Гу Синьян должна была сопровождать его, Ло Жаньсин и вовсе неизвестно когда вернулась бы домой.
Вспоминая те дни… будучи еще ребенком, она уже была вынуждена подавлять свои детские капризы ради того, чтобы угождать другому ребенку…
Ло Жаньсин с усилием зажмурилась — всё это были воспоминания, лишенные всякой радости.
Мысли об этом неожиданно привели ее к Пэй Шу. Ведь именно она была истинной госпожой Клана Гу, и если бы… она имела в виду, если бы… не вся эта история с подменой истинной и фальшивой дочерей, они наверняка были бы знакомы с самого детства.
Почему-то от этой мысли в груди вдруг лопнул испорченный лимон, оставив после себя жгучую, горькую кислоту.
Впрочем, неважно. Нечего и думать об этом, разве бывает столько сослагательных наклонений?
Транспорт ходил плохо, и Ло Жаньсин решила добираться на метро. К счастью, в новогодние дни вагоны оказались почти пустыми. По дороге в больницу она заглянула в попавшийся по пути цветочный магазин и купила два букета.
Раз уж она все равно едет в клинику, стоило попутно навести и Гу Синьян.
Добравшись до больницы и поднявшись на этаж с люксовыми палатами, Ло Жаньсин предъявила удостоверение личности охранникам Клана Гу, и те беспрепятственно пропустили ее внутрь.
Господину Цзяну сделали укол, и он еще не пришел в сознание. Передав первый букет сиделкам, Ло Жаньсин со вторым букетом роз в руках направилась к лифту.
Гу Синьян лежа этажом выше.
Нажав кнопку вызова, Ло Жаньсин опустила взгляд на розы в своих руках. Гу Синьян с самого детства обожала розы и упорно желала, чтобы Ло Жаньсин разделяла ее страсть.
Девушка легко придавила пальцем один из лепестков. Однако Ло Жаньсин так и не смогла полюбить эти яркие, но колючие цветы, сколько бы времени ни прошло.
Искреннюю симпатию, пожалуй, и вправду невозможно заставить себя испытывать через силу.
Слегка вздохнув, Ло Жаньсин услышала звонок открывающегося лифта, глубоко вдохнула, настраиваясь на нужный лад, и подняла глаза. В этот же миг ее взгляд упал на переплетенные руки людей, стоявших в кабине.
Проследив взглядом за этими руками вверх, они встретились глазами. Ло Жаньсин судорожно сжала лепестки в ладони.
В лифте Пэй Шу, разглядев стоявшую у дверей девушку, перевела взгляд на букет роз в ее руках.
Стоявшая рядом Ци Сивэнь удивленно воскликнула:
— Ло Жаньсин? Какая неожиданность!
Заметив розы в ее руках, Ци Сивэнь качнула их с Гу Пэйшу соединенными руками и с улыбкой произнесла:
— Эти цветы ведь для Гу Синьян, да?~
http://bllate.org/book/33715/4146393
Готово:
