Чем ярче мечты, тем жесточе разочарование.
Режиссёр зевнул:
— Все по домам — спать пора. Завтра работать надо.
После долгого рабочего дня и позднего окончания съёмок никто, кроме Гу Хэна, не хотел идти пешком. В итоге Тан Цзыси осталась единственной, кого вынудили сопровождать его обратно.
Лето уже клонилось к осени: днём ещё жарило, но ночи становились прохладными и приятными.
Гу Хэн обычно предпочитал неформальную одежду. Его коротко стриженные волосы не требовали укладки, благодаря чему он всегда выглядел свежо и энергично, не теряя при этом своей исключительной харизмы.
Под тусклым светом уличных фонарей, мимо аккуратных домиков и почти безлюдных улиц, они шли вдвоём — молодой человек впереди и девушка следом. Прохожие, мельком взглянув на них, принимали за обычную пару.
Гу Хэн намеренно замедлил шаг. Тан Цзыси шла за ним, опустив глаза на тротуар и перешагивая через каждые три плитки.
— Чем занимаются твои родители? — внезапно спросил он.
— Мама работает поваром в детском саду. А папы уже нет с нами, — ответила она.
Гу Хэн резко остановился. Тан Цзыси чуть не врезалась в него.
— Когда это случилось?
— А?
— С твоим отцом…
— А… Папа ушёл три года назад, — выдавила она улыбку. — Рождение, старость, болезни и смерть — это естественный порядок вещей. Главное — хорошо прожить свою жизнь. Так говорил мой папа.
Гу Хэн пристально посмотрел ей в лицо и ладонью мягко потрепал по макушке — это было утешение.
Когда она была маленькой, отец тоже часто так делал. Хотя он растрёпывал ей волосы, она никогда не возражала — ведь для неё это был знак любви.
Сейчас, когда Гу Хэн повторил тот же жест, ей стало тепло на душе.
Он убрал руку:
— Пойдём дальше.
По пути Тан Цзыси получила сообщение в WeChat. Она достала телефон и увидела, что Фан Лань написала:
[Цзыси! Быстро смотри в «Вэйбо»!]
Тан Цзыси открыла «Вэйбо». В трендах мелькнул пост Лу Дани — и вот он, её собственный странный, испуганный взгляд, запечатлённый на фото с шашлыком. Сердце сжалось от досады, но почти сразу она успокоилась: ведь она всего лишь фон, а все остальные — настоящие звёзды. Никто не обратит на неё внимания.
Из привычки она открыла комментарии. Пролистывала всё ниже и ниже… и вдруг остановилась.
Почему все пишут именно о ней?
[А кто эта девушка с шашлыком?]
[Какое у неё выражение лица! Как будто её напугали. Ха-ха, но почему-то мило.]
[«Девушка с шашлыком», очевидно, готовилась вкусно поесть, но не к фотосессии! Ха-ха!]
[Эй, похоже, взгляд господина Гу устремлён именно на «девушку с шашлыком».]
[У неё такое маленькое личико! Хотя обе богини невероятно красивы, она тоже очень миловидна.]
[Судя по одежде, наверное, сотрудник съёмочной группы.]
[Ассистентка, что ли?]
[Чья ассистентка?]
[Ассистентка Гу Хэна! Я видела её у входа в киностудийный городок — хрупкая такая, миниатюрная.]
Комментарии превратились в обсуждение Тан Цзыси. Она была в полном замешательстве.
В этот момент Фан Лань снова написала:
[Ты видела?! Ты стала знаменитостью! Ты вообще в курсе?!]
— Почему остановилась? — спросил Гу Хэн, обернувшись.
Тан Цзыси моргнула. Она не знала, как объяснить.
Гу Хэн подошёл ближе и заглянул ей через плечо. Увидев комментарии, он нахмурился:
— Дай посмотреть.
Она протянула ему телефон.
Пробежав глазами несколько строк, Гу Хэн вернул ей устройство и набрал номер Дин Вэнь:
— Посмотри пост Лу Дани в «Вэйбо» и разберись с этим.
Дин Вэнь даже не стала расспрашивать — просто ответила «Хорошо» и повесила трубку.
Гу Хэн ладонью слегка похлопал Тан Цзыси по спине:
— Кто-то уже занимается этим. Идём.
Тан Цзыси никогда не думала, что окажется в центре внимания интернета. Она всегда считала онлайн-пространство опасным местом — и теперь чувствовала лёгкую панику.
Гу Хэн заметил её тревогу:
— Не хочешь прославиться?
Она решительно покачала головой:
— Нет.
— У тебя отличная внешность. Если захочешь начать карьеру актрисы, у тебя будет много возможностей.
— Я не хочу быть артисткой.
Гу Хэн удивился:
— Разве тебе не кажется, что играть — это интересно? Да и можно всегда быть красиво одетой и причёсанной.
Тан Цзыси горько усмехнулась:
— Раньше я тоже так думала. Но, узнав, как устроен шоу-бизнес изнутри, я окончательно отказалась от этой идеи. У меня нет ни связей, ни подходящих условий — всё слишком сложно.
Гу Хэн серьёзно сказал:
— Если захочешь — я помогу тебе.
Она была поражена. Хотя они знакомы недолго, Тан Цзыси уже поняла: Гу Хэн не из тех, кто легко берёт кого-то под крыло. Но независимо от того, почему он предложил помощь, её ответ останется прежним.
— Спасибо, но нет. Шоу-бизнес — не моё.
— Почему? Что именно не подходит?
— Да много чего, — начала перечислять она. — Я слишком низкая, недостаточно красива, фигура не модельная…
Гу Хэн внимательно оглядел её с ног до головы:
— Хм. Что ещё?
— Я не умею играть. Наверняка буду постоянно смеяться в кадре, снимать по десять дублей… Режиссёр меня возненавидит.
Гу Хэн рассмеялся и кивнул, соглашаясь.
Хотя Тан Цзыси и сама понимала свои слабости, услышать подтверждение от другого человека было немного обидно.
— И ещё? — спросил он с явным интересом.
Тан Цзыси забыла обо всём и заговорила без стеснения:
— Ещё артисткам приходится сидеть на диетах! Даже если ты уже худая, всё равно нельзя есть мясо — максимум кусочек. Жить так — какой смысл?
Гу Хэн громко рассмеялся:
— Вот это, наверное, самая главная причина?
На самом деле главная причина — это повсеместные «неформальные договорённости», которые она категорически не приемлет. Именно поэтому она полностью отказалась от юношеской мечты.
Сейчас всё устраивает: работа ассистенткой позволяет наблюдать за съёмками, встречаться со звёздами, которых раньше видела только по телевизору. Этого достаточно, чтобы удовлетворить своё любопытство. Зарплата вполне приличная, иногда даже удаётся отложить немного денег.
Единственное неудобство — редко получается навещать маму. Но она уже решила: через год-два уйдёт с этой работы и откроет небольшой магазинчик, чтобы быть рядом с матерью.
Они то и дело обменивались репликами, и незаметно подошли к отелю.
Гу Хэну позвонила Дин Вэнь.
— О, твоя Цзыси просто прелесть! — весело заявила она, едва он ответил. — Она затмила обеих звёзд! Я даже подумываю подписать её и сделать из неё настоящую звезду.
— Она сказала, что не хочет становиться артисткой.
— Правда? Ты спрашивал?
— Да.
— Может, если спрошу я — ответ будет другим? Я ведь даже тебя смогла уговорить!
Гу Хэн не стал шутить:
— Разобралась с ситуацией?
— Связалась с менеджером Лу Дани. Пост уже удалён. Но он висел больше получаса — сколько там репостов набралось, страшно представить. Остаётся надеяться, что фанаты проснутся завтра и всё забудут. Не волнуйся, Цзыси не знаменитость — скоро её просто сотрут из памяти.
— Ладно. Другого выхода нет.
— Бедняжка, наверное, в панике? — Дин Вэнь явно радовалась чужому замешательству.
— Всё нормально.
— Успокой её как следует.
Она повесила трубку.
Гу Хэн обернулся к Тан Цзыси:
— Пост уже удалён.
Та облегчённо выдохнула:
— Значит, фанаты скоро обо мне забудут?
— Не переживай. Многие годами мечтают, чтобы их запомнили, но так и остаются незамеченными. А тебя… через несколько дней никто и вспоминать не будет.
Услышав эти слова от Гу Хэна, Тан Цзыси окончательно успокоилась.
Они вместе вошли в лифт. Когда двери закрылись, девушка спросила:
— Можно мне сначала заехать на двенадцатый этаж?
— Зачем? Посмотреть, как Лу Дани злится?
Тан Цзыси промолчала. Гу Хэн твёрдо сказал:
— Нет.
Она сжала губы, но не стала настаивать. Решила позвонить Лу Дани позже. Она прекрасно понимала, в каком сейчас настроении её настоящая работодательница: та наконец-то выложила фото, которое должно было привлечь массу внимания, но всё внимание переключилось на простую ассистентку.
Лу Дани, несомненно, злится — и злится именно на неё.
Ведь Лу Дани — её настоящая начальница. Скоро ей снова придётся работать с ней, и неизвестно, как та себя поведёт после такого инцидента.
Вернувшись в номер, Тан Цзыси сразу же набрала Лу Дани.
Та говорила холодно, но ничего обидного не сказала — лишь напомнила, чтобы впредь «лучше смотрела по сторонам».
Сердце Тан Цзыси немного успокоилось: значит, Лу Дани даёт ей шанс.
Она не хотела потерять работу — найти новую будет непросто.
Приняв душ, девушка легла в постель, мысленно подбадривая себя, и вскоре крепко заснула.
На следующее утро Тан Цзыси и Гу Хэн пришли на площадку.
Режиссёр, увидев её, поддразнил:
— Эх, Цзыси! Оказывается, у тебя есть задатки звезды! Внешность подходящая — может, дам тебе эпизодическую роль?
В дорамах в жанре уся героини обычно нежные и милые или же живые и озорные. У Тан Цзыси большие глаза, вздёрнутый носик и маленький ротик — она отлично подходит для исторических костюмов.
Тан Цзыси в ужасе замахала руками:
— Режиссёр, ради всего святого, пощадите! Играть так трудно — я точно не справлюсь!
— Да как ты можешь знать, если даже не пробовала?
Многолетний опыт позволял режиссёру У Куну хорошо разбираться в людях. Он не мог гарантировать, что Тан Цзыси станет хорошей актрисой, но чувствовал в ней потенциал.
— Режиссёр, вы меня мучаете! — взмолилась она. — Перед моим нынешним боссом особенно!.. Пожалуйста, не ставьте меня в неловкое положение.
Режиссёр У многозначительно взглянул на Гу Хэна, затем прикрыл рот ладонью и прошептал Тан Цзыси:
— Тогда поговорим позже?
— Нет! — воскликнула она в отчаянии. — Я не это имела в виду! Я правда не хочу сниматься. Я просто хочу быть добросовестной ассистенткой без всяких амбиций!
Гу Хэн всё это время молча наблюдал за ними.
Режиссёр громко расхохотался, потом с одобрением посмотрел на Гу Хэна и Тан Цзыси:
— Молодец, хорошая девочка. Но помни: ты всего лишь временная ассистентка Гу Хэна. Скоро снова вернёшься к Лу Дани.
Он не стал развивать мысль дальше, но все поняли: характер Лу Дани становится ясен уже через несколько дней совместной работы. До приезда Гу Хэна Тан Цзыси служила Лу Дани верой и правдой — все это видели и искренне сочувствовали этой трудолюбивой и жизнерадостной девушке.
— Дани-цзе тоже очень хорошая, — сказала Тан Цзыси искренне. Раньше ей приходилось работать с менее известными артистами, и те были куда хуже в обращении. По крайней мере, Лу Дани платила самую высокую зарплату.
Точнее, не совсем: Гу Хэн платил ещё больше. В тот день Дин Вэнь перевела ей на счёт двадцать тысяч юаней — сумма так испугала Тан Цзыси, что она хотела вернуть деньги. Во-первых, зарплату сразу при трудоустройстве не выдают. Во-вторых, это была сумма, превышающая четырёхмесячный доход. Но Дин Вэнь сказала, что такая оплата соответствует статусу Гу Хэна. Возразить было нечего. Тан Цзыси решила: если сотрудничество продлится недолго, она обязательно вернёт излишек.
— Вот это ассистентка! — сказал режиссёр и ушёл, пригласив Гу Хэна на грим.
На самом деле режиссёр, возможно, и не собирался давать Тан Цзыси роль — скорее всего, он просто проверял, не изменилось ли её отношение после внезапной популярности в сети. Ведь сейчас многие готовы на всё ради славы.
Гу Хэн прекрасно понимал замысел режиссёра, но подумал, что небольшая роль девушке не повредит:
— Ты хоть немного заинтересовалась предложением режиссёра?
Тан Цзыси, хоть и не любила усложнять себе жизнь, уже достаточно повидала в этом кругу, чтобы понимать: каждое слово важного человека имеет скрытый смысл. Она покачала головой:
— Нисколько.
Гу Хэн кивнул, всё поняв:
— Если передумаешь — скажи. Я помогу.
Ей было непонятно, почему Гу Хэн так настойчиво предлагает ей сниматься. Но размышлять об этом она не стала.
— Хорошо. Если такой день настанет, я обязательно обращусь к господину Гу.
*****
Сегодня у Гу Хэна снова плотный график съёмок.
У Лу Дани всего две сцены — одна днём, вторая вечером.
Когда Гу Хэн снимался, Лу Дани, уже переодетая в костюм, пришла на площадку.
Тан Цзыси сидела снаружи, ожидая своего босса. Рядом с ней опустилась на стул Лу Дани в полном историческом облачении, с лёгкой улыбкой на лице.
Фан Лань принесла ещё один стул. Лу Дани устроилась поудобнее и спросила:
— Цзыси, какие у Гу Хэна увлечения? Например, чем он любит заниматься в отеле? И что предпочитает есть?
http://bllate.org/book/3368/370653
Готово:
