Будучи квалифицированным демоном, не стоит бездумно вмешиваться в дела человеческого общества.
Су Син продолжил путь к месту назначения.
— Ав-у... —
Тихий слабый скулёж долетел до его ушей.
Крошечная бродячая собака совершенно не понимала, что происходит вокруг. Быть может, она просто пыталась ускользнуть от ног зевак, а возможно, просто искала местечко, где можно было бы переждать. Когда кто-то наконец обратил на неё внимание, она уже протиснулась прямо под ноги преступника.
— Хам?.. —
Бандит искривил рот в злобной ухмылке, приподнял ногу и, движимый каким-то извращенным желанием поизмываться или стремлением наказать одного ради устрашения остальных, без малейших колебаний пнул несчастного пса.
— Ав-у... —
Разве мог маленький щенок выдержать удар взрослого мужчины в полную силу? Крошечный комочек покатился по земле, испуская жалобные, полные боли всхлипывания.
Люди способны сопротивляться, но собаки — нет.
Преступник, похоже, отыскал идеальную мишень для выхода эмоций. С мерзкой усмешкой на лице он двинулся к щенку, нанося удар за ударом. Он пинал малыша до тех пор, пока тот не начал харкать кровью, потеряв способность даже скулить, а его дыхание не стало едва уловимым.
Чем слабее становилось животное, тем сильнее разгоралось возбуждение бандита. Он даже перевёл ствол пистолета, целясь прямо в пса.
Никто не смел подать голос, люди лишь отчаянно закрывали головы, защищая себя.
Подумаешь, какая-то собака. Ни у кого не было причин рисковать ради неё жизнью.
Кроме Су Сина.
Его перепончатые крылья взмахнули, траектория изменилась, устремляясь вертикально вниз.
Квалифицированный демон не должен бездумно вмешиваться в дела человеческого общества.
— На щенков это правило не распространяется!
Улыбка преступника становилась всё более звериной, пальцы согнулись. В тот самый миг, когда он уже собирался нажать на спуск, все вокруг внезапно почувствовали, как земля под ногами содрогнулась, будто что-то тяжелое рухнуло прямо с небес.
Сквозь эту дрожь в уши бандита проник далёкий и звенящий голос:
— Я заключаю с тобой контракт.
Его слышал только он один.
Словно мириады тончайших нитей в одно мгновение проникли в его мозг, в каждый нерв, в каждую клеточку. Будто саму душу насильно вытягивали наружу: мысли, поступки, бесперебойная работа каждой функции организма — всё было оплетено густой паутиной невидимых нитей.
Его душа больше не принадлежала ему.
Преступник оцепенел и медленно повернул голову. Его глаза — те самые остекленевшие, пустые глаза — уставились в упор на человека, скрывавшегося в толпе за стеклянными дверями.
Алые искры вновь вспыхнули в его зрачках.
Су Син лишь холодно и бесстрастно смотрел на бандита. Он не произнёс ни слова, но преступник отчётливо услышал его голос:
— Всё, что ты сделал со щенком, испытай на собственном теле от начала до конца.
На лице бандита появилось счастливое выражение:
— Слушаюсь, хозяин.
Под изумлёнными и шокированными взглядами всех присутствующих преступник вскинул колено и со всего маху врезал им в стену, заживо сломав себе ногу. Следом он с хрустом переломал собственные ребра, свернул руку, а затем, извиваясь подобно червю, подцепил зубами упавший на пол пистолет. Из последних сил задрав палец под неестественным углом, он лёг на спусковой крючок.
В этот момент бандит выглядел так, будто в него вселился злой дух — искажённый и ужасающий. Особенно жутко смотрелось блаженное выражение на его лице, словно рассудок человека внезапно помрачился. Толпа разразилась полными ужаса криками, и на площадке вновь воцарился хаос.
В тот самый момент, когда грянул бы выстрел, подоспела полиция. Офицеры скрутили преступника, основные силы ворвались внутрь банка, а периметр мгновенно оцепили сигнальной лентой.
Красные и синие проблесковые маячки отразились в глазах бандита, в ушах загремела сирена. Только тогда он пришёл в себя, и запоздалая боль лавиной обрушилась на его тело. Он издал вопль, от которого, казалось, расколется небо — пронзительный, полный дикой боли и ужаса.
— Он, он... —
Бандит указал на выход.
Никого! Там не было абсолютно никого!
Тот таинственный человек, что управлял им и походил на самого демона, исчез!
Всё произошло ровно так, как и предполагал Су Син.
Это был захват, обречённый на провал.
Порядок на месте происшествия восстановился довольно быстро. Управляющий проводил полицию к камерам видеонаблюдения, чтобы изучить запись момента нападения, сотрудники занялись подсчётом финансов банка, медики проверяли, не пострадали ли заложники, а криминалисты приступили к сбору улик и допросам.
Все были ужасно заняты и даже не заметили, как какой-то мужчина бесшумно затерялся среди них и бережно унёс на руках раненого щенка.
В ветеринарной клинике Су Син с замиранием сердца следил за тем, как врач обрабатывает раны животного. Лишь когда доктор заверил его, что угрозы жизни нет, и аккуратно уложил малыша на мягкую подстилку, он наконец смог свободно выдохнуть.
Щенок узнал его: волоча перебинтованное тело, он изо всех сил пополз навстречу, прихватился зубами за палец Су Сина, легко лизнул его и издал крошечное, похожее на писк младенца: — Ау-у...
Собаки — самые милые существа на свете, настоящие ангелы!
Су Син присел на корточки и прищурившись наблюдал, как щенок лакает молоко. Пока малыш пил, крошечный хвостик за спиной парня так и ходил из стороны в сторону.
В этот самый момент зазвонил телефон — это был звонок от Тан Сяофэн.
— Братец Су Син, ты уже пришёл? Я тут у Янин, а тебя почему-то не вижу?
Голос Тан Сяофэн прозвучал как гром среди ясного неба.
Су Син:
— Черт возьми!..
Он! Совершенно! Забыл!
День рождения Цзян Нинъя вот-вот начнется!
Он сломя голову вылетел из ветеринарной клиники, отыскал укромный уголок без единой живой души и вновь распустил перепончатые крылья.
В ту самую секунду, когда он взмыл ввысь, сердце Су Сина сделало резкий кульбит и дико заколотилось о грудную клетку.
Однако странное ощущение длилось лишь мгновение, и он не прида этому значения.
Десять минут спустя Су Син стремительно прибыл к загородной вилле, где Цзян Нинъя устраивала празднество.
Издалека Су Син сразу заметил её.
Цзян Нинъя была облачена в белоснежное длинное платье, а её струящиеся волосы напоминали чернильные мазки туши. Она стояла возле солнечной оранжереи, и яркие пестрые цветы живописно украшали весь внутренний двор.
До чего же она прекрасна!
Су Син чувствовал, что его сердце готово разорваться от восторга. Тщательно отряхнув и огладив одежду, убедившись, что выглядит безупречно, он наконец направился к своей богине.
http://bllate.org/book/33678/4140361
Готово:
